Истории о армии #солдат

проскакивала здесь история о том, как мент в метро демонстративно проигнорировал «террориста». Я минувшим летом стал свидетелем подобного, а можно сказать, и соучастником, так как этот «спектакль» был разыгран для меня. Жаль не на что было заснять.

Минувшим летом поехал на ВВЦ, по работе понадобились кое-какие детали. Закупился, на обратной дороге зашёл в летнюю кафешку выпить стаканчик холодного разливного пива. Верна поговорка «мир тесен». У стойки нос к носу столкнулся со своим бывшим однокурсником Владом. На плече у него висел автомат калашникова. Как вскоре выяснилось, не настоящий, за ним Влад на ВВЦ и приехал. Китайцы потрудились на славу, не отличишь от боевого, даже по весу почти такой же.

За кружкой пива потрепались о жизни, Влад рассказал, что давно увлекается ролевыми играми. Находят какие-нибудь заброшенные деревни, казармы, катакомбы, и играют в «войнушку» для взрослых. Две или более команд стреляют друг в друга пластмассовыми шариками из подобных автоматов и пистолетов. Типа пейнтбола, только если в пейнтболе попадание отмечается краской, здесь игра «под честное слово» - почувствовав попадание, боец бросает оружие и поднимает руки, показывая другим участникам, что на оговоренное время выбывает из игры.

Допили пиво, Влад предложил прокатиться со мной, вместе ехать веселее, благо живём в соседних районах (я в Чертаново Южном, он в Ясенево), заодно решил пройтись по Битцевскому лесу, найти безлюдное место, испытать свою новую игрушку в полевых условиях. Я, было, предложил спрятать автомат в сумку, у меня с собой большая, туристическая была, туда бы влез. Менты увидят – сначала почки отобьют и в обезьянник закроют, а потом уже будут разбираться, настоящий автомат, или нет. Сказался личный опыт, когда какая-то тётка в электричке заметила у меня в руках компьютерный блок питания с кучей разноцветных проводов и на весь вагон подняла панику «А-а-а! Смотрите! У него бомба! Мы все умрём! » Стоявший неподалёку мужик ловко выхватил у меня «бомбу» и выкинул в окно.

Влад сказал: «фигня, так прорвёмся, пошли, сейчас шоу увидишь». Охранники на ВВЦ даже глазом не повели, видать это тут обычное явление. Вход в метро ВДНХ. Заходит человек в армейских ботинках, камуфляжных брюках, чёрной футболке, бандане с изображением осколочной гранаты-лимонки (логотипом их команды), с волосами до плеч, согнутой рукой держа за ствол перекинутый через плечо калаш (на манер терминатора). Типичный вооружённый психопат. Стоявшего на входе сержанта вдруг неожиданно заинтересовала уже давно стоявшая у выхода компания попрошаек, мент развернулся и пошёл в их сторону, сделав вид, что нас не заметил. Вахтёрша на турникетах уткнулась носом в газету. Спускаемся, заходим в вагон. Пассажиры опасливо косятся, но кнопку экстренного вызова никто не нажал. На следующей остановке народу поубавилось. Доехали до Октябрьской, ни на станции, ни в переходе полицаев не было, на нас лишь молча смотрели расположенные на каждом углу камеры наблюдения, изображение с которых наверняка в этот момент кто-нибудь наблюдал на мониторе. Добрынинскую патрулировали три «подментка» - солдаты внутренних войск. Увидев нас, они переглянулись и ушли за колонны противоположной платформы. По дороге до Пражской опять распугали пол-вагона. Какой-то паренёк лет семи спросил: «а он у вас настоящий? » и услышав отрицательный ответ все как-то странно быстро успокоились. На выходе два молодых мента ковырялись с iPad’ом и оживлённо что-то обсуждали, кажется им было пофигу всё, происходящее за пределами экрана. На улице Красного Маяка мимо пару раз проезжал патрульный Форд. Но с этими ясно, их задача – собирать по дворам алкашей, нелегалов, дебоширов. Дошли до поворота, попрощались, я пошёл домой, Влад отправился в лес стрелять по бумажным мишеням.

Этим морозным февралём, катаясь в Битце на лыжах, встретил выгуливающего своего пса Влада. Вспомнили, потрепались, он сказал, что у себя по району тоже без проблем добрался. Рассказал, что как-то почти неделю ходил с кобурой на поясе, пустой, но настоящей, офицерской, и никто из наших доблестных защитников граждан от вооружённых психопатов ни разу не поинтересовался что у него там. Но это уже другая история.

разъезд из десятка человек, который вступает в бой, и держит десант почти пол-дня, что говорит о хорошей подготовке защитников крепости. Наконец, их сметают, выгрузив из судов флотилии небольшие пехотные пушечки.

Захватчики движутся к крепости. Там находятся 680 солдат, с огромным запасом боеприпасов и продовольствия. При соотношении нападения к защите 2: 1 (а точнее 1: 1) шансов у захватчиков - практически никаких. Тем более, что в двух днях пути находится огромный гарнизон другой крепости, готовый прийти на помощь.

Разгорается битва. О ее ожесточении говорят потери: примерно по двадцать человек с каждой стороны (причем десяток содат в крепости погибает от разрыва собственной пушки).

Всего через несколько часов бравый комендант крепости почему-то решает, что сражение проиграно, и тихонько бежит с гарнизоном в другой форт, аж за 80км от битвы. Его ума хватает только на то, чтобы заминировать склады с продовольствием и порохом, на которых и подрывается часть захватчиков, решивших наконец поинтересоваться, какого хрена из крепости перестали стрелять.

Драпающий комендант не удосужился предупредить о своем гениальном отходе милицию местного городка, которая затем действительно героически, до последнего бьется с десантом, тщетно надеясь на подмогу, которая в этот момент улепетывает во весь дух. Так и закончился день. Наутро начались грабежи складов, насилия, разрушения, а еще через десять дней тяжело нагруженные добром захватчики покинули дымящийся город...

Всего в инциденте погибло по полсотни солдат с каждой стороны.

Обычная история для того времени. О ней забыли бы через год, случись это охваченной битвами Европе. Но я рассказал про сражение при форте Йорк, который сейчас называется Торонто.

Пару дней назад отмечалось двухсотлетие исторической битвы (цитирую газету - "величайшей военной драмы Канады"). На юбилее был устроен военный парад, самый большой после 1945 года. Именем героического коменданта увенчаны правительственные сооружения. На вершине политкорректного идиотизма решено построить монумент, прославляющий героизм североамериканских индейцев, кто снимал скальпы не с англичан, а с американцев.

Ну, и как обычно: театрализованные представления, возложения цветов, и банкет.

Историческая память, блин!

"чёрные", пантеры что, какие-то другие что-ли бывают? Так или иначе, а служивших на российско-китайской границе предупреждали, что такое спецподразделение у соседа существует, имеет высочайший уровень подготовки, и весьма достойную матбазу на фоне не очень презентабельной НОАК того времени.

Наши же погрнвойска, именовавшиеся "Федеральная пограничная служба" переживали все прелести 90-х. Это выражалось в первую очередь в падении уровня технического обеспечения, и качества пополнения: отбор призывников если и производился, то очень поверхностный, среди призывников было масса физически неразвитых ребят, а так же имеющих судимости. Пока бывший арестант в погонах сам не ляпнул где не надо про своё лихое прошлое, никто из руководства не занимался его персоной. Всё, что в конце 90-х делалось руководством держалось на старой пограничной закалке, служак воспитаных на примерах подвигов прошлых поколений.

История.

В пограннаряд "Дозор" н-ской заставы выдвинулись 2 солдата-срочника. Один по статусу дембель, второй помоложе. Их задачей было пройти вдоль рубежа основных инженерных сооружений (тот самый забор из фильма "Граница") до участка, охраняемого соседней погранзаставой. Это, в зависимости от участка заставы от 3 до 25 километров. Дембель оказался ленивый, и дойдя до одного из удобных участков по маршруту, отправил молодого на стык, а сам прилёг отдохнуть. Младший пошел налегке - только автомат, и средства связи (как-то же он должен доложить, что маршрут пройден). Дембель прикипел, видимо, компенсируя все те часы, которые оторвала от его сна служба. Вдруг, проснувшись раньше, чем вернулся младший наряда, он осмотрелся, и увидел, что через контрольно-следовую полосу (имевшую "уставший" от метеоусловий вид) в сторону "тыла" перебирается мужчина в тёмном спортивном костюме, и с небольшим рюкзаком. Солдат встал со своей лежанки, поднял оружие, и приказал: "Стоять". Задержанным оказался подтянутый китаец неопределенного возраста (что-то от 30 до 45). У пограничника средств связи не было - сигнальный пистолет, радиостанция и тапик ушли на фланг. Дембель приказал нарушителю идти по тропе, и повёл на заставу, а сам со вскинутым автоматом у бедра пошёл следом. Довёл успешно. Руководство сперва сомневалось, что делать с "героем" - отодрать, или наградить. Решили повесить - фотографию на доске почёта. В ходе погран-представительских встреч при передаче китайцев нарушивших Границу, полиция Поднебесной вела себя с ними как с мусором, как с недочеловеками. Но не в этом случае - принимающая сторона была максимально корректна, кто-то даже стоял навытяжку. Насколько быстро его департировали, и какие юридически-дипломатические события сопутствовали этому процессу сказать не могу, от этого я был совершенно далёк.

P. S. Спустя годы, связанный с этой ситуацией офицер разведотдела поделился, что тогда, в ходе следственных мероприятий с пойманым, удалось установить его войсковую принадлежность. Увидев, что российские власти о нем немало знают, он хотя и сдержанно, но стал отвечать на вопросы. Из полученных свдений были сделаны разные выводы, из них:

- он мог с самого начала обезвредить солдата-срочника с автоматом, но не стал этого делать, пока не выявит второго (знал, что службу несут как минимум по-двое, и второй в момент задержания маскируется и прикрывает, так же он знал, что разделять состав пограннаряда запрещено); в ходе движения по лесной тропе он всё больше поражался подготовке второго пограничника - разные звуки леса ему давали лишь предположить место нахождения того, второго; факт того, что российский пограничник один, китаец понял лишь, когда его вели уже по селу, рядом с которым стояла застава.

Как предпрложил офицер - "Чёрные пантеры" выполняют различные учебные задачи на территории граничащих государств (к примеру один переходит Границу, делает закладку вне погранзоны, а забирать пойдут другие, знающие лишь координаты) - но это лишь предположение.

Предвижу кучу проблем в связи с этими ребятами, забираю документы на них у сопровождающего офицера, иду с бумагами к командиру части.

Тот хватается за голову, и начинает названивать по телефону. От одного дагестанца ему удалось отказаться, а второй остался у нас.

Он был единственным кавказцем в части, и ему пришлось хлебнуть лиха. Синяки не раз мы у него видели, а однажды даже челюсть ему в казарме ночью сломали.

Я ему говорю: «Скажи – кто». Мы его сразу под трибунал, а тебя выведем из части. Надо – в другую переведем. А дагестанец всегда – «Это я сам. С табуретки упал».

Прикидывал я - как его отделить от остального личного состава. Спрашиваю:

- Что умеешь делать? Может строительные какие работы знаешь?

Говорит:

- Знаю строительные. Дома всё, что нужно, сам строил.

- Штукатурить умеешь?

- Умею.

Показываю ему склад. Здание ещё дореволюционной постройки. Метров четыреста длиной.

- Фасад сможешь один заштукатурить?

- Смогу!

Я ему тогда сказал, что, если эту работу сделает, получит отпуск и благодарность от командира части.

И вот каждый день после утреннего развода он брал тачку, инструмент, цемент, и шел к этому складу. Соорудил себе из подручных средств мостки, стремянку и каждый день – туда. Рота на другие работы, а он – приносит себе цемент с другого склада, воду ведрами, замешивает, штукатурит и штукатурит. В столовую без строя ходит. В казарму – после отбоя приходит. Сам по себе – и на виду всё время. Деды и вся борзота перестали его дергать. Зампотылу его работу проверяет. «Качественно», - говорит.

Я про него уже и забыл, - проблем же не создает, - когда однажды приходит: «Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться! »

- Что такое?

- Ваше приказание выполнено! Склад оштукатурен!

- Ну, молодец! А чего пришел-то?

Мнётся…

- Вы про благодарность говорили.

Тут я внутренне охнул. Про обещанный отпуск он молчит, а я вспомнил. Напомню – 91 год. В армии нищета, и война на Кавказе. Отпускать его домой никак нельзя – велики шансы, что не вернется, придется за ним кому-то ехать, а кто поедет – тоже могут не вернуться. Да и бланков «Благодарность» нет. Хорошо – были у меня большие открытки типа к 23 февраля, но без надписей. Там орденская лента, героические лица бойцов, ещё что-то соответствующее. На этой открытке машинистка штаба написала под мою диктовку примерно следующее:

- Уважаемая Хатима Магомедовна (имя-отчество здесь условны)!

Ваш сын … … с (дата)… по настоящее время исполняет почетную обязанность защитника Родины в вверенной мне воинской части №…

За время несения службы рядовой …(фамилия) показал себя … проявил…

Благодарю вас за воспитание…

С искренним уважением – командир войсковой части № …. подполковник …

Дата подпись, печать.

Командир подписал, печать в штабе поставили, отдал эту открытку бойцу. Он, как я потом узнал, отправил эту открытку матери заказным или даже ценным письмом, что подразумевало вручение адресату лично в руки. Что касается отпуска, - ему объявили отпуск по месту дислокации части. То есть, - после утреннего развода он волен покидать территорию части, гулять по Москве, приходить или не приходить на приём пищи в солдатскую столовую, снова покидать территорию части, но в 21-00 возвращаться в казарму. Не будем углубляться – насколько это поощрение соответствовало уставу. Но я пообещал, и моё обещание командир реализовал таким образом.

Отгулял парень свой отпуск. В роте его отношения с сослуживцами давно уже нормализовались, когда в часть пришло заказное письмо из Дагестана.

Мама этого парня на двух страницах каллиграфическим почерком и с безукоризненной грамматикой благодарила командира части за полученное письмо о сыне. Сообщила, что это письмо прочитали все ближние и дальние родственники (это я здесь нам говорю «дальние» а у них нет дальних родственников. Все ближние. ), сказала, что гордится своим сыном, и рада, что он попал служить в такую хорошую часть, с такими хорошими командирами и сослуживцами.

Тогда, среди других дел и обязанностей, я выбрал время пообщаться с парнем.

Его отец рано умер, и их троих воспитывала мама – учительница русского языка в маленькой школе. На медкомиссии в военкомате у него нашли что-то в лёгких, и маме пришлось назанимать у родственников денег, подмазать врачей, чтобы парня признали годным к воинской службе.

И это письмо командира части о хорошей службе сына мама отвезла одним родственникам, те отвезли другим… Письмо это прочла половина Дагестана.

Такая вот история.

Чуть не забыл сказать, - за всё время моей офицерской службы, этот дагестанец был единственным из знакомых мне солдат, который писал по-русски с безупречной грамотностью.

один солдатик среднеазиатских кровей, видимо не сопоставив свою скорость с силой трения на обледеневшей крыше, резко сменил направление перемещения с горизонтального на вертикальное. Попросту говоря [бах]нулся вниз. Летит, глаза широкие стали, лопатой вертит (всё по уставу: умирай, но оружия не бросай), рот открыт, орёт, наверное от удовольствия. Высота этажа три будет или около того. Внизу сугроб, который он сам же и нагрёб. Бу-уултых туда. Вылез, стоит отряхивается. Прибегает сержант, руками машет, что-то кричит, мне не слышно, видимо поздравляет с удачным приземлением или замечания по технике полёта выдаёт.

Действие второе: картина та же, действующие лица те же. Добавилась маленькая деталь: узкоглазого Икара привязали верёвкой за пояс. Техника безопасности, б%я. Чистят они, чистят. Дальше — дежа вю.

Этот индеец среднеазиатских прерий снова поскользнулся. Снова летит, снова лопатой вертит. Присугробился. Снова вылез, отряхивается.

А как же верёвка, спросите вы?

С верёвкой всё нормально. Хорошая верёвка, крепкая, прочная, тонну выдержит. Только привязана одним концом — за солдата.

про него собственно и история. В процессе беседы выяснилось, что они уже едут двое суток и также разговаривая, они выяснили, что очень давно они служили на одной пограничной заставе у нас на дальнем востоке. И когда-то, покойный муж этой женщины, особист заставы спас молодого медика прапорщика Василия от неминуемой ломки его служебной карьеры по каким-то там партийным делам. За что Василий неоднократно поминал мужика добрым словом и искренне сожалел этой женщине что муж так рано умер. К вечеру Василий ушел к своим знакомым в соседнее купе отмечать день рождения своего внука. Поздно вечером он вернулся в прекрасном расположении духа с поллитрой, которую мы на троих и выпили. Выпили соответственно своих способностей, т. е. как и все нормальные женщины в чужой компании, наша попутчица только пригубила, я выпил от силы сто грамм-завтра спозаранку встреча с заказчиком, а Василий приговорил остальное. Подъем мужика на вторую полку в объятия сна осуществляли втроем. Я, хрупкая женщина и могучий и богатый русский язык в части матов сквозь зубы. Василий при этом вел себя как нормальный русский мужик, офицер, напоминал сосиску. Т. е. никак. А фигли, солдат спит, служба идет. При этом достойно и прилично не как какой-нибудь алкаш. Я вспомнил рассказ своих друзей, как они когда-то поднимали меня. Поверьте мне, вели мы себя по разному. Одним словом настоящий офицер. Ну, слава богу, подняли. Мы еще немного поговорили об их жизни на заставе, попутчица что-то рассказывала из жизни пограничников и постепенно, под стук колес купе отошло ко сну. Оказалось ненадолго.

Жуткий грохот падающего со второй полки тела об столик со стаканами и разной посудкой мгновенно разбудил нас с женщиной. Разбудил грохот нас, но не Василия который собственно и храпел теперь уже на полу. Первые попытки поднять его очень быстро дали понять, что сосиску в стоячем положении мы хоть и смогли запихать наверх, но теперь, то тесто которое он собой представлял из ямы между полками мы уже точно не вытащим. Наши позывы Василий, Василий, Ва-а-сссилий вставай! Сопровождались только сладким сонным похрапыванием.

И тут наша попутчица с радостной присказкой, А! Вспомнила! выдает:

- Василий вставай, ГЕНЕРАЛ идет.

Мгновенно! Человек оказался на ногах! Трезвый!!!

- К-к-какой генерал? Где?! - спросил он.

Это надо было видеть. У меня случился шок. А Василий оценив ситуацию, спокойно, сам(!), залез к себе на вторую полку и захрапел дальше. Только после этого меня пробрал смех. Очень громко и на весь вагон. Когда я успокоился, эта женщина добила меня контрольным в голову, сказала:

- Да вот, Сергей, муж давно уже умер, не сразу вспомнила я, раньше, когда его нужно было поднять из такого же состояния, я кричала ему: «Застава в ружьё!» и он мгновенно поднимался. Ни разу не было осечки.

Только при этом «застава в ружье» она произнесла тихо. Пусть спит спокойно пограничник Василий, граница на замке. И пока у нас такие пограничники, в этом можно быть уверенным.

Однако капитан Х был озадачен вовсе не внешним видом пополнения.

Основная проблема заключалась в том, что новоиспеченный защитник родины не говорил по-русски. И не понимал. Совсем.

Когда он слышал громкую команду, то догадывался, что надо куда-то бежать и что-то делать, но вот куда и что. . .

Знаков различия он не понимал и кажется думал, что служебное положение военнослужащего напрямую связанно с его ростом и весом. Так, он напрочь отказывался признавать своего взводного, которому довелось быть среднего роста. При этом он боготворил старшину роты (~190 см/120 кг) и пытался бегать за ним, лопоча что-то непонятное. . .

Решение созрело быстро. В качестве учителя русского, наставника и переводчика был вызван мл. сержант Исламбеков, как две капли воды похожий на новоприбывшего. Отслужив уже год, Исламбеков хоть и не признавал падежей и склонений, но в общем неплохо изъяснялся на армейском-русском и как птица говорун иногда отличался умом и сообразительностью.

Получив задание, Исламбеков увел ученика в казарму, выговаривая ему что-то на своем языке и корректируя направление движения легкими толчками. Было видно, что бойцы нашли общий язык.

Результаты не заставили себя ждать. Уже к концу недели новый солдат узнавал своего командира, уверенно находил место в строю, знал где лежат ведра и тряпки и выполнял с десяток основных команд голосом.

По истечении трех месяцев он освоил около сотни слов и выражений и уверенно влился в основные ряды.

Капитан Х был доволен и как-то при случае похвалил Исламбекова за проявленные педадогические таланты и между прочим спросил не приходится ли новый боец ему дальним родственником, уж больно похожи.

Так тов. капитан случайно узнал, что бойцы не только не являются родственниками, но так же не являются соседями, и вообще никем друг другу не являются и говорят на разных языках, т. к. прибыли из разных республик необъятного Советского Союза. . .

-- ст. л-т пахоменко