Передаём эстафету

Давным-давно, когда деревья были БОЛЬШИМИ, мороженое ВКУСНЕЕ, а половину диплома занимали "Решения XXVII съезда КПСС", мне было 18, мужу чуть больше. Меня мой в будущем муж пригласил в ресторан. Если честно, для меня это был первый поход в ресторан. В советские времена были кафе, где что-то покупаешь, сам несёшь на подносе и садишься за столик. А тут и официантки, и живой оркестр. В общем, я была в восторге, мы поели, а уходить не хочется. И тут, как по волшебству, к нам подходит официант и приносит мороженое, пирожное и кофе. Я студентка, муж студент. Мы в шоке. Официант, видя наше замешательство, сказала, что все уже оплачено парой вон за тем столиком. Там сидели мужчина и женщина слегка за 40. Они к нам подошли, сказали, что мы очень красивая пара, и сразу видно, что любим друг друга, и просто хотели немного продлить нам романтический ужин.

У нас уже скоро будут внуки. Но с тех пор, если мы видим молодую влюбленную пару в ресторане, мы им тоже обязательно что-нибудь присылаем. В общем, решили продолжить эстафету добра.

Я из тех странных, кто обожает гулять ночью по кладбищу. Мне просто нравится эта тишина, нравится смотреть на памятники, даты рождения и смерти и думать, от чего же умер человек, какой была его жизнь, и что принесла ему смерть: облегчение или грусть расставания? Однажды ночью я увидел мужчину, который тихо сидел на лавке и потягивал свою сигарету. Я не хотел нарушать его покой, но он подозвал меня и предложил закурить. Мы проболтали с ним всю ночь, рассуждая о жизнях тех, кого уже нет, и от кого остались лишь имена и цифры на могильных плитах. Там мы виделись еще несколько раз, постоянно садясь в разных точках кладбища, чтобы была возможность обсудить разных людей. В тот, последний раз, когда я его видел – мы сидели у его могилы. Нет, он не был призраком, хотя стреманулся я знатно, увидев его фото. Нет, мне не показалось, я абсолютно нормально пожимал его теплую руку той ночью. Просто этот мужик был местным предпринимателем, который устал от жадности своих партнеров по бизнесу, устал от наигранной любви жены и ее алчности, он просто устал от мира и инсценировал свою смерть. А так как при жизни он был сиротой, а все окружение было с ним только ради его денег – он устроился работать на то самое кладбище, где его якобы похоронили. Знал, что все равно проведывать его некому, а значит обман никогда не раскроют. Ему его смерть принесла только облегчение.

Тут порадовался за наших военных. Ведь могут же, когда хотят...

В-общем был я в командировке в... одном городе на юге России. И там, по местному "тэлэбачэнию", передавали интервью (как я понял — из Чечни) журналиста (Ж) с одним Полковником (П). Стояли они возле одного странного вида орудия...

Ж.

— Скажите пожалуйста, что Вы можете сказать об этом орудии?

П.

— В том месте, куда падает снаряд, остается воронка.

Ж. (Ехидно сощурившись — "Вот же дуб военный попался...") — Это я понимаю. А какова, например, скорострельность?

П.

— В том месте, куда падает снаряд, остается воронка.

Ж. (Теряя терпение) — Это я понял, не дурак. Ну... где эффективнее его применять — в поле, в горах или еще где?

П.

— В том месте, куда падает снаряд, остается воронка. Понимаете. ОДНА ВОРОНКА. И больше ничего...

Давно это было, в 90-м году прошлого века.

Ехал я утром на электричке из Подмосковья в Москву. Народу было много, но занять сидячее место мне все-таки удалось. Напротив меня расположились два мужика, которые судя по разговору и радостным взглядам, давно не виделись, поэтому, не таясь и не снижая голоса, расспрашивали друг друга о житье и о семье.