…неизвестные злоумышленники отломали и похитили бронзовую змею с композиции «Чаша со змеёй» в сквере Мариинской больницы по адресу Литейный пр. 56…
Или вообще о медицине.
Мне не часто приходилось обращаться к врачам. Господь здоровьем не обидел. Но иногда доводилось
попасть в их лапы…
Эпизод первый- слегка иронический.
Июль 1986 года. Наглотался в Адлере сероводородной водички – ныряли на глубину за рапанами, приехал домой из отпуска, началось расстройство желудка просто реактивное – пришлось идти лечиться.
Инфекционная больница в Ленинграде (собственно и сейчас - в Петербурге) называется «Боткинские бараки». Строгий режим, личные вещи отбираются, выход из коридора заперт, больной может только находиться на своей пронумерованной койке, сидеть на своём пронумерованном горшке, или прогуляться по коротенькому коридору.
Анализы относят в лабораторию, ставят на посев в автоклав и надо подождать полторы- две недели, пока будет результат. От результата зависит дальнейшее- то ли выпишут, то ли заставят в стационаре лечиться. А то и вовсе изолируют от остальных- инфекции и весьма опасными бывают.
Скучно было ужасно. Дней через пять мне удалось украсть белый халат и собственные брюки. Рядом с окном находилась водосточная труба, можно было вылезти тайком (второй этаж) и прогуляться по парку, изображая из себя младший медперсонал. На территории было только два телефона, с которых можно было позвонить в город – на проходной и в больничном морге.
С проходной меня вахтёрша прогнала после второго раза – нечего тут отсвечивать! А в морге девчонки – практикантки из мединститута, заставили меня помогать им перегружать, гм, тела усопших – за своего приняли. Им самим тяжеловато было.
Всё какое- то развлечение.
Потом в палату к нам перевели паренька с диагнозом «острое отравление».
Он и поведал эту историю. В отпуске на юге он познакомился с барышней своей мечты – море, пальмы, романтика.
Барышня ответила взаимностью. Уезжали, расставаясь- только что не плакали. Он Ленинградский, а она из Сибири. Обычно отпускные романы долго не живут, у них же получилось иначе – чем дальше, тем больше оба чувствовали, что не могут друг без друга. Почти год прошёл.
И настал тот миг, когда она радостно ответила «ДА! » на его предложение. Папа будущего жениха нашёл способ оформить заявление в ЗАГСе заочно – по высланной доверенности, была выбрана дата волнующего события, и накануне из заснеженной Сибири прибыла сияющая невеста с коллективом ближайших родственников.
Разумеется, для знакомства был организован тёплый междусобойчик. Что там на столе оказалось несвежее? Бастурма из медвежатины? Самодельный осетровый балык? Грибы? Настойка (70 градусов) из облепихи?
Отравилась вся компания. На скорой последних увозили уже без сознания. Парень вместо свадьбы двое суток пролежал под капельницей.
Скоро он узнал, что если высунуться по пояс из окна, и поорать, повернувшись налево, то можно увидеть свою избранницу в женском отделении. Развлечений действительно было мало, поэтому эти сеансы связи с удовольствием смаковались и обсуждались всей палатой.
Из наиболее добродушного, что ему говорилось сквозь хохот – «Это тебе Бог знак подал, не женись! » Но были и более ехидные подколки –«Ты у неё спроси, сколько раз она сегодня на горшке сидела, кто больше, ты, или она? Кого раньше выпустят? »…
Парень был добродушный, не обижался. А нам всем в общем- то просто немного завидно было смотреть на его счастливую физиономию.
Результаты моих анализов пришли раньше его, диагноз – гастроэнтерколит, лечится дома простым фесталом, так что я не увидел завершения этой истории - выписали. Но надеюсь, что у них всё было в порядке…
Эпизод второй – почти чудо.
На работе в котельной лопнула стеклянная колба, небольшим осколком меня несильно стукнуло в глаз. Легонько, не больно, поморгал, промыл и забыл. (Забегаю вперёд - это было лёгкое повреждение склеров- наружных покровов глаза. Если бы я вообще к врачам не обращался, само бы прошло).
Заболело к утру - не сильно, но неприятно. Позвонил на работу и поехал в глазной травмпункт на Литейном. У врачихи в кабинете человек пятнадцать практикантов в белых халатах-
- Отлично! Проводим исследование на предмет поиска осколка!
Вместо стола там вытянутое горизонтально зубоврачебное кресло. Меня укладывают, накрывают салатного цвета простынёй с отверстием для доступа к глазу, сёстры забегали за инструментами, студенты располагаются стоять поудобнее, чтобы лучше видеть...
Небольшая заминка. Сестра что- то шепчет врачихе, та-
- Что, совсем нет? Гм. Так, больной, придётся потерпеть- ди... на (не помню названия, препарат для анестезии) нету, но вы не беспокойтесь, на глазном яблоке нервных окончаний нет, вы почти ничего не почувствуете.
Поехали. Веки раздвигаются специальной скобкой с защёлками- чтоб не моргал. Каждое своё действие она описывает и объясняет, давая всё рассмотреть в деталях тем, кто не успел увидеть вовремя.
Вы пробовали поднести себе иголку поближе к глазу? Неприятно, правда?
Так это в своей руке, и знаешь, что не уколешь. А тут не иголка, а скальпель, или пинцет - и знаешь, что в глаз полезут.
Я же всё вижу - глаз- то работает. И эти ещё десятки внимательных зрителей.
Минут через пять меня уже колбасило так, что и руки и ноги тряслись, и зубы стучали.
- Больной, вы спокойнее можете? Вы мне мешаете! И зачем я вообще пришла работать в травму!
- Извиняюсь, а вы раньше не в Гестапо работали?
Стекла не нашли, про гестапо я огрызнулся, когда она уже зашивала глаз. Делается это кривой иголкой, и, чтоб затянуть стежок, глазное яблоко дёргают достаточно сильно - а это ощутимо больно.
Слово "палач" не имеет приемлемого варианта в женском роде - не "палачиха" же? Гадина обиделась, бросила инструменты, разоралась и ушла. Вернулась правда, минут через пять и зло, молча закончила. Башку забинтовали повязкой, как у пирата. Я на ватных ногах спустился в регистратуру, выписал больничный, оделся и вышел.
Руки трясутся, закуриваю - должно быть кто- то в этот момент на меня сверху, из за облаков, вдумчиво так посмотрел – как изнутри толкнуло что- то. Я вытащил больничный - ну точно, печать забыл поставить.
Возвращаюсь. Так мол и так, я тут печать забыл...
- О, как хорошо, что вы вернулись. Мы тут машину в Первый Мед отправляем, поезжайте- ка с ней, пусть там посмотрят- стекла- то так и не нашли?
Печать ставить отказались, куда деваться? Ну и поехал.
Я никогда не слышал, чтобы врачи так матерились. Единственно, что было сказано без ругани в адрес коновалов с Литейного, это - "НЕМЕДЛЕННО НА СТОЛ! "
Эта "врачиха" зашила разрез сикось- накось, и глаз потёк. Если бы я поставил печать на больничный, и поехал домой, часа через три лечить было бы уже нечего. Пусть лишний раз в гробу перевернётся от моей благодарности, гадина.
Обстановка в хирургической на два порядка выше, чем в травме, институт всё же. Тёмная операционная, врач работает со специальным микроскопом с подсветкой. Два человека - врач и сестра.
Но.
Анестезии и там не оказалось.
А способность испытывать стрессы такого уровня уже были исчерпаны мною не то- что полностью, а и в долг на пару месяцев вперёд.
- Доктор, говорю, не обижайтесь, но давайте сделаем что- нибудь, чтобы или ничего не было видно, или чтоб я ничего не чувствовал. Иначе я тут сейчас точно- или в штаны себе наворочу, или искусаю кого- нибудь.
Дальше просто - атропин в глаз, реальность превращается в расплывчатое светлое пятно, минут за десять- пятнадцать всё закончилось.
Со стола я стекал, как тесто. Сестра реально помогла дойти до палаты - сам стоял, за стенку держась, а идти - это надо было передышку после каждого шага.
Дня через три сняли повязку, всё получилось хорошо, спасибо врачам Первого ЛМИ - больше сорока лет прошло, оба глаза видят одинаково прилично.
Змею на Литейный так и не вернули.
