Был конфликт с соседом: когда я выходил из лифта, он нагло схватил меня за воротник куртки и начал бить. Я сначала высадил ему в физиономию почти весь перцовый баллончик, а затем, поскольку это не подействовало, всадил ему нож в единственное место, до которого мог дотянуться (он просто прижал меня к ступеням всей своей жировой массой, а она у него МИНИМУМ вдвое больше моей) — как в протоколе позднее написали "на 2 сантиметра левее заднего прохода".

Забавно, но после этого он завопил "Сейчас милицию вызову!". Её, а точнее полицию, вызвали, но это сделал другой сосед, зашедший в подъезд. Один из соседей, собиравшихся выходить, услышав звуки борьбы, просто трусливо закрыл дверь. Ещё один сосед просто прошёл мимо, опустив голову. Теперь они оба возмущаются, что я с ними не здороваюсь: от мужчин у них — одно название.

Обиднее всего было то, что приехавшие на вызов оперативники первым делом набросились на меня. С напавшим на меня соседом они сюсюкались, вызвали ему "скорую", и всё это время напавший на меня сосед рассказывал, как ему плохо (очевидно, перцовый газ начал-таки действовать, но слишком поздно, поскольку оперативники разрешили ему подняться к себе и умыться водой, чего, получив в лицо почти полный баллон "перца", делать категорически нельзя, так-как это лишь усиливает его действие). Моим самочувствием при этом не поинтересовался абсолютно никто, а один из оперативников мне ещё и сказал, цитирую: "Если бы ты сдох, нам сейчас было-бы гораздо проще". А подъехавшему третьему сотруднику полиции мне пришлось даже объяснять, как правильно фотографировать место происшествия: у него не хватило ума, фотографируя блестящую поверхность уже пустого баллончика, отключить на телефоне вспышку, и включить в подъезде свет. Он сначала возмущался, что "не надо меня учить", но после нескольких безуспешных попыток получения чёткой фотографии последовал моему совету. Вот такая у нас нынче полиция. Что-ж, в отделении полиции следователи-дознаватели таки разобрались, кто нападал, а кто защищался. По забавному стечению обстоятельств, я занимаюсь ремонтом электроники, и ровно в этот день мне нужно было проверить только-что отремонтированный mp3-плеер. А поскольку проверить его работу нужно было под нагрузкой, а ходить с наушниками я не любитель, для экономии времени я просто включил плеер в режиме диктофона на запись, и побежал с ним по-делам. Да, за пару минут до нападения соседа. И на аудиозаписи прекрасно запечатлилось, что я даже рта не раскрыл до совершившегося на меня нападения. Через некоторое время мне послали ответ из прокуратуры, в котором было сказано, что возбуждать какое-либо дело они не намерены. Знаете, что тут смешного? Ответ прислали на неправильный адрес, в деревню рядом с городом, к которому я вообще не имею никакого отношения, и об этом письме я узнал только потому, что зарегистрирован в почтовой системе. Вот такие у нас прокуроры! В довесок, я ещё и не могу получить обратно свой драгоценный нож из вещдоков, поскольку "стражи закона" даже здесь включают дурачка. Знаете, кто единственный повел себя из всех адекватно? Соседская кошка с первого этажа, на месте любимой лежанки которой и происходил бой. Лично видел, как она поднялась с первого этажа на восьмой, и нагадила тому соседу чётко под дверью! И ведь не поленилась подняться для этого на 8 этажей вверх! Сегодня наблюдал это действо уже второй раз. Умница! Каждое слово в этой истории — правда.

Известна история как академик Арнольд на примере с бутылками водки объяснял как сравнивать дробные числа. Она была опубликована на этом сайте. Похоже, что бутылка водки становится универсальным инструментом в математических доказательствах. Эта история от отца одного моего приятеля. После вуза он преподавал математику в одной средней сельской школе. И как-то к нему приходят два тракториста — отцы его учеников — с "злободневным" для трактористов вопросом: почему нельзя делить на ноль? Ну, дескать, это для вас математиков, ученых это зачем-то надо, а для нас — простых работяг — к чему эти ограничения? А что делать? Надо как-то объяснять. Обращается к одному из отцов:

— Ну, смотри. У тебя есть бутылка водки. Можешь её разделить на двоих?

— Легко

— А на троих?

— Тоже

— А вот если никого нет?

— Так как же её делить?

— Вот!!

Тут, что называется "Урфин Джюс сел и задумался". Действительно, как же её делить, если не с кем. Нельзя.

Остается догадаться как основы матанализа привязать к водке, и всё с математическим образованием наладится.

— Дорогой!

Голос жены вырывает меня из сладкой дремы.

— Что?

— Помоги Сашке мяч догнать.

Окончательно проснувшись, оцениваю обстановку. Мы на берегу теплого моря где-то в юго-восточной Азии. Дочь решила поиграть со свежекупленным мячиком. Бросила его в воду перед собой, ветер с берега его подхватил и понес в открытое море. Попытка дочери самостоятельно его догнать не увенчалась успехом.

Беру очки для плавания и иду к воде. Мячик уже метрах в 20. Неплохо плывет засранец, но у меня же второй взрослый разряд.

Начал спокойно, разминочный темп. Оцениваю, как мое стройное тело рассекает волну. Темп и мощь не форсирую. Руки и ноги еще не готовы работать в полную силу. Первые пятьдесят метров. В мышцы пришло тепло, отлично. Где там наш мячик? Ага, отвоевал у него метров пять. Начинаю ускоряться. Второй полтинник. Мяч уже рядом, до него метров пять. Сейчас, еще немного и он у меня в руках. Напрягаю силы, увеличиваю частоту гребков. Третий полтинник, вот же черт, до него по-прежнему пять метров. Изыскиваю резервы и бодро машу руками. Четвертый полтинник, до мяча 10 метров. Вот ведь сволочь, он меня сделал. Ладно, хрен с ним, купим другой мяч.

Поворачиваю к берегу. Вот же черт, берег где-то на горизонте и на нем копошатся мелкие людишки, а сил уже нет.

Да. Был у меня второй взрослый. 30 лет назад.

15 июля 1902 года шестнадцатилетняя Мэри стояла на платформе в Нью-Йорке, её сердце билось так громко, словно хотело опередить приближающийся свист локомотива. Перед ней был "Поезд сирот" — длинный состав, направлявшийся на запад, к бескрайним просторам середины Америки. Вокруг неё стояли десятки таких же подростков и детей, каждый со своей

ВВС — страна чудес

Одного ушлого проверяющего, который ни хрена в авиации не смыслил, техники решили проучить — надоел своими дурацкими замечаниями. Самолёт взлетел, а колёса шасси вращаются, вот один техник и говорит другому:

— Ты — как хочешь, а я инженеру доложу, что мой после взлёта колёса не останавливает, а в стране горючки не хватает. Ну как тут выполнишь соцобязательства по экономии ГСМ?..

Идёт разбор полётов — проверяющие докладывают свои результаты, дошла очередь до этого товарища:

— Так и так, это плохо, это хорошо. Но вот, товарищи, вопиющий факт разбазаривания ГСМ! После взлёта лётчики не затормаживают шасси, тем самым происходит перерасход горючего! Сами знаете, что в стране временные трудности с ГСМ.

Генерал авиации, председатель комиссии, аж привстал со своего стула:

— Что, что?! Кто и что там не тормозит?

Зал грохнул, генерал осел и затрясся плечами, смеялись все до слёз, пока комполка не цыкнул. Генерал встал и отправил "проверяющего" изучить до конца разбора устройство шасси у летательных аппаратов, а потом ему доложить.