Истории из жизни

Зачем он это делал? Не знаю. Пока отец был жив мне не приходило в голову спросить, а теперь поздно. Может быть ему не хватало адреналина. А может быть им двигало любопытство. Похоже он не мог устоять перед искушением закинуть удочку в тихий омут и увидеть что за черта он вытащит на этот раз. Ему, конечно, везло, что черти попадались не очень злобные.

В то спокойное субботнее утро отец оторвал листок календаря и увидел, что сегодня день рождения Брежнева. После завтрака он оделся потеплее

(на дворе стоял декабрь), пошел на почту и отправил по адресу - МОСКВА, КРЕМЛЬ, ГЕНЕРАЛЬНОМУ СЕКРЕТАРЮ ЦК КПСС - телеграмму следующего содержания: "ДОРОГОЙ ЛЕОНИД ИЛЬИЧ ДВТ ПОЗДРАВЛЯЮ ВАС С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ ТЧК ЖЕЛАЮ ЗДОРОВЬЯ И ДАЛЬНЕЙШЕЙ ПЛОДОТВОРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НА БЛАГО СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА ТЧК" - Подписался полными именем и фамилией, Марк Абрамович Быков, и заполнил адрес отправителя в самом низу бланка.

Телеграмму в конце-концов приняли, правда после того как начальник отделения сверила паспортные данные.

Во вторник отца вызвал парторг института, человек по общему мнению неподлый. Работали они вместе много лет и относились друг к другу хорошо.

- Отправлял телеграмму?

- Отправлял, - подтвердил отец.

- Ты что с Брежневым знаком?

- Естественно нет. Был бы знаком, что бы я здесь делал?

- Ну, как дети малые, - возмутился парторг, - Леонид Ильич человек занятой. Представь, что все отправили бы ему телеграммы. Он что их прочитать сможет?

- Не отправили бы, - возразил отец, - не все относятся к Леониду Ильичу правильно. Некоторые даже анекдоты рассказывают. А остальные пожалели бы два рубля на телеграмму. А я не пожалел.

- Ладно, - не стал спорить парторг, - дело не в этом. Завтра утром поедешь в райком. С тобой будет беседовать инструктор отдела идеологии. Пропуск тебе заказан. - и добавил когда отец был уже в дверях, - Пожалуйста не выноси сор из избы.

Инструктор райкома поначалу показался отцу человеком милым и внимательным. Долго расспрашивал о здоровье, семье, квартирных условиях, отношениях c начальством. Затем перешел к телеграмме и стал редкостным занудой. Раз за разом, немного меняя формулировку вопросов, он пытался выведать каким боком отец знаком с Брежневым. Похоже ему казалось, что отец темнит. А когда разговор зашел в тупик, с той же дотошностью стал вытягивать зачем было посылать телеграмму. Отец настаивал на изначальной версии:

- Увидел в календаре, захотелось поздравить и поздравил. Что здесь непонятного?

- Но с днем рождения обычно поздравляют родственников, друзей, людей близких, - объяснял инструктор свои жизненные понятия.

- А Леонид Ильич и есть близкий человек. Я его вижу чаще чем моих сестер. По телевизору, конечно, но разница небольшая. Когда я вижу сестер, они тоже говорят, а я молчу.

Отцу показалось, что этот ответ очень не понравился. Тем не менее на прощание инструктор предложил воспользоваться райкомовским буфетом и попросил не выносить сор из избы, если дело пойдет наверх.

На работе отец появился уже после обеда с авоськой полной пакетов, которые источали нездешние ароматы. Только уселся за свой стол – сразу зазвонил отдельский телефон. Отец взял трубку и услышал командирский и в то же время елейный голос начальника первого отдела:

- Марк Абрамович, зайди ко мне, тут один человек с тобой поговорить хочет.

Отец зашел. Желающим поговорить оказался майор госбезопасности с незапоминающимися именем и фамилией. Заглядывая в бумажку и делая пометки, он скрупулезно прошелся по отцовской биографии. Потом положил на стол чистый лист.

- Марк Абрамович, пожалуйста напишите когда и при каких обстоятельствах Вы встречались с Брежневым.

- Я уже сегодня в райкоме вспоминал, но так и не вспомнил. Теперь, боюсь, тоже не получится.

- Да Вы не нервничайте, - вполне миролюбиво сказал майор, - когда вспомните, позвоните нам. А если не вспомните, тоже можете позвонить. Услышите, что кто-то порочит Советскую власть или анекдоты нехорошие рассказывает, - и позвоните.

- Ничего из этого не выйдет. Я не справлюсь.

- Как это не справитесь? Столько людей прекрасно справляются, а Вы не справитесь!

- Дело в том, - попытался объяснить отец, - что на трезвую голову никто такие разговоры не ведет, а я, если выпью, то на следующий день даже не помню с кем пил, а о чем беседовали и подавно.

Отец говорил чистую правду. У него была необычная реакция на алкоголь. После какой-то по счету рюмки он мгновенно и полностью отключался и напрочь забывал все события прошедшего дня. Эта рюмка могла быть и десятой и первой. Поэтому он старался не пить, а на случай, когда отказаться было невозможно, разработал хитроумную систему подмены спиртного неспиртным.

- Марк Абрамович, - в голосе майора появились суровые нотки, - Вы не представляете сколько людей хотят помогать нам совершенно добровольно. Не всем мы оказываем такое доверие как Вам. А Вы отказываетесь. Не забывайте, что у вас первая форма допуска по секретности. Заберем – и Вы просто не сможете выполнять свои служебные обязанности. Подумайте хорошенько, одним словом.

Я до сих пор помню каким расстроенным пришел отец домой в тот вечер. Повинился перед матерью. Не успела она начать его пилить, как зазвонил телефон. Звонивший представился инструктором обкома партии и сказал, что ждет отца завтра в десять утра не проходной. Я думаю, что родители в эту ночь так и не смогли уснуть.

На следующее утро отец поехал в обком. На проходной его встретили и передавали с рук на руки пока он не оказался в гигантском кабинете первого секретаря. Первый поздоровался с отцом за руку и сразу перешел к делу.

- Не будем терять время. Я уже знаю, что Вы никогда не встречались с Леонидом Ильичом. Есть только маленькая нестыковка в том, что Леонид Ильич не только встречался с Вами, но и прекрасно помнит Вас. Вот послушайте.

Первый нажал на какую-то кнопку и отец услышал знакомый до боли голос Брежнева:

- Кто прислал? Быков, Марк Абрамович говоришь? Есть такой, я его по Кишиневу помню. Еврей с русской фамилией. Грамотный товарищ и беленькую грамотно употребляет. Я его перепил, но с большим трудом, на грани можно сказать. И как это? Киш мерин тухес? Смотри, не забыл!

Потом Первый взял со стола лист бумаги и продолжил:

- А вот справка, которую я получил из КГБ. Из нее следует, что в то время, как Леонид Ильич был первым секретарем ЦК Молдавии, Вы были главным инженером проекта Кишиневского тракторного завода и регулярно ездили туда в командировки.

И тут отец вспомнил! Как с конвейера завода сошел первый трактор, как приехали гости из ЦК. После митинга в заводской столовой был банкет, а потом узким кругом поехали на какую-то большую дачу с парной и бассейном. Отца, конечно, прихватили по ошибке, но в провинциальной Молдавии, где тракторный был самым большим заводом, случалось всякое.

Вспомнил и симпатичного мужика с густыми широкими бровями, с которым они трепались почти до утра, когда остальные сошли с дистанции. Вспомнил, как выпили на брудершафт. В какой-то момент новый друг заподозрил, что отец мухлюет и стал ему наливать сам. После пятой рюмки отец отключился.

Очнулся он только в гостинице, и последним, что помнил, был сходящий с конвейера трактор.

Пораженный внезапным прозрением, отец немедленно поделился воспоминаниями с Первым. Тот слушал с открытым ртом. Он же прервал наступившую тишину:

- Есть мнение, что товарищ Брежнев может пригласить Вас в гости. Если пригласит, с деталями Вас ознакомят позже. Хочу только предупредить, что не стоит выносить сор из избы. - Первый вдруг задумался, - Марк Абрамович, между прочим, что это за тухес такой? Может Вы знаете?

Никак разобраться не можем.

Отец незаметно вздохнул. Ненормативную лексику он не любил и пользовался ею крайне редко.

- Тухес – по-еврейски [п]опа.

- [п]опа!? - удивился Первый, - А при чем тогда к жопе мерин?

- Не “мерин”, а “мир ин”. Леонид Ильич попросил научить его еврейским ругательствам. Больше всего ему понравилось “киш мир ин тухес”.

Переводится как “поцелуй меня в [п]опу”.

- А что, действительно хорошо звучит! Нужно запомнить. Может пригодиться?! - Первый явно пришел в хорошее настроение и с удовольствием повторил, - Киш мир ин тухес. Правильно?

- Отлично. У вас получается не хуже чем у Леонида Ильича, - отец снова вздохнул.

- Марк Абрамович, а о чем еще кроме тухеса говорили, если не секрет?

- Если память меня не обманывает, о заводе, о прекрасных дамах, о том что вокруг сплошной бардак...

- Да, бардака хватает... - согласился Первый и вроде даже хотел продолжить, но спохватился, - Марк Абрамович, может быть Вам чем-то нужно помочь?

- Наверное нужно. Меня вчера товарищ майор пообещал допуска лишить.

- Ну, это пусть Вас беспокоит меньше всего. Вы теперь номенклатура лично Леонида Ильича. Без него Вас никто и никогда не тронет.

Распрощались. Секретарь вручила отцу два приглашения на обкомовскую базу. Там за полцены отец купил себе финский костюм и голландские туфли, а мама французскую шубу из искусственного меха. В Москву отца так и не пригласили.

вы могли бы назвать своим кумиром? ». Видимо, журналисты хотели услышать имя кого-то известного, но команданте не был так прост.

Будучи человеком образованным, он, как и легендарный Че Гевара, питал огромную страсть к книгам. Однажды в его руки попалась повесть Александра Бека «Волоколамское шоссе» о подвиге 8-й гвардейской Панфиловской дивизии. Одним из главных героев книги является теперь мало кому известный советский офицер из Казахстана Бауржан Момыш-улы, его-то он и назвал своим героем. Но чем же прославился этот герой героев?

Статный и красивый молодой офицер пошёл служить в РККА ещё за несколько лет до Великой Отечественной. За это время он успел отучиться на офицера-артиллериста, принял участие в боях на Дальнем Востоке с японской армией, участвовал в походе в Бессарабию. После отправился служить в Алма-Ату, где его и застала война.

Осенью 1941 года он попросился на фронт добровольцем, как раз в это время в городе формировалась 316-стрелковая дивизия. Уже на этапе создания предполагалось, что это подразделение будет одним из самых боеспособных – в него направляли взрослых мужчин, имевших представление о войне, все они были добровольцами. В части Момыш-улы назначили командиром батальона.

Первое же назначение дивизии грозило стать последним – воинскую часть отправили на защиту подступов к Москве. Командование понимало, что наступающие части вермахта просто сметут 316-ю, но необходимо было удерживать столицу до подхода дальневосточных армий. Дело осложнялось тем, что советское командование буквально запрещало изучение в армии оборонительных концепций, предполагалось, что Красная Армия должна побеждать наступательными операциями на чужой земле. За иную точку зрения можно было лишиться своей должности.

Но Иван Васильевич Панфилов, которому и довелось командовать 316-й дивизией, пошёл на хитрость. Он разработал тактику ведения спиральных боевых действий. По его мнению, при условии численно превосходящего врага, действовать привычными методами было самоубийством. Так, его дивизии пришлось держать фронт протяжённостью более 40 километров, хотя по всем нормативам военного времени оборонять они могли лишь 12 километров. В такой ситуации любой концентрированный удар врага прорвал бы оборону. И тогда Панфилов предложил действовать следующим образом.

Подразделению не нужно было устраивать целый оборонительный фронт. Вместо этого нужно было наносить удар по движущейся вражеской колонне, и, после непродолжительного боя, уходить в сторону от наступающего врага. Попутно за отступающей дивизией организовывались небольшие засады и очаги сопротивления, которые заманивали врага в сторону отступающих, попутно задерживая. После того, как враг растягивался, дивизия резко меняла направление и вновь возвращалась для удара по основным силам. Такие беспокоящие удары сильно растягивали силы врага, что сильно замедляло его продвижение. В итоге дивизия не только выжила, вопреки всем прогнозам, но и сделала эта героически, за что была переименована в 8-ю гвардейскую Панфиловскую.

Примечательно, что Панфилов разработал лишь теорию, но лучше всех в жизнь воплотил её именно комбат Момыш-улы. Вступив в бой в середине октября 1941 года командиром батальона, в ноябре он уже возглавил полк, хотя так и оставался «старлеем». О значимости его заслуг можно судить по тому, что оборонительная теория Панфилова была названа «спиралью Момышулы»

Генерал-полковник Эрих Гёпнер командовал 4-й танковой группой, и именно ему довелось столкнуться с тактикой молодого казаха. Во время наступления он напишет в своих донесениях Гитлеру: «Дикая дивизия, воюющая в нарушение всех уставов и правил ведения боя, солдаты которой не сдаются в плен, чрезвычайно фанатичны и не боятся смерти».

Единственной дикостью интернациональной добровольческой дивизии было лишь то, что они не были знакомы с германскими планами. Вместо того, чтобы героически гибнуть под гусеницами германских танковых армад, полк Момыш-улы выбрал жизнь и победу.

О тактике «дикого» казаха можно судить по нескольким эпизодам. В первый же свой день на фронте лейтенант предложил командиру полка создать отряд из ста добровольцев и совершить с ними ночную вылазку. С собой он взял только самых опытных и ночью подобрался к одной из деревень, занятых врагом. Меньше чем за час боя было уничтожено три сотни врагов.

Под Демьянском полку старшего лейтенанта довелось встретиться с дивизией СС «Мёртвая голова». Здесь ему вновь предстояло сразиться с численно превосходящим врагом. Целью он выбрал шесть посёлков, занятых врагом. Двадцать отрядов, на которые разделился полк, под покровом ночи попеременно атаковали сразу все цели. Как только враг организовывал обороны, отряд отступал, а через несколько минут уже другое отделение атаковало деревню с другой стороны. И такой ад творился на всех шести направлениях несколько часов. Прославленная дивизия с громким названием держалась как могла, но была уверена, что сдерживает главное наступление советской армии. Они и не предполагали, что ведут бой с одним потрепанным полком. За ночь потери бойцов Момыш-улы составили 157 бойцов, дивизия СС недосчиталась 1200 солдат.

Как мы видим, старлей придерживался тактики Александра Суворова – всегда удерживать инициативу в наступлении. Однако приходилось учитывать и современные реалии. Панфиловцы не могли дать одно генеральное сражение. После того, как они разбивали одну немецкую часть, на них накидывалось несколько других. Момыш-улы неоднократно оказывался в окружении, но каждый раз прорывался, сохраняя при этом свой батальон, полк и дивизию в полной боевой готовности.

Начал свой легендарный путь 30-летний лейтенант в октябре 1941 комбатом, спустя месяц уже командовал полком, в феврале возглавил свою родную дивизию, при этом так и оставался старшим лейтенантом. Лишь спустя несколько месяцев ему одно за одним присвоили внеочередные звания вплоть до полковника. Тогда же его выдвинули к званию Героя СССР, но последовал отказ.

На задержки с наградами влиял его своеобразный характер. Сослуживцы характеризовали его весёлым, жизнерадостным человеком, который всегда говорил правду. Это и стало причиной многих трений с начальством.

Это стало причиной довольно комичной ситуации, в будущем. По рассказам падчерицы Момыш-улы, её приёмный отец редко пользовался своими связями и влиянием, но очень любил читать про себя в газетах. Он узнал, как высоко оценили его подвиги Фидель Кастро и Че Гевара и незамедлительно отправил им приглашение в гости. Кубинские гости, во время визита в СССР сразу заявили, что хотели бы встретиться с легендарным «диким» казахом.

Власти приступили к организации встречи. Но тут была одна загвоздка – многоквартирный дом, где проживал легендарный панфиловец, был в ужасном состоянии. Местные власти тут же предложили семье переехать в новую квартиру, но Момыш-улы наотрез отказался. Он заявил, что ему не стыдно принимать гостей в таком доме, а если кому стыдно за его жильё, то пусть с этим и живёт.

После долгих переговоров все стороны пришли к компромиссу – дом героя отремонтировали, а он на время ремонта поселился с семьёй в гостинице. В гости к командиру приехала целая делегация, оказалось что Кастро практически не расставался с книгами Момыш-улы, но обсудить все темы за один короткий визит было невозможно, поэтому героя войны пригласили с ответным визитом на Кубу. В 1963 году это приглашение удалось осуществить.

Встречу казахской легенды можно было сравнить разве что с празднованиями в честь Юрия Гагарина. Кубинцы рассчитывали, что их кумир в течении месяца будет проводить лекции по ведению войны, но Момыш-улы отказался, сказав что управится в 10 дней, но задерживаться не может – его ждут курсанты. Герой вёл в военном училище курсы «выход из окружения без потерь» и «ведение ночных боёв в наступлении».

Скончался Бауыржан Момыш-улы в 1982 году в возрасте 71 года. Звание Героя ему присвоили лишь в 1990 году.

в чём же выразилось моё влияние?

- Вы на самом деле не помните? Разрешите мне освежить это в вашей памяти. Однажды мой одноклассник пришел в класс с красивыми часами на руке, которые ему подарили родители. Он их снял и положил в ящик парты. Я всегда мечтал иметь такие часы. Не удержался и решил забрать их из его парты. Вскоре тот мальчик подошел к вам в слезах и пожаловался на кражу. Вы обвели нас всех взглядом и сказали: "Тот, кто забрал часы, принадлежащие этому мальчику, пожалуйста верните их".

Мне стало очень стыдно, но мне не хотелось расставаться с часами, так что я не признался. Вы направились к двери, заперли ее и велели нам всем выстроиться вдоль стены, предупредив: "Я должен проверить все ваши карманы при одном условии, что вы все закроете глаза". Мы послушались, и я почувствовал, что это был самый постыдный момент в моей недолгой жизни. Вы двигались от ученика к ученику, от кармана к карману. Когда вы достали часы из моего кармана, вы продолжали двигаться до конца ряда. Затем вы сказали: "Дети, всё в порядке. Вы можете открыть глаза и вернуться к своим партам". Вы вернули часы владельцу и не произнесли больше ни одного слова по поводу этого инцидента.

Так в тот день вы спасли мою честь и мою душу. Вы не запятнали меня как вора, лгуна, никудышного ребенка. Вы даже не удосужились поговорить со мной об этом эпизоде. Со временем я понял почему. Потому что, как истинный учитель, вы не захотели запятнать достоинство юного, ещё не сформировавшегося ученика. Поэтому я стал педагогом.

Оба замолкли под впечатлением этой истории. Затем молодой педагог спросил:

- Раз вы меня узнали сегодня, не вспомнили ли вы меня в том эпизоде?

Старый учитель ответил:

- Дело в том, что я обследовал карманы тоже с закрытыми глазами.

всей квартире.

На запах быстро собралось мое многочисленное семейство. После непродолжительной, но эмоциональной дискуссии, было принято решение немедленно проводить рыбу в последний путь. Здесь надо пояснить - дом, в котором я живу, построен в 1903 году, мусоропровод не предусмотрен.

Поэтому процедура выноса безвременно умершей рыбы не столь тривиальна, как может показаться на первый взгляд. Оставить зловонный подарок на лестничной площадке я не решился, посчитав это бесчеловечным по отношению к соседям. Пришлось одеться и задумчиво тащиться к мусорному контейнеру во дворе. Нет нужды описывать мои эмоции в этот момент. Мне казалось, что я хороню не просто рыбу, вместе с рыбой смердело и умирало страхование, воняли медицинские и транспортные услуги, в мусорном контейнере разлагались услуги торговли, а в нашем старом дворе кучками собачьих какашек тихо лежала коммуналка и уборка московских улиц... Уже занеся руку, чтобы остервенело метнуть пакет с протухшей рыбой в ящик, я вдруг заметил, что рядом со злополучной осетриной болтается товарный чек из "Азбуки Вкуса".

Решение созрело мгновенно - сейчас я пройду 300 метров до магазина и скажу им все, что думаю.

Как был, в тренировочных штанах, шлепанцах и наброшенной на плечи куртке, я дошел до магазина все еще кипя от злости. На мой вопрос "где менеджер?" появилась симпатичная девушка в униформе. Она проводила меня в служебное помещение, постучала в дверь с табличкой "управляющий Вагин В. А." и, распахнув дверь, пропустила меня в кабинет. Я бодро шагнул внутрь, проговаривая в уме текст, который сейчас выскажу, не стесняясь в выражениях и... замер, удивленно уставившись на человека, сидящего за огромным столом.

Природа не поскупилась, создавая Вагина В. А. Двухметровый верзила с бычьей шеей, пудовыми кулачищами и румяным лицом неандертальца с любопытством разглядывал меня крошечными глазками. Добавьте к этому образу костюм от Армани, золотой Ролекс на запястье и Вы поймете, что скандалить мне немедленно расхотелось. Я молча протянул ему пакет с рыбой. Вагин В.А. поморщился, запах явно не вписывался в его кабинет. Мельком глянув на чек, кивнул на кресло и неожиданно высоким голосом произнес:

- Не беспокойтесь, это недоразумение, сейчас уладим. - После чего нажал кнопку селектора и спокойно сказал - Хаитова ко мне.

Через пару минут в кабинет постучали. Вошел толстый человек "кавказской национальности" и замер в дверях. Вагин В. А. некоторое время его молча разглядывал. Хаитову явно было неуютно, он потел, мялся, стрелял в мою сторону глазками, шмыгал носом, а в остальном вел себя скромно. Затем Вагин В. А. тихо спросил:

- Я тебе, с@ка, когда велел осетрину списать?

- Позавчера, Вал Саныч - пробормотал Хаитов густо покраснев. По плохо выбритым щекам поползли капли пота.

- А это что? - вопросил Вагин В. А., кивнув на лежащий на столе пакет.

Хаитов явственно затрясся и залопотал нечто невразумительное про пересортицу, видимо уже понимая что последует.

Вагин В. А. откинулся в кресле, скрестил на груди руки, как в кинотеатре, и спокойно, без эмоций, но строго, сказал:

- Жри, говнюк!

Последовавшее за этим действо напомнило мне фильм ужасов - несчастный говнюк Хаитов, плакал, размазывая по физиономии слезы и сопли, давился вонючей рыбой, судорожно глотал, с полным ртом уверяя, что больше никогда в жизни..., замирал, преодолевая рвотный рефлекс и снова жрал, глотал и давился. Наконец рыба кончилась. Вагин В. А. повернулся ко мне и с улыбкой спросил:

- Вы удовлетворены, или заставить его и пакет сожрать? Деньги Вам вернут в кассе - давая понять, что представление закончилось.

Я встал, задумчиво пожал протянутую мне руку, получил 400 рублей в кассе и побрел домой думая об исключительно эффективной политике управления качеством в магазинах сети "Азбука Вкуса".

молока. Утром она продолжала спать, и я не захотела её будить, чтобы посмотреть, какого пола моя находка.

Бог с ним, с полом, раз все время спит, значит, будет Соней.

Дома Соня редко ходила по квартире, больше спала, но когда мы с ней гуляли, она любила убегать от меня, пряталась за колёсами машин и выбегала только, когда я делала вид, что оставляю её и ухожу домой.

Сегодня Соня впервые увидела снег, восторгу её не было предела. Она так расшалилась, что перестала меня слушать и, петляя между припаркованными на тротуаре машинами, побежала к дороге. Я уже ору:

- Соня! Соня! Ко мне! Вернись, паразитка!

А она уже боится, что ей перепадет от меня и быстро–быстро семенит в сторону непрерывного потока машин. Ужас охватил меня, а тут ещё вдруг со стороны мусорных баков появилась громадная чумазая дворняга и стремительно понеслась прямиком на мою Соню. Такой псине перекусить щеночка ничего не стоит. Соня только от меня ловко убегать умеет, а эта собака настигла её в три прыжка. И тут случилось чудо! Эта громадная дворняга с ходу сбила Соню с ног и взяла её в зубы. Держала, пока я, с опаской, не подошла к ним.

Псина отпустила невредимую Соню и затрусила к своим контейнерам.

Со слов перепуганной соседки ваш…