А ещё на подводной лодке ты, почти всё время, за[дол]бан уставший вусмерть. А какие там снятся сны... эх.
И вот, вы сладко спите после полутора суток вынужденного бодрствования, а вас начинает кто-то грубо хватать руками, трясти и орать прямо в ваши свит дримсы:
- Эдииик! ! Эдиииикбляааа, вставай! [м]ляааа, Эдик, пи[c]ец, просыпайся! !
Ага, началось, думаю я себе спросонья. Механизмы гудят, вентиляция шелестит, значит на лодке всё в порядке. Вот она, значит, как подкралась-то, Третья Мировая... Это Игорь, так вероломно трясёт меня за плечи - наш турбинист, а впоследствии комдив-три.
- Да, встал, Игорь, встал! Хватит меня уже так беспардонно трясти! Что случилось-то?
Но Игорь уже выскочил из каюты и орёт в соседней:
- Борисыыыч! Борисыыычбля, вставай! [м]ляаааа, Борисыч, пи[c]ец просыпайся!
Вот жешь, интриган хренов. Через минуту стоим в проходе между каютами: Игорь в РБ и подпрыгивает, мы с Борисычем в трусах и озабоченных лицах.
- [м]ля, мужики, мне таракан в ухо заполз! ! Что делать-то! ! - Игорь, конечно, в панике. Мы с Борисычем, как знатные тараканологи, сохраняем внешнее спокойствие.
- А точно? - уточняет Борисыч, принюхиваясь.
- Сочно, [м]ля! Он лапами в ухе там шевелит! Я это чувствую!
- Надо что-то делать, - говорю.
- Да неужели! - орёт Игорь, - да вы гении, ё[ж] вашу мать, так быстро соображаете!
- Надо его убить, для начала, - рассуждает Борисыч, - чтоб он дальше в мозг к тебе не полез.
- Вмоск! ? Какэтавмоск?! - Игорь взрослый, спокойный и очень умный мужчина, но сейчас, как малое дите, право слово.
- Как-как. Через Евстахиеву трубу, конечно же, - блистаю я анатомической эрудицией.
- Ну дык давайте убивайте иво уже быстрей!
Заглядываем с Борисычем Игорю в ухо.
- У тебя ж пистолет, может застрелим его? - предлагает Борисыч.
- Не вариант, мозг-то у пациента мы не заденем, наверняка, но вот патрон я потом х[рен] спишу.
- [м]ляаааа. [м]ля-бля-бля, - причитает Игорь
- О! - догадывается Борисыч, - надо его утопить! А может он испугается и обратно вылезет от этого!
Ну всё. Решение принято. Игорь убегает в душ, топить или пугать таракана, мы с Борисычем одеваемся, хохоча, и бежим следом. Заглядываем в душ, - Игорь льёт воду в ухо максимальным напором.
- Ну что там? - искренне волнуясь, спрашиваем мы.
- Да, вроде, перестал шевелиться.
- Ну за[ши]бись, ещё пару вёдер влей, на всякий случай!
Влил. Сидим в центральном.
- Ну, что - шевелится?
- Да нет, вроде, вода только булькает.
- Чо, надо его достать теперь... как-то.
Ну нашли шурупчик потоньше, с мыслью им тараканий труп проткнуть, навернуть и вытащить. Инженеры же (один ядерщик, другой электромеханик и третий в панике) и всё такое. Борисыч, высунув язык от напряжения, начинает засовывать шурупчик Игорю в ухо.
- Ойбля! ! - вскакивает Игорь, - зашевелился опять!
- Не прокатило, - вздыхает Борисыч, - пошли-ка покурим-ка.
Поднимаемя на мостик. Зябко. Четыре часа утра, темно, холодно, сыро и неуютно. Закуриваем.
- А может его это, - дымом травануть? Эдик, дунь-ка мне в ухо дымом, да побольше.
Ну что не сделаешь ради друга? Набираю дыма побольше и начинаю задувать его Игорю в ухо. И тут. На мостик заходят удивлённые глаза командира (он дежурным по дивизии стоял).
- Что это, [м]лядь, тут происходит на моей подводной лодке?!
- Игорю Юрьевичу таракан в ухо заполз, тащ командир, - докладывает Борисыч потому, что у меня-то рот занят, - пытаемся его оттуда вытравить.
- Да лааадно? - улыбается командир такому, неожиданно интересному, событию в серых буднях береговой жизни, - а чо он туда заполз-то? Этот одесский еврей там сосиски от друзей прячет, небось?
- Товарищ капитан первого ранга! - негодует Игорь, - я попросил бы! !
- А ты таракана попроси, может вылезет. С сосиской. Ладно, не ссы - русские на войне своих не бросают! Хотя ты ж х@хол, тебя, вроде как, и можно. Чо делали-то, докладывайте.
Доложили.
- Ну вы долбое[ж]ы, что ли? - удивляется командир, - тараканы же назад не ходят, как бы он сам вылез-то, пугатели?
Ну вот, [м]лядь, откуда он это знает?
- Значит так. Сейчас пошлю машину дежурную за доктором нашим. Надеюсь, что за это время он до мозга не доберётся. Хотя, тараканы же кости не грызут, вроде бы.
- Ну тааащ командир! - требует уважительного к себе отношения Игорь.
- А будешь [зв]издеть - не пошлю. Так что попиететнее тут со мной. Тепереча от мине тут всё зависит. Пошли пока, чаю попьём.
Сидим в центральном, пьём чай. Командир, Борисыч и я, в смысле, пьём, а Игорь носится кругами вокруг командирского стола.
- Игорь, не мельтеши! - не выдерживает командир, - Что ты, как профурсетка при первом мин@те матросу, - линолеум мне весь до дыр сотрёшь!
- Да он шевелится там - как не мельтешить-то?
- А вот не будешь больше сосиски от друзей в ушах прятать. Я вот не прячу, ко мне тараканы в ухо и не залезают!
- Ну таааащ командир!
- Не ной! Будь мужиком, [м]лядь!
- Легко вам говорить!
- Конечно, легко. Я сосисками с друзьями делюсь же!
- ... ... . ! !
Привозят злого и невыспавшегося доктора Андрюху.
- Что тут у вас опять, аппендицит? - подозрительно косится на меня Андрей.
- Гороздо хуже, товарищ военврач! - торжественно докладывает ему командир, - к Игорю Юрьевичу в ухо заполз таракан и теперь тщетно пытается найти там его мозг!
- Чтобля? Таракан? А как он туда заполз-то?
- И я о том же, - радостно поддерживает его командир, - предлагаю назначить служебное расследование и, до его окончания, никаких действий с тараканом не производить, для сохранения в целостности оперативной обстановки! Да ладно, шучу, не пучь глаза, а то лопнут сейчас - давай Андрюха, доставай.
- Да я вам ветеринар, что ли? Меня в академии медицинской этому как-то забыли научить. Пошли в амбулаторию, будем что-то думать.
Всей делегацией двинулись в амбулаторию. Там Андрюха перебирает какие-то пузырьки и думает, а мы просто сидим и делаем вид, что тоже думаем. Игорь бегает из угла в угол.
- А! Во! Придумал! - показывает нам Андрюха какой-то пузырёк, - ложись, Игорь, на кушетку!
- А что там в пузырьке этом? - опасливо косится на пузырёк Игорь.
Андрей молча смотрит на него минуту, другую, третью... .
- ЭПОКСИДНАЯ СМОЛА ТАМ! Залью её тебе в ухо, а потом сделаю трепанацию черепа и добуду себе брелок с тараканом! ! Вот я тебя спрашиваю, что ты там в испарители свои сыпешь, чтоб пресная вода была? Нет? И ты мне моск не еб@! Ложись, я сказал, [м]лядь, с@ка любопытная, пока я добрый! !
Ну кто в здравом уме, пусть даже и с тараканом в ухе, будет спорить с военным врачом? Правильный ответ - никто. Доктор закапал Игорю в ухо какую-то маслянистую жидкость, обождал минут пять и каким-то хитрым пинцетом аккуратно вытащил таракана на белый свет.
- Ты там это, поглубже загляни - нет ли сосиски?
- Нет, Сан Сеич, видимо, таракан всю съел, видите, какой жирный? Ну вот, дарю тебе, Игорь, этого таракана, носи его на шее и не забывай думать о Смерти!
Доктор у нас добряк, конечно, был и широкой души человек. Мне аппендикс мой пытался подарить в банке с формалином, мол, поставь его дома на полку и не забывай думать о Смерти. Самурай херов.
- Ну что, - потирает руки командир, - дело сделано, полшестого утра, спать всё равно уже не вариант, может отработочку вахты забабахаем посерьёзнее?
- Ну таааащ командир, - ноем все в унисон, даже доктор, который в отработках и не участвует, практически.
- Ладно, лентяи и бездельники. Как вы мхом-то не поросли до сих пор? Но стресс снимать запрещаю категорически!
- Ну тащ командир, ну полшестого же утра, ну что мы совсем, что ли?
- А что - нет? Рассказывайте мне тут сказки венского леса, а то я не знаю вас. Ладно, пошли ко мне в салон, по чуть-чуть у меня есть.
- Только вы это, мужики, не рассказывайте никому, а то же запод[кал]ывают потом вусмерть, - попросил нас Игорь в салоне за рюмочкой коньяка.
- Каааанешна-канеееешна, ну о чём ты, братан, - дружно ответили мы и сдержали своё железное подводное слово. Примерно часа полтора.
Так вот и закончилась эта история, всего с одним трупом, после которой я и обладаю, не знаю зачем, знанием, что тараканы назад не ходят.
