Историю рассказал один из менеджеров рекламного агенства.

Ну, так вот, есть у них клиент — вьетнамец. Этот вьетнамец учился у нас, работал во вьетнамской разведке и, наконец, решил увенчать свою карьеру открытием в нашем городе вьетнамского рынка. Новый бизнес требовал рекламы, и рекламисты из агенства приготовили растяжку: "Новый вьетнамский рынок: широкий выбор, отличное качество!". Заказчик — вьетнамец прочитал макет и остался недоволен, надо, говорит, слова "Новый вьетнамский рынок" заменить на "Новый вьетнамский торговый центр".

Ну что ж, рекламисты все поменяли и получилось: "Новый вьетнамский торговый центр: широкий выбор, отличное качество!".

Клиент мечтательно взглянул на макет, задумался и сказал, так, в никуда: "Знаете, и отличное качество из растяжки уберите!"

Вот такой честный человек.

Я уже давно понял, что нельзя непросвещенных в компьютерах людей чему-то учить походя и кусками.

Работа. На работе половине персонала "глубоко за 50". В основном женщины. От компьютеров отказывались до последнего, но пришлось изучать. Пользоваться ICQ (не для личного общения, по работе!) я их учил месяца два. Открывать папки – пару недель. В общем, образование идет. Печатать – неделю (очень уж любят журнальчики отпечатывать, вот и сравнительно быстро)

Женщины слушают что-то, запоминают, умными словами кидаются..

А дальше случился казус.

Не печатал у них принтер, а у меня как раз выходной был. Бедные тетеньки бегают по всему зданию, вопрошают – что делать?! И тут один умный мужчина возьми да предложи заправить принтер. Посмотрел на модель, сказал, что порошком. Сказал марку и ушел...

Женщины в шоке. Каким порошком?! Зачем порошком?!

А принтер-то нужен. Ладно, поверили умному на слово. Стали спорить, какой порошок лучше.

Долго спорили, какой дороже, лучше по качествам..

Победила хозяйственная Нина Аркадьевна.

Заправили, куда нужно. Не работает вообще.

Оскорбились. И тут тетя Нина говорит: "Девочки, мы же дуры. Его же залить нужно водой. "

Никогда еще в бедное устройство не засыпали стиральный порошок и холодную воду...

Звонок из Москвы в 4 утра.

— Извини, ты не помнишь где Женя жил до переезда в Израиль?

— Вы что [бах]нулись, в Москве конечно.

— Да понятно, адрес какой?

— Где-то на набережной возле Киевского вокзала. А что случилось?

— Мы в такси везем его домой, а он отрубился. На все вопросы отвечает на иврите.

— Дайте мне послушать

— Женя, [м]лядь, скажи свой адрес.

— Бецалель арба, Рамат Ган

— Это его тель-авивский адрес. Приложите ему трубу к уху.

— Женя, мАньяк. Ктовет [м]ля, ктовет шельха бэ МОсква! (твой адрес в Москве).

— Лех тиздаен (от[вяж]ись). Ани гар бэ Исраэль (Я живу в Израиле).

— Бен зона (с@ка), ата ахшав бэ МОсква (ты сейчас в Москве). Ма хактовет шель има шельха (какой адрес у твой мамы)?

— Ани ле батуах ше ухаль летаргем ле иврит. (Не уверен, что смогу перевести на иврит)

— Ани этаргем, тедабер русит (Я переведу, говори на русском)

— Бережковская набережная, дом 8.

— Рехов бережковская шмонэ

— Да поняли мы, иммигранты х[рен]овы.

Самое яркое новогоднее воспоминание из детства: мне семь лет, просыпаюсь утром первого января, и мама первым делом подводит меня не к елке с подарками, а к картонному домику нашей кошки. А там вместе с Маней еще три новорожденных котенка! Как мне рассказала мама, этой нашей мадам приспичило котиться прямо под бой курантов. В тот раз никакие подарки не показались мне такими интересными, как эти три малявки. Котят по моей просьбе не отдали, с моей же подсказки их назвали Билли, Вилли, Дилли.

Давно уже нет Мани и этих трех маленьких разбойников. Сколько с тех пор самых разных новогодних застолий прошло, сколько подарков под елкой я находила и сама клала, но для меня тот Новый год остался самым незабываемым и теплым.