|
Произошло это в городе Запорожье.
Едет троллейбус. Заняты все сидячие места и кое-где по салону стоят люди. С задней площадки к старушке, сидящей на сидении, подходит молодой человек жлобистого вида и легко похлопывает ее по плечу и делает красноречивый жест в сторону двери. Старушка тут же срывается с сидения и освобождает место. Тут же следует вначале ленивая, а затем все более агрессивная реакция пассажиров: Вот гады!!! Паразиты!!! Мало того, что бабулькам место не уступают, так уже совсем расходились. С мест сгоняют. И т. д. "Еду в троллейбусе на задней площадке, плейер слушаю. Подходит бабуля и просит сказать ей где сходить. Потому как она не местная. Сама проходит дальше и садится. Подходит ее остановка, я подхожу к ней и похлопав по плечу, указываю на дверь. Она пошла к выходу, а место пустует. Я на него и сел. Когда буря в салоне разбушевалась, я маленько шуганулся, потому как пассажиры разбушевались не на шутку. А объяснять им — себе дороже. Вот так. Сделай людям добро:(" |
| Лучшие истории |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Лев Дуров и Леонид Куравлев как-то пришли проведать заболевшего Бориса Беленького, продюсера и режиссёра, "отца-учредителя" московской театральной премии "Хрустальная Турандот". Выпили водки за его здоровье, и Дуров между прочих разговоров стал рассказывать, как он студентом замечательно "показывал" животных.
— Ни в жисть не поверю, — подзуживал его Куравлев, — такой серьёзный артист, худрук театра!..
Дуров тут же плюхнулся на ковёр и стал показывать тигра. Катается, выгибается, рычит, скребёт по ковру ногтями...
В это время тёща Беленького внесла очередную закусочку. Внесла и быстро молча ушла, поджав губы. А уже после ухода гостей высказала зятю Боре:
— Не люблю я твоих... артистов этих! Нормальный человек напьётся и лежит. А этот — с вы-ы-вер-том!..
В один далеко не самый прекрасный вечер наше начальство объявило так называемое "усиление". Это означает, что никому не дают пить пиво или что-то покрепче у себя в кабинете, а гонят на улицу с наказом ловить там преступников. Но поскольку гуляющие по улицам преступники нахально маскировались под обычных граждан, а позади остался тяжелый рабочий день,
Зашли в ветклинику за кошачьими таблетками. Пока врач рылся в ящичке, за стенкой орал кот. Мяукал на все лады без остановки. Врач даже ухом не повел, садюга.
Я уж засомневался в выборе клиники. Пошто, говорю, животинку тираните? Врач не понял.
— Что с котом?
— С каким котом?
— У вас там кот за стенкой орет. Может ему какие-нибудь обезболивающие?
— Ах, этот кот, — улыбнулся ветеринар.
— Пошли, покажу.
Я прошел за врачом в соседнюю комнату и увидел... попугая. Попугай мяукал разными голосами. Увидев меня, попугай хитро подмигнул, гавкнул и сказал "Пррривет".
Раздался щелчок фотоаппарата.
— Люблю снимать выражение лиц людей, когда они видят Сильвера, — радостно сообщил врач, загружая куда-то фотку.
Еду я на днях по объездной вдоль залива (Кольского). Впереди — камаз-самосвальчик.
А ночью дождик прошел неплохой, и кузов у него полный водички, с краев покалывает. И, видимо, машина-то совхозная, так как явно до этого навоз возила. Тему я просек и держусь спокойно позади метрах в тридцати — обогнать никакой возможности. Грузовичок, не торопясь, едет, со светофоров понемногу "водичку" выплескивая. За моей "восьмерочкой" — вчера помытой по причине лета — уже хвостик легковушек пристроился... Вдруг наблюдаю в зеркало — позади явно нервничает и торопится кто-то. Одного обошел, третьего, вклиниваясь в несуществующие просветы. Вот он за мной уже.
Белая японочка, отполированная, хоть и не дорогая. Мужик дергается — не нравится ему, что не тороплюсь я вплотную за "Камазом" пристроиться — две машины кряду обогнать попроще.
Резко обходит, и явно свое пренебрежение демонстрируя, отжимает меня.
Пропускаю спокойно — прошло мое время тупого лихачества и борьбы за полосу.
"Камаз" на подъеме у светофора встает не спеша — японка за ним. Я — подальше.
Зеленый. "Камаз" трогается. "Девятый вал". Прямо торопыге на беленький капот.
Да, мужик аж заглох от досады — долго мы его всем рядом объезжали.
Noone?