В 1911 году умирающий от голода человек вышел из дикой местности близ Оровилла, штат Калифорния, возвестив о тихом конце эпохи. Он был последним известным выжившим представителем яхи, подгруппы народа яна, которая когда-то жила в этом регионе, прежде чем была почти уничтожена массовыми убийствами поселенцев, болезнями и насильственным перемещением во время калифорнийской золотой лихорадки. Не в силах больше скрываться, он был доставлен в Калифорнийский университет в Беркли, где антропологи попытались выяснить, кто он такой.

Когда они спросили его имя, он ответил, что не знает его.

Согласно обычаю племени яхи, человек не мог назвать свое имя, пока другой член племени официально не представит его. Когда все остальные яхи ушли, не осталось никого, кто мог бы произнести его имя вслух.

Он стал, в буквальном смысле, “человеком без имени”.

Понимая культурное значение этого, антропологи дали ему имя Иши, что на языке яна означает “человек”. Это было просто, уважительно и означало признание идентичности, на которую он больше не мог претендовать.

Иши провел остаток своей жизни в Сан-Франциско, работая в университетском музее. Там он продемонстрировал технику яхи — изготовление инструментов, разжигание огня, изготовление лука — и рассказал, какие фрагменты языка и традиций его народа он все еще хранит. Его демонстрации привлекали посетителей, ученых и просто любопытствующих. Для одних он открывал беспрецедентное окно в мир, который был практически стерт с лица земли. Для других его присутствие было болезненным напоминанием о том, как жестоко был разрушен этот мир.

Он жил со спокойным достоинством вплоть до своей смерти в 1916 году.

Сегодня Иши помнят не как нашумевшего “последнего дикого индейца”, как когда-то называли его газеты, а как символ культурной стойкости, человечности и неизмеримых потерь, нанесенных коренным народам в результате колонизации.

Его история — это и подарок, и предостережение: взгляд на людей, которых почти стерли с лица земли, и свидетельство стойкости одного человека, который в одиночку хранил память о них.

Есть у меня коллега который когда забухает и загуляет жене тысячу даёт за свою пьянку и измены.

Моя это дело прознала, (работаем вместе) и когда я сказал что у нас сегодня на работе пьянка и я приду поздно и пьяный, заявила что давай тысячу.

Типо вот "Вася" даёт жене за свои пьянки и ты мне давай. (она тогда не знала что даёт не за пьянки а за походы налево).

Сказал не вопрос, дал тысячу и ущёл. Это была пятница!

Вернулся в воскресение вечером.

На её истерику "ты где был" ответил что был с Васей, Он тоже дал жене тысячу и мы сначала начали на работе, потом поехали в боулинг, потом в сауну. Затем уехали в соседний город (правда не помню зачем) где зажигали два дня!

Причём для жены Васи это в порядке вещей.

В итоге когда моя стала закатывать истерику, что я два дня был на [м]ля.... х, ответил:

Извини, ты хотела "как у Васи", вот и получи.

С тех пор в пример никого не ставит!

Катали мы как-то пару недель по северной Норвегии на велах по фьордам. Ночевали в основном в палатках. Т. к. там кругом море то воду брали либо в ручьях, либо кемпингах.

Где-то в середине похода встали мы около небольшого городка. Ну как город, пара районов с одной основной улицей. А надо сказать, что в то время был полярный день и "ночью" было чуть темнее чем днём, т. е. если не смотреть на часы не понятно что за время суток. Пошли в город за водой. Бензоколонка закрыта, магазины закрыты, никого народу. Смотрим какое-то учреждение, где вроде на первом этаже в кабинете свет горит. Подходим, стучимся, из окна выглядывает девушка. Далее у друга, который немного знает местный диалект и английский, происходит диалог, который выбивается из привычных "разрешите набрать воды? Да пожалуйста!". По окончанию диалога девушка исчезает и друг ведает мне: что ВНЕЗАПНО мы в 3 часа ночи постучались с пустыми бутылками в ОКНО ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ КЛИНИКИ и попросили налить воды! О_о

У товарища спросили знает ли он какой сегодня день, где он находится, как его зовут и сколько сейчас времени: -) По окончанию сего краткого курса психодиагностики нам отгрузили воду, правда уже через холл, но смотрели всё равно косо: -)

Рассказали мне намедни одну историю, клянутся, что правда.

Возвращался однажды мужик с вечеринки домой. Пьяный до безобразия, конечно. Дело происходит за городом, а живет он в городе. Поздняя осень, дождь идет стеной, склизко и мерзко. Время уже позднее, автобусы не ходят. Вышел он на трассу и стал голосовать. Все без толку:

Были мы с другом в командировке, ну естественно познакомились с подругами. Сидим беседуем.

— А вы правда из Питера?

— Да.

— А там метро есть?

— Да.

— Как в Москве?

— Да, только видишь ли. В Москве жетоны пластмассовые и на одну поездку, а у нас жетон металлический и не на одну.

— А на сколько?

— На сто. Ты его отпускаешь, потом проходишь через турникет, а он с другой стороны вываливается. А внутри его cчетчик стоит и минусует поездки. В общем я тогда не знал поверила она или нет. Но тем не менее через 2 месяца она к нам в гости приехала. Я пришел ее встречать. Заходим в метро. Я ей даю жетон. Она отпускает его. Проходит. И стоит в недоумении. Мол, a где. Где та дырочка, где он должен выпасть. А ее нет. Вот так и стоит в режиме HOLD. Я подхожу и cпрашиваю:

— Чего ждем?

— Жетон, который должен выпасть неизвестно откуда.

— Он не вернется. Это была сотая поездка.

Она меня потом правда чуть не убила, но прикол получился знатный.