было очень малое количество личного состава в том подразделении. Уже не помню за давностью лет почему так случилось. Так вот мы с Васей заступили в наряд радостные. Наряд-то халявный. Личного состава мало, отцы-командиры практически не появляются. «Ну выспимся ночью! » - думали мы. Ага?! Наивные. А надо сказать что Вася был человеком уникальным. Поспать он очень любил. Нет, я понимаю, что в армии вообще мало кто спит нормально, но Вася был настолько уникален, что даже если рано ляжет спать и проснётся сам, когда выспится, то всё равно при нащупывании хоть какой-то точки опоры обязательно уснёт. Однажды он умудрился заснуть, сидя на стуле и мешая в ведре обойный клей. Я даже испугался сначала, подумал что ему плохо стало. Сами представьте. Сидел себе человек, клей мешал, голову над ведром склонил, и тут внезапно захрапел… Так вот. Мы с Васей сразу договорились, что первую половину ночи спит он, потом я, а днём - как получится, поровну поделим. И строго-настрого я ему наказал, чтобы не дай бог, ни в коем случае не спал, когда на тумбочке стоять будет, ато спалимся и получится из такого халявного наряда полная ж@па. Вася проникся просьбой, покивал утвердительно, типа понял, всё будет в ажуре. Пол ночи я отстоял, убрался в расположении, даже никто из проверяющих не зашёл ни разу. Ну, думаю, скорее всего во второй половине ночи никто не должен появиться. Офицеры тоже люди, поспать хотят. Даже если Вася стоя уснёт, спалиться не должны. Хрен там плавал! А дальше всё как по закону подлости. Расталкал я Васю еле-еле, дескать иди на тумбу, моя очередь спать, да очень строго (чтоб даже с просонья понял) напомнил ему про наш уговор. Он уверил меня, что всё понимает и помнит и ни за что в жизни не заснёт до утра. Спокойный я отправился спать в сушилку, сделав лежанку из двух столов. Только я заснул, вдруг сквозь сон слышу кто-то в дверь ломится и громко матерится. Но просыпаться не хотелось. Подумал, что Вася где-то задремал. Но как только услышит грохот, проснётся и откроет дверь. Да щас… Где-то через пару минут сознание ко мне вернулось и я полностью проснулся, так как мат и стук не прекращались. Я наполнился злостью, что этот Вася умудрился испоганить такой лёгкий наряд, не выполнил уговор и заставил меня проснуться, когда я честно нёс службу первую половину ночи, а он меня подставил. Я готов был взорваться, но сейчас надо было идти открывать дверь и получать заслуженных [ман]дюлей от проверяющего. Получать за него по шапке очень не хотелось (ведь дежурному не объяснишь, что это не я виноват и люлей должен получить мой товарищ, который, падла, спал не в своё время), поэтому я решил предпринять последнюю попытку докричаться до него в надежде что он всё таки услышит, проснётся и пойдёт исполнять свои обязанности. Громко во весь голос на всю казарму пару раз я крикнул: «ВАСЯ, Б@@@ТЬ! ВАСЯ! » От неожиданности даже дежурный за дверью притих и прислушался. Казалось он тоже ждал когда же этот б@@@ть Вася уже наконец откроет. Но никакой реакции не последовало и офицер стал колотить в дверь ещё громче. Попутно, наряду с матом из-за двери стали слышаться угрозы как он нас вы[дер]ет, потом высушит и снова вы[дер]ет... и всё в таком духе. Здесь надо заметить, что в армии вообще матом не ругаются, на нём там разговаривают, но этого офицера я запомнил тем, что он такие трёхэтажные конструкции компилировал, что даже мой привыкший за три года слух резало. И если это записать, то можно потом такой записью нечистую силу изгонять. Не буду описывать подробно, что именно он кричал, но поверьте, он на нас с Васей столько запутанных и трудновыговариваемых заклинаний наложил, что сам лорд Воландеморт умер бы от зависти, если всё это услышал. Короче говоря, я настолько испугался, что хотел застрелиться, дабы избежать всего, что обещал проверяющий за дверью. Но делать нечего, пришлось идти открывать. Я приподнялся со стола и тут заметил, что Вася, этот засранец, эта редиска, этот гад… мирно спал рядом со мной на столе и не то что не проснулся, даже похрапывать не перестал. Попытки растолкать его и объяснить что нам грозит долгая и мучительная смерть, которую даже самые изощрённые маньяки за всю историю человечества не придумали, вообще ни к чему не привели и я, предвкушая вагон [ман]дюлей, пошёл сдаваться. Но не тут то было. Кто служил и кому приходилось долго лежать на твёрдой ровной поверхности, наверняка знают, что от длительного лежания нарушается кровообращение ног и они затекают и несколько минут совсем тебя не слушаются. Я вскочил со стола и рванул было из сушилки открывать дверь, но мои ноги сказали: «Не, не чувак. Подожди минут пять, пока кровоснабжение восстановится, тогда мы может быть подумаем нести тебя или нет, а пока поваляйся у двери, отдохни» и я грохнулся на пол. Хотел было послушаться и чуток помассировать ноги, но к угрозам, проклятиям, трудновыговариваемым эпитетам, метафорам и сравнениям и грохоту из-за двери добавилось требование, что если дверь немедленно не откроется, то он возьмёт из пожарного щита топор и вынесет её нахрен. Тот чувак за дверью вполне мог это сделать. А после получения такой дозы п@@дюлей ещё и дверь ремонтировать мне вообще не хотелось и я решил продолжить свой трудный путь. Цепляясь за ручку двери и все попутные предметы, я как сраный Рембо с простреленными ногами, которому во что бы то ни стало надо выполнить задание и спасти человечество, полз к входной двери иногда переходя на движение на четвереньках, если цепляться было совсем не за что. Так я дополз до двери. Моему ужасу не было предела, но открывать надо. Я последний раз попытался подняться на ноги, но тут же рухнул обратно и потянулся к массивному шпингалету, чтобы открыть дверь… Если честно, к тому моменту, я уже был готов ко всему и если проверяющий тут же убил бы меня нахрен за такое нарушение даже не обиделся бы. Когда я открывал шпингалет передо мной пронеслась вся моя жизнь. Напуганный, в безысходном положении, и с виноватым видом я открыл дверь и, стоя на коленях, приложив руку к голове, начал доклад: «Товарищ подполковник! Во время вашего отсутствия... » и так далее. Товарищ полковник со зверским выражением лица смотрел перед собой, готовый разорвать кого угодно, но не обнаружив никого в поле видимости принял удивлённый вид. Что-то явно не сходилось. Дверь открыта, доклад дневального слышен, а где же сам дневальный? - подумал он. Посмотрел вниз и увидел источник звука-меня, стоящего на коленях и докладывающего о происшествиях в подразделении. Он тут же понял в чём дело, сам ведь был когда-то таким и спал, наверное, в нарядах и возможно даже попадался. Неожиданно для меня подполковник расхохотался аж до слёз и, еле стоя на ногах, держась за дверной косяк и, вытирая слёзы, только смог выговорить сквозь смех: «Сколько лет служу, сколько всего повидал, но такого... ». И, минуты через три, когда проржался, говорит: "Я никому ничего не скажу, даже проверять не стану, но если ещё хоть раз попадётесь-мало не покажется" и, смеясь ушёл. Больше в ту ночь нас никто не проверял, а я ещё минут 15 отходил от произошедшего, и не мог поверить, что так легко отделался. 3 сигареты подряд скурил и потом только успокоился.
Вот такой случай. Артиллеристам привет! 
