Женские истории #девушка

все-таки...

На тренинге некрасивая тетенька со взглядом вечно одинокой, обозленной на всех мужиков женщины и повадками профессиональной стервы убедительно рассказывала, что первым делом (вот прям еще в начале ваших отношений, чуть ли не на первом свидании) нужно обязательно поставить вопрос ребром! Спросить мужика в лоб - а чего ты хочешь от наших отношений, какие у тебя планы на меня, кто я для тебя, какое у нас будущее и т. д. Хочет ли он легких необременительных свиданий или полноценных отношений, ceкс без обязательств или свадьбу и детей? Дружеского перепихончику или все по серьезке? И непременно добиться ответа! Не давать отвертеться, отщутиться, отмазаться... Прям вот насесть на него и не слезать, пока не ответит!

Девочки в зале прочувствованно поддакивали - да, мол, надо... непременно... а то ишь! ... знаем мы их, этих мужиков. Абсурд происходящего достиг такого накала, что я не сдержался (хотя вообще-то заранее обещал себе сидеть тихо и не отсвечивать) и громко на весь зал сказал:

- Девушки, ЧЕСТНЫЙ ответ на этот вопрос вам не понравится! Поверьте мне!

Все воззрились на меня, а я продолжал:

- Если мужчина говорит вам НА ПЕРВОМ СВИДАНИИ, что он мечтает взять вас замуж, создать семью и детей, состариться и умереть в один день, то - он вам врет! А честный ответ будет примерно такой: "Я тебя вижу первый раз в жизни, я еще знать не знаю - кто ты и что ты... какая ты, что ты собой представляешь, что ты любишь, что у тебя в голове... Да я понятия не имею, какие будут у нас отношения и будут ли вообще! И, судя по идиотским вопросам, которые ты задаешь, у меня уже возникают сомнения в твоей адекватности, так что, скорее всего, нормальным мужикам лучше держаться от тебя подальше! "

В зале повисла гробовая тишина.

Потом с задних рядов кто-то прошептал писклявым голосом: "А ведь он прав вообще-то... "

А потом меня выгнали. Дабы не смущал неокрепшие умы юных охотниц на мужчин всякими ненужными мыслями и не мешал вести тренинг.

Я, собственно, был только рад покинуть сей шабаш...

С тех пор я даже полазил по интернету и посмотрел программу чуть ли не всех женских тренингов по отношениям, что ведутся у нас в городе. Некоторые даже посетил, превозмогая себя. И знаете, шо я имею вам сказать? Что все женские тренинги по отношениям - есть хрень несусветная, и любой нормальной девушке лучше держаться от них подальше, чтобы не забивать себе мозги. Исключения есть, но они крайне редки, и ведут их адекватные мужчины почему-то, а не больные на голову тетки... Но это - тема отдельного разговора.

и кричит в ответ:

- Не могу, дверь тоже застряла!

Физиономия несчастного клиента начинает вытягиваться. А из-за стальной двери послышался суровый мужской голос:

- Дверь не застряла! Нас заперли! (дальше приглушенно что-то сердитое вроде "ольху ели")

Клиент:

- Да вы что, издеваетесь что ли? Мне срочно нужна моя карточка!

Девушка №2 Настя девушке №3 в третьем углу холла:

- Галя, кто запер инкассаторов?! Тут карточка застряла!

- Наверно Маша!

- А где она?!

- Откуда я знаю?

- Ну так позвони ей!

- Звонила! Она не отзывается!

Тихо из-за стальной двери: "Твою дивизию! "

Все три девушки идут навстречу друг другу и воссоединяются подальше от запертых инкассаторов, зато близко ко мне в хвосте очереди. От скуки любуюсь шестью стройными ножками. Начинают тихо совещаться:

- А в сортире смотрела?

- Ручку подергала, не открывается!

- Тоже застряла?! !

- Не знаю, вроде изнутри заперта

- А голосом звала?

- Звала, никто не отвечает

Что-то мне все это живо напоминало. Вспомнил сказку, которую читал когда-то сыну: "а смерть кощеева в игле, а игла в яйце, а яйцо в утке, а утка в зайце" и так далее, каждая тварь выскакивает из предыдущей. Мне лично еще с собственного детства этот сюжет казался редкостной хренью. Сейчас сын уже старшеклассник, и вот пожалуйста с ним самим теперь случилось - деньги ему срочно нужны во Владивостоке, а деньги у папы, а папа в Москве, а выдали ему получку пятитысячными, а перевести эти деньги во Владивосток надо карточкой, а для этого их на карточку надо положить, а пятитысячные принимает в этом отделении единственный банкомат, а к нему очередь клиентов с такой же пичалькой, а у переднего застряла карточка, а карточку могут извлечь только инкассаторы, а инкассаторы заперты, а ключ у Маши, а Маша заперлась в сортире, а все отделения Сбербанка в Москве запираются через 20 минут и откроются только утром, а к этому времени во Владивостоке будет уже завтрашний вечер. А если все закончится благополучно, загадал в отчаянье я, то напишу об этом историю, и продолжение ее тогда будет еще более замысловатым - тысячи людей рассмеются завтра по всей планете. Нет, все-таки мудрая сказка про смерть кощееву. Сюжет ее не накрученный, а упрощенный. По сравнению с жизнью.

Еще вспомнилось:

- Где она лежит, эта ваша Бармаглотина? Где-нибудь поблизости?

– О, нет, путь к ней долог и труден! – отозвался Гном Небесный. – Этот путь знает только Слономоська. Но и к Слономоське путь долог и труден.

Все кончилось хорошо. Пришла Маша, очень смахивающая походкой и внешностью на утку, из которой норовит выскочить яйцо, открыла стальную дверь. Оттуда полезли хмурые инкассаторы, гудя и шевеля усами как рассерженные пчелы, и вскоре моя денежка улетела. Всех с наступающим!

не очень обрадовались. Дело в том, что Сема был еврей, а Галя – нет. И родители совсем не горели желанием делать многонациональную семью братских народов еще более многонациональной за счет собственных внуков. Галя-то своих быстро поставила на место с использованием различных выражений ридной мовы. А вот Сема своих – нет, не сумел. Видимо, мамэ-лошн в этом плане менее выразителен.

– Семочка, – ласково, но властно сказала мама, – Или ты забыл, что мы собираемся в Израиль? Что твоя шикса будет там делать? Петь в ресторане «Червону руту»?

Тут мама попала в точку. Галя была знатная певунья. Сема любил ее слушать, но репертуар предпочитал другой. Не Ротару, а еврейского поэта Визбора, про ночную песню еврейской буквы шин. Хотя разницы по сути никакой. Тут «ты у мене едина», а там «ты у меня одна».

Вышло, однако, что не едина. Сдался Сема, пряча глаза расстался с Галей и женился на хорошей еврейской девочке, которую указала мама. И стал собирать манатки.

– Ах, так? – сказала Галя и дернула эдак плечиком. – Да я в этом Израиле раньше его окажусь!

И она стала ходить на танцы в дом интернациональной дружбы. Где на нее немедленно запал без пяти минут дипломированный физик, араб-христианин из библейкого города Вифлеема. Каковой город, как известно, входит в состав государства Израиль под названием Бейт-Лехем. Хотя несколько кривовато входит. И действительно, Галя со своим арабом приземлилалсь в аэропорту Бен-Гуриона даже раньше, чем Сема со своим семейством. И стали они осваивать землю, текущую молоком и медом, а чаще потом и кровью, ничего друг о друге не зная.

И так они жили, ничего не зная друг о друге, верных двадцать лет. Пока не явился на свет великий ворошитель былого, склеиватель черепков и проворачиватель фарша вспять, сайт «Одноклассники».

Неизвестно, да и неважно, кто из них кого нашел первым. Вроде бы Галя сказала себе: «Я только посмотрю, каким он стал». Увидела, что Сема облысел, заматерел, но уши торчат по-прежнему. Работает по специальности, которую они с Галей получили в вузе. Специальность редкая и уважаемая, но называть я ее не буду, живые все-таки люди, вряд ли они обрадуются, узнав себя в моей писанине. Сема любит маленькие спортивные машинки, меняет их каждый год в поисках идеальной. С женой давно расстался, дочь-студентку обожает, но видит редко. Живет с мамой. Мама почти не встает с постели, но властности не утратила, дает прикурить и сиделке, и Семе.

Что касается Гали, то она почти не изменилась. Те же черные глаза, те же брови вразлет. Даже похорошела слегка, потому что похудела. С физиком тоже рассталась, тоже дочь студенческого возраста. Работает по той же специальности, весь Вифлеем ее знает и здоровается на улицах.

Опять же неизвестно, кто первый предложил встретиться. Вроде бы Сема сказал себе: «Я только посмотрю на нее». Час чинно сидели в кафе на набережной Тель-Авива, обменивались новостями. А потом Галя достала кошелек, чтобы заплатить за свой кофе, а Сема накрыл ее руку, показывая, что заплатит сам – и этого касания оказалось достаточно. Оказалось, что тела все помнят, и не было ни этих двадцати лет, ни Семиного предательства, ни Галиной мести, и очнулись они в каком-то мотеле под утро от пения птиц, и с трудом вспомнили, что Семина машина стоит под окнами, а Галина осталась на набережной, и ее, наверно, оштрафуют.

Что дальше? А ничего. Сема предлагал переехать к нему, но как быть с работой? Специальность редкая, больше одного человека на город не нужно, а в Семином городе один уже есть – это Сема. Потом, дочь. Галина дочь – арабка, и мальчик ее араб, и все друзья арабы, куда она поедет из Вифлеема? И Галя без нее не поедет, вот-вот внуки пойдут, кто будет их нянчить? О том, чтобы Семе переехать к ней, нечего и говорить. Еврей может приехать в израильский город Бейт-Лехем в двух случаях – если он либо танкист, либо самоубийца.

Почти каждую пятницу, закончив работу, Галя садится в маршрутку и выезжает из города. За КПП ее ждет маленькая спортивная машинка. Они бегло целуются и едут в заранее снятый мотель, обычно на Мертвое море. В салоне играет музыка, иногда Ротару, иногда Визбор. Гудит форсированный движок, ложится под колеса серая нитка израильских дорог, штопает ранения души. Заштопает ли?