Случаи в транспорте

На заднем сидении какая-то бабуся, приличных размеров. Впереди, через два кресла едет студент. Чтобы разглядеть, что за остановка, начинает турбозажигалкой таять лёд на стекле. Размером с пять копеек. Льда много, поэтому процесс таяния льда происходит медленно ибо всё опять замерзает.

За ним сидит строитель, у него в пакете газбаллончик и горелка к нему.

Он внимательно наблюдает на бесплодные попытки студента, потом достаёт баллончик, надевает горелку и наклоняясь к студенту, зажигает сей керогаз.

В этот момент кондуктор орёт название остановки, автобус резко тормозит.

А мужик начинает аккуратно выплавлять целый иллюминатор. Народ замирает, наблюдая за мужиком. В этот момент бабка начинает истошно вопить...

Когда её успокоили, она объяснила:

- Я задремала, тут автобус резко тормозит. На передней площадке кто-то кричит. Открываю глаза, а тут мужик в окне вырезает себе запасной выход.

Думала в аварию попали.

Спрашивают:

- А что кричали-то?

Отвечает:

- Ну надо же что-то делать, да и смотрю, что я в эту дырочку не пролезу!!! ...

zabaikalez

появляется желтое пятно, которое по мере приближения превращается в огромное желтое предупреждающее объявление: «Водитель, внимание! Впереди участок дороги с экспериментальной разметкой! Будь бдителен! ». Андрей вздрыгивается и мы начинаем фантазировать, какой может быть экспериментальная разметка на федеральной трассе: рельефная, светящаяся, со звуковым сопровождением, в виде бабочек… Через километр в черном коридоре появляется новый стенд, с тем же текстом и уточнением: участок с экспериментальной разметкой – через 1 км. Мы сбрасываем скорость до 60 км/час и пытаемся предугадать будущее: «Разноцветные линии! не-а, самопадающие при наезде фигуры! да ну, сверху на дорогу будут лучи проецироваться! ». Приближается желтое пятно: «Водитель, внимание! Вы въезжаете на участок дороги с экспериментальной разметкой! Будьте внимательны! Ваши отзывы вы можете сообщить по тел. 123-456-789». Мы отрываем глаза от стенда – и синхронно издаем вопль: «…ляяяяяя! ». Впереди – черная пустота, край галактики без ощущения пространства и времени, фотоны из фар умирают сразу перед машиной – не видно НИЧЕ…УЯ! У меня на какое-то время пропадает ощущение положения: где верх?! где низ?! и только вектор движения оставляет слабое понимание того, где перед, а где зад. Андрюха вцепляется в руль мертвой хваткой и двумя ногами прыгает на педаль тормоза. Машина встает колом, скользит юзом, немного вроде подворачивает и останавливается. После десятка секунд ужас отступает, мы смотрим друг на друга бешеными глазами, и я замечаю, что вокруг тишина (мотор заглох) и видно только, как на приборной панели светится несколько лампочек. Открываю дверь, вываливаюсь из машины, чуть не подвернув ногу – земли не видно. Возвращается ужас – лампочки на панели исчезли из виду и вокруг снова – НИХУ…ЕГО! Непередаваемые ощущения – наверное, как в космосе в невесомости, но там нет только гравитации, а тут нет ничего, кроме нее. Держусь за машину, пытаюсь не потерять равновесие. Андрюха стоит с другой стороны и злобно матерится: «Ни хрена себе! Экспериментальная разметка – это когда ее нет?! Как мы поедем-то? Я не то что дорогу – я свой нос не вижу! С твоей стороны асфальт есть? ». Щупаю вокруг ногой, но отходить от машины боюсь – потом не найду ее. «Андрюх, я не чувствую». Неожиданно сбоку появляется комета, которая меееедллеееенннноооо летит в нашу сторону. Я напрягаюсь, Андрюха прячется за дверь. Мучительное ожидание приближения неизвестно чего, комета раздваивается и вдруг превращается в машину, которая как-то ползком приближается к нам. Фары у нее светят хорошо, но не освещают ничего. Она останавливается перед нами, освещая буханку, и часть деревьев за нами, и тут мы понимаем, что стоим почти поперек шоссе. Из машины вываливается мужик с глазами филина и хрипло спрашивает: «Ну чо, как вам эксперимент?! Суки! Не знаете, он скоро закончится? ». Я говорю, что вот прямо за нами, мы только въехали в него. Мужик аж обмяк, расслабляясь. «Этот эксперимент на два километра или около того, я полчаса крался, щупая колесами обочину, вы первые, кого встретил! Удачи! Суки эти экспериментаторы! Я им каждые 15 минут звонить буду и рассказывать, какие они твари! ». Он уполз, но вскоре взревел и улетел, а мы опять потеряли ориентацию в пространстве. Однако примерно представляя, где обочина, развернулись, и я пошел впереди, держась за машину и вглядываясь в край асфальта, а Андрюха на первой передаче, на полусогнутых, крался за мной, все эти два километра. У нас они заняли почти час. Машин больше не было ни одной. Когда появилась обычная старая разметка и примерно обозначилась дорога, мы эти белые старые грязные полосы чуть не расцеловали. В первом же поселке Андрюха влупил две бутылки пива, но они даже не разбавили толком адреналин в его крови.

Когда через двое суток мы ехали обратно, на этом участке красовалась ослепительно белая новехонькая традиционная разметка, слепившая глаза даже днем, а от всего эксперимента остался только один покосившийся желтый стенд, на котором телефон был жирно-прежирно замалеван черной-пречерной краской!

насыпи до этого островка. Второй иногда пользовались для завоза на выработаные делянки саженцев. На второй ветке стояла деревня, жители которой имели приработок - они вырезали из дерева ложки, кружки, тарелки, подносики. Сделанное отвозилось в село километров за 30. В селе жили несколько художников (мазил по-местному), раскрашивавших и реализовывавших продукцию подпольным путем через неких барыг. Деньги передавались резчикам, те расплачивались с мазилами, и все шло по новому кругу. Руководство леспромхоза знало, но не трогало резчиков в обмен на заказы-подарки для всякого рода проверяющих.

И вот однажды очередная партия готовой под раскраску утвари подоспела затяжной весной, когда русские проселки превращаются в полосу препятствий даже для трелевщика. Надо отправлять тарелки-ложки, а трактора, как на грех, заняты на дальних делянках. Тю! А нафиг нам трактор, когда рельсы прямо по деревне идут? Кто-то на работе договаривается с машинистом ТУ-2 о том, что тот в субботу приедет и заберет товар, а потом поедет в село и отдаст мазилам.

Благословенные советские времена! Простые и в чем-то добрые.

Машинист в субботу сует сторожу депо синенькую, спокойно выводит тепловоз и уматывает в лес. Сам переводит стрелку - на УЖД это частое явление - и заезжает на ветку. Товар грузится в нерабочую кабину, а, кроме того, кучеру локомотива передается 150 рублей - это оплата труда мазил плюс возврат старого долга.

150 советских рублей - это были большие деньги! Не мульон, конечно, но приличные. Машиниста элементарно заела жаба. Каким-то чертям с кисточками 150 рэ за сидение на заднице в теплой избе, а он тут терпит мучения под всеми ветрами и по уши в соляре за примерно такую же сумму в месяц.

Выехав на магистральный путь, он поехал не в село, а домой. По дороге утопив в болоте мешки с любовно вырезаной утварью. А полторы сотни согрели карман и утихомирили совесть.

Через некоторое время резчики, не дождавшись денег, поехали по подсохшей дороге к мазилам:

- Где?

- Что?

- Деньги где?

- За что???

- За товар!

- Где?

- Что где?

- Товар где?

Короче, разговор слепого с глухим. До мордобоя не дошло, но известие, что товар пропал и деньги тоже, совершенно не обрадовали ни тех, ни других.

К машинисту, конечно, пришли. Хоть из другого села, но ЛПХ-то один.

- Где? ?

- Ничего не знаю. Ни фига вы мне не давали, лок стоял в стойле, как положено по трудовому законодательству, и вообще - валите отсель, спекули треклятые, пока в ОБХСС не позвонил!

Поскольку Советская Власть очень не любила предприимчивость, резчики отвалили. ОБХСС могла прижать всерьез и всем плевать, что люди не украли ни щепочки, а резали своими руками после тяжелой работы.

Морду бить - можно, но не выход, ибо участковому тоже палки нужны, а заполучить "бакланку" из-за такого урода - ну нах!

Месть была исполнена лучше. Один тепловоз в ЛПХ каждый день стоял, как запасной. По очереди. Люди спокойно дождались, когда под "вспомогач" встанет ТУ-2 негодяя, сговорились с другим машинистом, и тот, связавшись с диспетчером, сообщил о поломке дизеля. Со станции был выслан резервом (т. е без вагонов) ТУ-2 с мерзавцем и его помошником.

Мстители провели тяжкую работу. Они заранее восстановили примерно пятидесятиметровый путь от заблокированной стрелки на магистрали до останков заброшенной ветки. И перевели стрелку ломиком. Тепловозик влетел на старый путь, и стрелку за ним тут же закрыли.

Вокруг лока появились мужики с нехорошими мордами и разным тяжелым инструментом. Вор сообразил, что стоит вылезти из лока - и ему пипец.

Вокруг лес, болота, до ближайшей делянки, где есть хоть какое-то начальство, километров 20. Он попытался связаться с диспетчером, но отчего-то (я не понял по рассказу очевидца) не вышло. Мужики начали постукивать ломами по двери за кабиной. И машинюга принял единственное решение. Он поехал. Вперед. Куда ведет эта ветка, все давно забыли. Он, верно, рассудил так: куда-нибудь доеду, а если и нет, так отстанут.

Скорость не превышала 10 км/ч, тепловоз тащился вглубь заповедной чащи. Стоило остановиться, и снова показывался эскорт, следовавший за локом на самодельной дрезинке. На одной остановке спрыгнул помошник - его не тронули, но и не отпустили. Чтобы не привел, кого не надо. Дорога пошла под уклон, машиниста осенило: разогнаться чуток и резко тормознуть, чтобы народ на "бешеной табуретке" побился и убрался. Ну, а назад он сам вернется и стрелку переведет без проблем.

Он и поддал газу, хотя тепловоз угрожающе раскачивался на ржавом пути.

На относительно небольшой, но все же достаточной скорости ТУ-2 проскочил болото и вылетел на островок, где рельсов уже не было, но в траве этого не заметишь. И сел тут же. Намертво. Машинист простился с жизнью - в этих болотах танковые армии пропадали, хрен ли там какой-то тепловоз! Но дрезина уходила. Машинист не верил в чудесное спасение. Из болота он выходил несколько часов. А когда вышел к стрелке - обалдел. Ветка с магистралью НЕ соединялась. Ржавый полузаросший путь обрывался метрах в пятидесяти от бывшей стрелки.

На старой насыпи лежала густая листва, красноречиво говорившая что последний паровоз тут прошел лет десять назад.

А теперь представьте вааламова осла, расказывающего начальнику дороги о волшебных рельсах и тепловозе в болоте! Начальник обалдел. Поехал на место. Да, болото. Да, старый путь без наката. Да, островок, бывший некогда разъездом, но рельсов там давно нет. И как данность - не новый, но неповрежденный тепловоз ТУ-2 посередине.

Рассказ пришлось повторять для директора, главного инженера и собранной комиссии. Комиссия осмотрела промежуток меж веткой и стрелкой и сделала вывод, что путь тут последний раз был лет -надцать назад.

Машиниста замучили. Весь ЛПХ, вплоть до последнего сучкоруба, считал своим долгом прицепиться к нему, где угодно, и выспрашивать Как? и Зачем? Была версия, что трактором, но вот зачем - это не объясняло.

В конце концов, машинист уволился и уехал чуть ли не на другой конец СССР.

Тепловоз списали, поскольку вытащить его с островка было невозможно. Тяжелая техника сама норовила булькнуть в трясину.

Давно нет ЛПХ и сняты рельсы, а депо обратилось в развалины.

А он стоит. Там же.

как называет их отец, но сегодня все было по-другому.

Как-то летом я увидел в действии атакующего носорога!

Мужчина лет 30, около двух метров ростом и килограммов 120-140 весом. На глаз если. Причем все килограммы в раскачанных плечах и не менее раскачанных ногах, шаловливо прикрытых трусами типа боксерок, которые на нем смотрелись почти как стринги.

Этот кабан начал разгоняться сначала нерешительно, а, услышав "Осторожно, двери закрываются", вдруг осознал, что вот он - его шанс покорить очередную спортивную вершину. Поэтому прибавил скорости. Зрелище то еще, в натуре носорог, несущийся на джип, перепутав его с самкой!

Короче говоря, когда двери стали закрываться, и когда любой другой человек остановился бы, бегун отчетливо понял, что бороться с могучей силой инерции при его массе, во-первых - бессмысленно, и во-вторых - ваще-то уже поздно, и покорно отдался судьбе, то есть зажмурился. В общем, он на полной скорости, как броневик, впаялся всем телом в закрытые двери и сотряс вагон как какое-нибудь пошлое землетрясение. От удара к чертовой матери вынесло одно стекло. Он уже вроде бы отклеился, как вдруг опять ухнул всей мордой об дверь - оказалось, что сзади в него впечаталась "серебряный призер забега", какая-то бабка полтора метра в прыжке с рюкзаком а ля "А мы пойдем на Север".

Но все закончилось хорошо, как говорится, в результате ни одно животное не пострадало

успеть на метро, вспрыгиваю в автобус н12, чтобы проехать пару остановок от "Пушки" до "Китай-города", веселость сменяется желанием покемарить, но я все равно прикладываю что-то там из кармана к валидатору и долго ожидаю, пока загорится зелёная "галочка". Дождавшись, я откидываюсь на полминуты на спинку сиденья, а когда открываю глаза, вижу перед собой контролера, типичного борца с Северного Кавказа ростом 1м90, весом около 120, уши соответствующие, лениво протягиваю ему вытащенный из кармана проездной "Тройка", прикладываю его к приборчику в руках контролера, после чего слышу "не оплачено, давай сюда паспорт".

Я пытаюсь понять, что случилось, напоминаю, что у меня единый на 3 месяца, то есть, естественно, за проезд я заплатил ещё при покупке единого. Борцуха игнорирует мои доводы, не даёт мне собраться с мыслями, насев на меня, орет нецензурно, весьма агрессивно и больно толкает меня, сопровождая всё криками "прекрати толкаться" (прием из арсенала уголовников). Удостоверение, естественно, показывает, не открывая.

Я не понимаю что делать, слышал, что нельзя не валидировать даже единый, но что это чревато общением с криминальным авторитетом, который стремится переломать тебе кости, не представлял... А можно же посмотреть камеры в автобусе, на которых видно, как я подхожу к валидатору, и загорается зелёная галочка, и увидеть! - в ответ слышу только отборный мат... Мдя. Борцуха, пыхтя, пытается слиться со мной практически в единое целое, размазывая меня по стенке автобуса.

Паспорт незнакомому человеку я в любом случае не дам, даже если ему принципиально нужны мои 2 тысячи рублей. А, может, надо залезть в левый карман и проверить, - а вдруг я просто заплатил случайно картой Сбера (такое случалось), но левую руку борцуха крепко держит, в карман ее запустить невозможно. Правой получается набрать 102 и вызвать полицию, и, о чудо, через пару минут, когда автобус подъехал к Китай-городу, у остановки уже стоит машина полиции. Контролер-борец не выпускает меня из автобуса, кричит водителю, чтобы он не стоял на конечной, а закрывал дверь и срочно ехал дальше, хотя я прошу подойти к машине полиции и с ними все выяснить.

Я кричу громче, полиция замечает возню и подходит к автобусу. Полицейский выводит всех, опрашивает борца и меня, я наконец-то сую руку в карман и показываю карту Сбера, по которой я оплатил проезд, прикладываю ее к шайтан-машине борцухи. Для убедительности показываю и историю оплат в телефоне. Полиция предлагает не идти никуда, считая вопрос исчерпанным (соглашаюсь, хотя борцуха против 90-килограммового меня был очень нагл, и, толкаясь, погнул мне дужку очков - представляю, что он делает обычно с щупленькими женщинами... ). Но... наглый контролер, он же борец, он же разбойник, с ухмылкой шепчет мне, что он все равно подглядел из рук полицейского в паспорте мое ФИО, и напишет их в своем мосгорТРАНСовом протоколе, что я не оплатил, и мне прилетит штраф, который невозможно оспорить (всегда приходит документ, на котором нет никаких сайтов, телефонов, адресов, а только штрих-код для оплаты).

Чтобы хоть как-то подстраховаться против жаждущего денег борца, я (и, как следствие, борцуха) идем писать заявление, ведь будет хоть какая-то аргументация, если придет штраф. Снова показываю оплату по Сберу, до кучи трясу ещё и проездным, пишу заявление, а потом иду в парк и пишу эту историю.

Вот такая замечательная история, вот в таком замечательном правовом государстве мы живём. И, получается, чукча из известного анекдота, купивший проездной и оплативший обычный билет, тоже может быть зайцем, по мнению Мосгортранса. И "транс" в этом сокращении звучит для меня уже как-то естественно, отражая всю суть этой организации. Транслюди - уголовники в теле госслужащих.

И все. Пробка не хочет двигаться СОВСЕМ. Минут через 5 весь автобус «догоняет» в какую ягодичную мышцу мы попали. Крики типа: «У нашего рейса регистрация идет! » (а тогда она была за 2 часа до вылета) и «Я уже опаздываю! » сталкиваются в воздухе. Вся штука в том, что осталась одна крохотная возможность – правый ряд, но очень узенькая «тропка», там еле проползают легковушки. Народ начинает покидать автобус. Все толпятся на обочине, пытаясь тормознуть хоть что-то. Выходим и мы с дочерью, и понимаем – дело швах. А ребенку-то обещали. Первый раз в жизни – чужая страна, море, солнце и тут такое. Дочь уже чуть не плачет. На всякий случай прошли вперед метров 25 и тоже пытаемся помахать ручонками, мол, спасите, довезите.

И ТУТ! Около нас тормозит инкассаторская машинка, из нее высовывается охранник в форме и спрашивает: «В аэропорт? » От моего вопля «Да! » пригнулось пол-проспекта. «Залезайте, нам туда же! » Птичкой, белкой, мухой (или кто там еще шустрый? ) метнулись в машину. Едем, не веря своему счастью. Ребенок с ходу восхищенно назвал охранников в камуфляже «супер-ниндзя-черепашками» и попросил потрогать автомат (или что у них там было). Самый общительный спрашивает: «Во сколько рейс? » Через час пятьдесят, регистрация началась. Он и говорит шоферу – «Дима, давай! » Дима дал. Включил сирену, мигалку и «втопил». Твою дивизию! Первый (и наверняка последний) раз в жизни я передвигалась на инкассаторской машине со всеми прибамбасами, а немногочисленные машины (большинство осталось сзади, в пробке) уступали дорогу. Мы успели и вполне спокойно прошли всякие контроли.

Спасибо вам, мужики. Не перевелись еще настоящие мужчины на Руси!