Истории о армии #командир

половина войны, лето. Часть, где служил отец, гонится за фрицами, но вот незадача, маленькая речка и дымящийся взорванный мост остановили часть.

Все танкисты и мотопехота остановились на берегу и вышли из машин. Кто просматривает остатки моста, кто прощупывает речушку. Речка неширокая и берега пологие и твердые и дно нормальное но вброд взять нельзя, глубина выше роста. А врагов догонять надо и быстро, а то укрепляться и взять их будет трудно, людей потеряем много.

Отец подумал, прикинул и решился. Сказал командиру, но тот промолчал, слишком велик риск. Отец сел в танк и отъехал от берега на расстояние для разгона. Солдат попросили отойти от берега, на танке закрыли люки, чем-то прикрыли вентиляторы мотора. Танк разогнался и плюхнулся в воду.

От веса и скорости танка вода разошлась и открылось дно речки. С берега был виден только зад танка. Прошли секунды и танк вылез из воды на том берегу, отъехал, развернулся и с ревом рванул обратно.

Меньше часа ушло на выполнение команды привязать к танкам грузовики на жёсткой сцепке. Раздвигая стены воды танки с машинами друг за другом преодолели речку. Машины вышли из воды только забрызганными. Солдаты и командиры преодолели речку вплавь.

Немцев догнали и взяли врасплох. Время решило всё.

Для моего отца это был последний танковый бой, тяжёлое ранение и после госпиталя танк стал недоступен.

Орден Красной звезды № 3826870 нашёл его только после войны.

Вот такой вам брод в биатлоне.

у кого с утра в строю было еще 3 пикировщика.

Но Пешки не вернулись с задания. А приказ нужно выполнять.

Из способных летать аппаратов имелся только связной По-2 – этажерка обтянутая перкалью, грузоподъемностью килограммов в двести. Но чтобы пробить серьезно укрепленную крышу склада, нужна более солидная бомба.

- Вешайте пятисотку, - командует Полковник, - на замки для топливного бака.

- Не взлетит. . Замки не удержат. . - слышатся голоса.

- Это приказ, - жестко обрывает Полковник.

- А кто полетит, - угрюмо интересуется начальник штаба, понимая, что этот летчик уже навряд ли вернется.

- Шлемофон мне и парашют, - обращаясь к адъютанту, говорит Полковник.

- Вам же нельзя, - пытается остановить его адъютант.

- Нет, на х[рен] парашют – лишний вес, тащи 200 грамм водки.

Самолет, тарахтя из последних сил движком, каким-то чудом взлетает и, даже не пытаясь набрать высоту, берет курс на южную часть Сталинграда.

По-2 из-за перегруза и изменившейся развесовки почти неуправляем, его мотает по тангажу и крену, а из-за нехватки скорости постоянно тянет свалиться в штопор. Но Полковник настоящий асс, и ему удается удерживать машину.

Минут через сорок, он почти у цели, дважды в пути попадались Мессеры, но они были выше и не заметили его, или приняли за телегу, ползущую по земле. Двигатель, работая на пределе, начинает дымить, самолет начинает болтать еще сильнее. Внизу зенитчики, они стоят у орудий, но почему-то не стреляют, правда Полковнику не до них, вот овраг, а вот склады, еще немного, он дергает ручку сброса, самолет подкидывает вверх, бомба ушла.

Пошка сразу стала набирать скорость, болтанка исчезла, зенитчики открывают огонь, но поздно. Склады горят.

Начальник штаба Паулюса лично приезжал разбираться, почему зенитчики не открыли огонь вовремя. Но со всех батарей доложили одно и тоже: «Мы думали он уже сбитый, он дымил и буквально кувыркался в воздухе, решили, что он падает... самолеты так не летают».

А наш полковник, вернувшись, получил выговор, потому что был строгий приказ Ставки, запрещающий командирам полков участвовать в боевых вылетах.

Выговор, перед всем строем, Полковнику делал сам командующий

Сталинградским фронтом Маршал Тимошенко. Крепко пожав руку, обняв и трижды по-мужски поцеловав.

И даже платили за это - если, конечно, было кому. Дело было в середине 80-х.

В тот день Ми-24 плюхнулся возле такого поля, и когда поднятая им пыль слегка улеглась, экипаж узрел старого аксакала, сторожившего бахчу, с которым тотчас вступил в торг вылезший из вертолета бортинженер. Однако, аксакал был явно не настроен на короткий и продуктивный диалог - пятнадцать минут бортинженер пел перед ним соловьем, но дед упрямо твердил "дэсят" и растопыривал две пятерни. Дясять рублей за мешок арбузов - по тамошним ценам и тогдашным временам это был форменный грабеж. Призывы к совести и здравому смыслу сын Востока игнорировал: казалось весь запас русских слов ограничивался этим самым "дэсят". Надо было срочно определяться - дальнейшая задержка со взлетом была черевата...Но и порожняком улетать не хотелось.

Командир принял мудрое решение. Протянув старому вымогателю его червонец, (на губах деда появилась презрительная усмешка - не умеют, мол, русские торговаться) он заорал второму пилоту:

Леха, тащи чехол от лопасти! Хотя чехол от несущего винта и был Уже обычного мешка, но крупный арбуз входил в него легко. Что же до длины...

Дед перестал улыбаться уже на стадии разворачивания "мешка", а когда экипаж тащил к борту на полусогнутых чудовищный восьмиметровый стручок, набитый отборными арбузами, аксакал почтительно встал.

Когда погрузка закончилась, дедок подошел к командиру и сказал: "Камандыр, ты больше с ТАКОЙ мэшок нэ прилэтай!"

атаки. Каждому по сто грамм водки, автомат ППШ с двумя полными дисками... И по комплекту флотской формы. Переодеться всем!

Мы вообще-то все обычная пехота. Но приказ есть приказ. Переоделись.

Разворачиваемся на исходном рубеже.

Тут дружок меня в бок толкает: "Смотри, смотри! "

Глянул на наш правый фланг, куда он показывал. А там разворачивается для атаки вместе с нами какая-то воинская часть. Но одни женщины! И все, как на подбор, под два метра ростом.

Дальше - указующий жест командования в сторону находившейся впереди высотки и короткий, как команда кинолога, приказ: "Взять! "

Бой штрафников короткий. Либо ты, либо тебя. Сейчас всяко об этом пишут.

Но позади нас никаких заградотрядов не было.

Наши соседи с правого фланга еще раньше нас на высотке у немецких траншей оказались. Завязалась рукопашная. Вскоре все было кончено.

Высота была наша.

Начали собирать раненых, сгонять в группы уцелевших пленных.

В том бою мне по меркам штрафников ужасно повезло: осколок мины вывернул у меня в левом боку два ребра. Но рана оказалась не смертельная. Я даже после наскоро сделанной перевязки мог кое-как передвигаться самостоятельно.

И вот молодость! Ведь как тот резиновый ежик - дыркой в боку свистел. Но как же упустить случай и не пообщаться с женским полом! Стоит одна дама с сержантским нашивками (во флотских званиях я и сейчас не разбираюсь) и травой окровавленный тесак чистит. Подхожу к ней и чтобы как-то начать разговор справшиваю: "А ваши-то пленные где? "

А она посмотрела на меня таким оценивающим взглядом. Верите, нет? Я ведь в штрафной батальон не за трусость попал, не за халатность и не за конфликт с командиром.

За русскую рулетку.

Если кто-то не знает что это такое, - объясняю. Когда играющие садятся за стол, делают денежные вклады. Создают банк. А потом вставляют в барабан револьвера один патрон, каждый по очереди вслепую раскручивает барабан и приставив оружие к своему виску, спускает курок. Выигрывает тот кто останется. Адреналинчику нам на фронте, видите ли, не хватала.

Вот мы, младшие офицеры, и пополняли баланс.

Вобщем, как бы сказали сейчас, отмороженный по-молодости я был на всю голову.

А тут под взглядом этой красавицы, ей-богу, почувствовал себя нашкодившим пацаном, которого выпороли и так со спущенными штанами и оставили отбывать срок в углу.

Посмотрела она так на меня и говорит: "А у морской пехоты, пленных не бывает, солдатик".

Тут дружок подбежал, помочь мне идти вызвался.

"Ты что? - говорит, - какие у этих баб пленные?! Ты видел что они делают? Если оружие не бросил, - с ходу пулю в лоб, а если бросил, руки поднял, - то ножом по горлу. "

"А что за часть-то такая? - справшиваю.

"Ты что по форме не видишь? Морская пехота! "

"Ну да, мы с тобой тоже морская. Ты море-то хоть на картинке видел? "

Потом был госпиталь. Так я и не узнал что за часть была в том бою нашими соседями. Но ни о каких чисто женских формированиях морской пехоты, ни тем более штрафных женских частях мне ни во время войны, ни после слышать не приходилось.

В госпитале мне залежаться не дали. Едва затянулась рана - выписали. Но с учетом того, что окончательно я еще не выздоровел, отправили на курорт по меркам военного времени - командовать зенитной батареей. Фильм "А зори здесь тихие... " многие видели. Так вот примерно такая же ситуация.

В подчинении одни девчонки. Лет по 18 - 19. Где-то под Ленинградом.

Самолеты шли через нас постоянно. Девчонки так же стрелили на совесть.

Как могли. Иногда попадали.

Но немцы нас за рыбу не считали и внимания нам не уделяли.

И только один раз немецкий "лапотник" сбросил всего одну единственную бомбу. И бомба эта угодила точно. Взхрыв... и расчета нет. Нет подружек, с которыми ты только что разговаривала. Только искореженное орудие да куски тел и внутренностей по кустам висят. Что тут было. Истерика, слезы, сопли... А чего вы хотите от 18-летних девчонок, которые может быть и смерть то так близко в первый раз увидели?

А вот что случилось потом меня до сих пор поражает. На следующую ночь через нас снова в сторону Ленинграда немецкие самолеты потянулись. Так вот эти зенитчицы силами двух оставшихся орудий за одну ночь положили

ДВЕНАДЦАТЬ самолетов. И ведь одной злости тут мало. Снарядов и раньше не жалели. Здесь вообще какую-то сверхзвероиную реакцию иметь надо. Что-то из области парапсихологии. Мне кажется, мужики бы так не смогли.

Вот только я подмазаться к этой славе не могу. Не было меня в ту ночь на батарее. Уезжал в город по делам снабжения, к ночи вернуться не успел.

Так что "коня на скаку остановит, в горящую избу войдет". Я понимаю так, что русскую бабу из рамок лучше не выводить. Мало не покажется.

говорить) с просьбой скосить траву вокруг станции, а сено забрать себе. Как он там оказался, и как гражданские проникали на территорию военной части, я вам сейчас не скажу, в свое время не поинтересовался. Но, по словам отца, это был знакомый латыш. Может, в полку работал, а может пропускной режим в то время не был строгим.

Накосить сено вокруг станции – дело хорошее, но решает такие вопросы не начальник станции, а командир полка, что и было сказано просителю.

Командиром полка был боевой летчик, полковник, орденоносец, настоящий русский богатырь, косая сажень в плечах. На вопрос о сене он только спросил:

- Магарыч будет?

И получив утвердительный ответ, дал добро.

Скоро сено вокруг станции было скошено, просушено и заскирдовано, а на скошенной поляне была расстелена белая скатерть, нарезан хлеб, помидоры, огурцы, лук, поставлены стопки, а посередине бутылка водки.

Когда все было готово, отец передал комполка просьбу придти на магарыч.

Полковник пришел, посмотрел на расстеленную скатерть, взял бутылку водки, открыл ее ударом ладони, в один прием вылил всю бутылку в горло и сказал:

- А сейчас пойдем летать. А вы продолжайте.

думал, так и надо в армии. Взял на складе две пары боксерских перчаток и вечером устраивал тренировки в роте-законное педагогическое мероприятие.

Но вот через год службы прислали ротным кадрового офицера, из Германии. Сам он из Карабаха был. Армянин. Забыл фамилию. Крепкий низкорослый капитан. Очень аккуратный с безукоризненным русским языком (пока писал -вспомнил фамилию-Давидян). Я поразился его знанию психологии солдата и умению управлять только легитимными методами. Кстати, был он мастером спорта по борьбе. Если солдат не выполнял приказы, он спокойным голосом делал ему замечание, потом все действия по уставу. В конце концов, через 3-4 минуты солдат оказывался на полковой губе, где проводил 3 суток за уборкой дерьма на свинарнике. Для мусульманина это было не очень комфортно.

Начальник губы - прапор – тоже мусульманин. Наш ротный настоятельно рекомендовал ему использовать все законные педагогические методы. Если солдат оказывал неповиновение его везли на губу в Нахичевань. Лично я ничего не знал об их методах воспитания, но оттуда солдаты возвращались тихими и задумчивыми. Так, буквально, за месяц в батальоне был наведен порядок без мордобоя.

Нам, офицерам, очень понравились эти нововведения. Особенно нашим замполитам.

Подходит замполит Яковлев Витя, знавший своих подчиненных по имени отчеству (80 процентов служивых грузины , армяне, чечены и т. д.) И объявляет солдату:

– Как Вы, многоуважаемый Хадис Мухамбетович, изволите общаться: по Уставу или традиционными методами доармянской эпохи нашего батальона? — И солдат задумывается.

Короче, свозили в Нахичевань пару человек и батальон стал лучшим в дивизии. В последний год службы, на календаре с Кикабидзе, каждый прошедший день отмечали крестиком... Было трудно физически, но сейчас вспоминаю те времена с нежной ностальгией. Все пройдет, писал Соломон

на лодке раздается сигнал "Боевая тревога",экипаж разлетается по местам. В центральном посту сидит вахтенный матрос , который нес вахту наверху на рубке лодки. Вид у него ужасный , слова сказать не может. Минут пятнадцать мы все приводили его в чувство, и наконец он сказал :"Вахтенного у трапа съел тигр!".Мы все переглянулись между собой, рубочный люк задраен (закрыт). А в голове у всех мысль : вдруг тигр на рубке сидит и ждет,когда еще кто - нибудь высунется. Вооружились и потихоньку вылезли наверх. Надо сказать, что ночью прошел мелкий снег, и тигриные следы на причале мы прочитали сразу, хоть и не были следопытами. Тесной вооруженной группой мы порысили в штаб. Наш доклад произвел эффект разорвавшейся бомбы. Нашли какого-то аборигена, а с ним - группу отличников лыжного бега, и отправили ловить тигра. Приказ был тигра в плен не брать. По традиции на военно-морском флоте в 8 часов утра торжественный подъем флага.

Боцман отправился поднимать кормовой флаг. Вдруг как заорет : "Вахтенный там!". Каково было наше удивление , когда мы нашли своего вахтенного живым, крепко обнявшим сваю, сидящим по горло в ледяной воде (но с автоматом на шее). Кое как отодрав замерзшего матроса от сваи и приведя его в чувство, начали разбираться, что же произошло на самом деле.А дело было так: чтобы скоротать время, два вахтенных мило между собой беседовали, вдруг тот, что был на рубке лодки, замолчал и начал издавать какие-то звуки и странно жестикулировать.Тот, кто у трапа, еще больше удивился, когда услышал, как захлопнулся люк. Повернувшись, он увидел в шагах десяти от себя тигра , тот стоял и облизывался. Матрос начал потихоньку отступать , тигр не спеша двигался следом. Пирс кончился. Матрос повесил автомат за спину и начал спускаться по свае до воды. Тигр подошел, посмотрел, лег и начал его лапой вылавливать, матросу пришлось погрузиться по шею. Тигр плюнул и ушел. Когда мы носились по пирсу табуном , матрос от холода уже не мог кричать и героически принимал мучения. На вопрос командира к обоим вахтенным, на какой черт вам выдали автоматы с полным боекомплектом, оба дружно ответели: мы про них забыли. А абориген с лыжниками сутки носились по тайге, но "полосатого" не поймали.

Удивил. Ладно. Поедешь.

Полетел.

Прилетаю в Хабаровск в штаб военного округа. Кадровик:

— Где будешь служить? Отвечаю: в таком-то полку, гвардейской дивизии

Кадровик:

— Точно? Может в такую-то дивизию?

— Точно. В тот полк.

Приезжаю в полк. Тишина. Полк на выезде на полевых учениях. Дежурный по штабу сообщил, что тыловой Камаз поедет туда в такое-то время можешь доехать.

Доехал. Не пожалел. Сколько лет там прослужил. Далее вызывает к себе командир полка:

— Лейтенант, поедешь начальником караула на военный завод сопровождать технику в полк. Понял?

— Так точно!

Прихожу докладываю комбату. Комбат:

— Берешь оружие, пайки, сержанта казаха, трех рядовых туркмена, узбека и якута. Документы получишь в штабе, завтра вылетаешь…Понятно?

Далее загружаюсь в гражданский ТУ-154 в аэропорту и вылетаю в Москву, транзитный пункт. Одет по военной форме, на боку пистолет. Вызываю бортпроводницу. Так и так оружие по инструкции должен сдать на время полёта командиру экипажа. Бортпроводница уходит приходит и говорит:

— Командир вызывает Вас к себе в кабину.

Прохожу в кабину. Командир снимает с себя радиогарнитуру, поворачивается и смотрит на меня. Далее вопрос:

— Угонять самолет в Израиль будешь?

— Нет, зачем? Почему Вы так думаете?

КВС:

— Жаль. Нос у тебя как у еврея.— Экипаж в кабине засмеялся — Ладно… Пистолет мне твой в кабине не нужен, держи его в салоне при себе.

Полет прошел в штатном режиме без происшествий.

роте было противотанковое отделение. Состояло оно из командира отделения - сержанта и одного солдата. Солдат служил уже полтора года и занимался свиньями в подсобном хозяйстве части, т.е. противотанковый гранатомет за всю службу не видел даже на картинке. В начале его службы кто-то дал ему кликуху - Истребитель Танков, к которой он совершенно привык. Идет, значит, генерал по плацу и видит - стоят одиноко сержант и Истребитель Танков, все увешанные гранотометами, гранатами, и т.д. Генерал заинтересовано подходит к солдату и интересуется - а ты, сынок, кто будешь-то? Солдат браво докладывает "Истребитель Танков рядовой такой-то!" Генерал удивленно переспрашивает "Чего-чего?" Солдат думает, что генерал несколько глуховат, и орет уже на весь плац "Истребитель Танков рядовой такой-то!!!" Генерал оборачивается к командиру части и говорит "Если завтра на срельбах этот "Истребитель Танков" с трех выстрелов из гранатомета в мишень не попадет, то ты у меня лейтенантом поедешь командовать взводом на дальний восток."

Солдат в непонятках, чего он такого сделал, командир части в предынфарктном состоянии.

Вечер того же дня. Генерал и свита ужинает и выпивает. Из ворот части в сторону стрельбища следует колонна из двух Уралов с гранатами и гранатометами и Уазика с Истребителем Танков, двумя сержантами и командиром того несчастного батальона, красу и гордость которого составляет этот противотанкист.

День второй. Часть сдает огневую подготовку. Командир части очень надеялся, что генерал не вспомнит о Истребителе Танков. Тем не менее, генерал велит подать сюда этого бойца и говорит командиру части "Ну что? Давай посмотрим, какой это Сухов.". Боец берет три гранаты, гранатомет и уходит на рубеж. Ему поднимают мишень нетров за двести от рубежа и он ее ВАЛИТ С ПЕРВОЙ ГРАНАТЫ! Молодец, задумчиво говорит генерал. А лучше сможет? Командир части машет флажком, и оператор стрельбища поднимает бойцу мишень метров где-то за шестьсот. Истребитель Танков и ее валит с первого выстрела. Инцидент исчерпывается, командир части где-то в уголку облегченно пьет из горла водку.

P.S. За ночь, предшествующую стрельбам, Истребитель Танков расстрелял под чутким руководством своего батяни-комбата примерно ТРИСТА гранат. Вот как за одну ночь свинаря можно превратить в настоящего Истребителя Танков.

из чего угодно, например: У нашего взвода комсомольское собрание. Командир взвода - старлей:

- Товарищи комсомольцы, у нас в стране перестройка и ускорение, поэтому предлагаю вызвать первый взвод на соцсоревнование, какие будут предложения?

Поднимаю руку, получаю слово:

- Товарищ старший лейтенант, я предлагаю не вызывать их на соревнование.

Так и им спокойнее и мы не проиграем...

- Что за ерунда, это странная позиция, а как же померяться силами и умениями в настоящем соревновании, отстоять честь нашего четвертого взвода?

Опять беру слово:

- Раз у нас гласность и открытость, то скажу за себя. Лично от меня не зависело, попасть в наш взвод или нет, без меня решили, даже в каком городе я буду служить и даже в какой республике. Так же никто не спрашивал, в каких я желаю служить войсках. Я, например, желал бы служить в разведке, лежал бы на своем домашнем диване и разведывал бы, что сегодня по телику. Так, что если честно, то я дорожу честью нашего взвода точно так же как и первого.

Старлей начал терять лицо:

- Ах так, тогда вы в субботу вместо кино, будете подметать спортгородок!

Беру слово:

- Поскольку мы тут люди подневольные, и будучи на свободе ни за что бы не пошли на черно-белое кино про красный Туркестан, то нам все равно - та неволя или эта.

Мои товарищи меня поддержали:

- Лучше на воздухе в цветном спортгородке, чем в душном черно-белом кино.

Я продолжаю:

- Да и потом, мне кажется, что член комсомольской организации, не должен грозить репрессиями всей комсомольской организации взвода.

Старлей позеленел и заорал: Вы не понимаете, уроды, если мы не проголосуем за мое предложение, то меня вздрючат в штабе, а я буду дрючить вас!!!

Поднимаю руку:

- Товарищи комсомольцы, предлагаю проголосовать за предложение командира взвода и вызвать этот несчастный первый взвод на соревнование, чтоб нашего командира не вздрючили в штабе. Кто за?

Старлей закрыл голову руками и тихо шептал под нос:

- Что, б%%%ь, я тут делаю... . ?

В результате вместо часовой борьбы со сном, мы весело провели время.

А самый первый раз, когда я "включил" Швейка, был в первые дни службы, когда командир роты спросил:

- Есть ли бытовые жалобы?

Я честно признался, что у меня какое-то куцее и короткое одеяло, ноги из под него торчат. Капитан «включил Петросяна»и выдал солдатскую шутку допетровской эпохи:

- Одеяло короткое? А ты отрежь от него полоску сверху и пришей внизу, там где ноги.

Все заржали, кроме меня. Назавтра, когда мои сержанты доложили командиру, что я так и поступил, командир, посмотрев на мое сшитое белыми нитками одеяло, спросил: - Ты что, идиот…? Я ответил: - совет и вправду странный, но я подумал, что Вы не посоветуете ничего плохого, что навредит Вашему подчиненному или имуществу роты. Капитан сразу приказал выдать мне новое и больше со мной не шутили ни офицеры, ни сержанты, а я спал под большим нулЕвым, теплым одеялом и про себя благодарил своего дедушку Васю.