Зонт
Я стоял и тупо таращился на витрину, за которой царили полумрак и пустота. А Ленка, хлопая ресницами, смотрела на меня. Это должно было быть наше первое свидание в уютном и романтичном кафе, где готовят ароматный кофе и вкусный пирог с яблоками и лесной ягодой, по домашнему.
Последний раз я сидел в этом кафе за полгода до этой встречи, когда прилетал навестить родителей. Почему я не проверил, существует ли это кафе, почему не спросил друзей? Не знаю. Но в результате я стоял на улице и смотрел через стекло витрины на пустое и тёмное помещение, а Ленка непонимающе смотрела на меня. Я пытался судорожно найти выход из создавшейся ситуации, а холодный питерский дождь барабанил по зонту.
— Странно, что они вот так вдруг куда-то слиняли, — не найдя ничего лучше, сказал я. И добавил:
— Пошли к машине. Я знаю, недалеко есть хорошее место.
Это была не совсем правда. По дороге я действительно видел несколько ресторанов, но у меня понятия не было, как там внутри и какое у них меню.
Всю дорогу я, ссылаясь на дождь, ехал очень медленно, стараясь найти подходящее для первого свидания место. А в голове не давала покоя мысль, что это первое свидание станет и последним...
Наконец я нашел место и припарковался.
Выйдя из машины, я открыл зонт и помог Ленке выйти из машины.
Зонт был мужской, черный, большой, с деревянной ручкой, и кажется, еще советский. Под ним свободно, не теснясь размещались два взрослых. Когда Ленка шагнула под зонт, я почувствовал, что произошло чудо.
Выбранный наугад ресторан оказался довольно уютным, с хорошей кухней. Мы хорошо посидели и поговорили, лучше узнали друг друга. Потом было еще одно свидание. А потом — еще и еще, пока я не вернулся назад в Нью Йорк. В дождливые питерские дни зонт неизменно сопровождал нас. Первый поцелуй тоже был под зонтом.
Когда у нас родилась дочь, отец, приехав навестить нас, привез этот зонт с собой, почему-то решив, что в Штатах — проблемы с зонтами. Возвращаясь в Питер, он по какой-то причине оставил его у нас. Так зонт получил американское гражданство.
С тех пор прошло 17 лет. К сожалению, уже десять лет Лены нет с нами... А зонт пережил четыре переезда и занял место с другими зонтами в корзине в прихожей. У меня было много разных зонтов, но все они служили недолго. Даже Smith&sons и Windproof не выдерживали больше одного-двух сезонов. А этот зонт до сих пор в рабочем состоянии.
А вчера дочь взяла этот зонт на свое первое свидание. И у меня такое чувство, что у нее все будет хорошо.
* * *
Вот, от первого лица одной девушки рассказываю:
Вчера у меня в машине что-то загудело. Я знаю, что если бы глушитель оторвался, то рев напоминал бы самолетный, а тут негромко так, но настораживает. Приезжаю я сервис, к своему автомастеру. Послушал он, послушал, куда-то заглянул, а потом и говорит мне при всем честном народе (представьте,
часов 8 вечера, полно клиентов, мастера тут же рядом обретаются, и все — мужики):
— У тебя в штанах прокладка прогорела. Полезай на яму, я сейчас поменяю. Остановить свой непроизвольный взгляд пониже пупка я не смогла. Молниеносно пролетела мысль о том, что вокруг куча мужчин, а он… Да за мои деньги… Смущало только слово "прогорела", но я отнесла это на счет утомительной и несносной июльской жары. В общем, я обиделась. Сказала мастеру Саше:
— Повезло тебе, что ты на меня попал. Другая за такое по морде могла бы дать.
И гордо удалилась на своей урчащей машине, невзирая на удивленный взгляд Саши. Через полчаса зазвонил мой мобильный и Саша, извиняющимся тоном, за которым прослеживались еле сдерживаемые приступы смеха до слез, стал объяснять, что штаны — это такая деталь в машине, что он не имел в виду ничего такого и так далее. В общем, те самые полчаса, пока я обиженно ехала домой, он и все присутствующие рядом мужчины сначала пытались понять, чем обидели меня, а потом старались перестать смеяться, чтобы попасть по клавишам телефона и позвонить мне.
* * *
40 лет назад готовились праздновать День юриста (студенческий праздник). Согруппники, зная мои медицинские связи, попросили раздобыть десяток мышей — мы планировали сделать атракцион - тотализатор на мышиных бегах. Повёл за "добычей" в меддиспансер (туберкулёзный). В виварии нас приняла приятная красивая заведующая. Попросили
одолжить десяток мышей. Господа, мы на мышах уже "100 лет" не работаем, а зачем они вам? Когда мы рассказали, то она еле-еле подавила свой хохот и предложила, взамен, взять морских свинок. А как они выглядят? Показала... Свинки были сантиметров 25 длиной и очень худые, не больше 4 см диаметром. Взяли шесть штук. А, может, ещё и кроликов возьмёте — показала сказочной красоты крольчат. Нет, спасибо, не надо. Растроганая доктор для свинок дала и 1, 5 мешка сена. Наш атракцион имел колоссальный успех, свинки бегали по трассе, как настоящие гончие псы! Шучу... Бывало, что лидер, не добежав до финиша 10 см, разворачивался и драпал назад, до старта. Народ поддерживал своего "коня" громкими криками и хлопками, потому мы через 4 часа почти оглохли. Заработали на каждого студента из нашей группы по 6 рублей (3 кг мяса или 1, 5 бутылки "Экстры"!). После праздника все свинки поехали ко мне домой, что-бы в понедельник поехать домой. Вечером к нам в гости пришла семья (папа/мама+ 2 малыша — девочка и мальчик). У детей, увидев свинок и услышав их историю, разгорелись глаза. Папа/мама попросили дать им пару свинок для детей. Дали + остатки сена. Остальных отвёз в институт. Врач звонко смеялась, когда я рассказал, как проходили "скачки" "конеЙ". Долго извинялся, что двух "скакунов" отдал детям друзей. Бог с ними, у нас этих свинок — море.
Через год "папа" тех двух свинок позвонил мне и долго извиняясь сказал, не могу-ли я принять "коней" обратно, а то они загнали друзей, хуже спортивных рысаков, если-бы они бегали все вместе... ОНИ ЖРУТ СТОЛЬКО, что вся семья еле-еле успевает ежедневно "косить" городские газонные закоулки, где трава повыше.
Давай, привози!
Привёз... двух монстров! Свинки своими огромными размерами почти не отличались от их приютившей, довольно упитаной, семьи. Но, самое весёлое было, когда я привёз тех свинок обратно в диспансер. Врач, увидев свинок, с ужасом (вообще-то, с юмором!) спросила: кого вы нам тут привезли?! Сказали, всё рассказали, потом все долго хохотали.
Вот так и пролетели райские дни студенчества...
* * *
ИЗДЕРЖКИ РЕКЛАМЫ
Шёл к подруге, по пути зашёл в небольшой магазинчик — купить всякой мелочи и пачку презервативов.
Складываю покупки в пакет, вдруг молоденькая продавщица говорит:
— Ой! А можно я на презервативы посмотрю?
Я в шоке достаю "изделие" из пакета и протягиваю ей. Продавщица берёт упаковку, вертит её в руках, щупает, чуть на зуб не пробует. Потом со словами: "А, всё в порядке! " возвращает мне обратно.
Я стою обалдевший и ничего не понимаю.
Продавщица поясняет:
— Понимаете, я тут всего третий день работаю, ещё полностью не освоилась. Вчера парень один приходил, такие же покупал. А я их найти среди остального товара не могла. А он, как назло, сильно торопился куда-то! Ну, я ему с витрины пачку и отдала... Он часа через четыре пришёл, грустный такой. Купил литр пива, подошёл ко мне и говорит: "Девушка, вы даже не представляете себе, как вы меня подставили! ".
Оказывается, на витрине лежал рекламный муляж...
* * *
Чезаре Беккариа — человек, который заставил задуматься о совести.
В этот день, 15 марта 1738, родился человек, бросивший вызов жестокости законов.
Представьте себе XVIII век.
Европа, где следственные пытки, хоть и постепенно выходят из обихода, всё ещё применяются в некоторых странах, а площади городов то и дело становятся
местом для публичных казней.
Здесь каждый приговор — это не только судьба отдельного человека, но и зрелище для толпы: плети, колёса, эшафоты.
И вот в этом мире, где жестокость остаётся частью правовой системы, появляется Чезаре Беккариа — миланский маркиз с лицом философа и смелостью революционера.
Он не брал баррикады, не свергал королей. Он просто взял перо и написал книгу, которая перевернула представление о справедливости.
В 1764 году, когда Екатерина II правила Россией, а бостонцы ещё не бросили чай в гавань, Беккариа опубликовал труд, ставший библией гуманизма.
Его идеи звучали ересью: "Цель наказания — не месть, а предотвращение преступлений".
"Следственные пытки — это варварство, а не доказательство". "Смертная казнь — ошибка, а не правосудие".
Книгу быстро перевели на десятки языков. Вольтер назвал её "криком разума в мире суеверий", а инквизиция внесла в индекс запрещённых книг — лучшая реклама для эпохи Просвещения.
Беккариа, выходец из аристократической семьи, мог бы провести жизнь в салонах Милана, обсуждая моду и оперу. Но вместо этого он вступил в "Общество кулака" — группу интеллектуалов, которые верили, что идеи сильнее меча. Его аргументы были просты и сильны.
Если наказание должно быть примером, зачем делать его публичным? Разве зрители не запомнят ужас, а не урок?
— Законы пишутся для людей, а не люди для законов.
Притом, что Беккариа никогда не занимал государственных постов, его идеи изменили законы от России до США. Екатерина II пригласила его в Россию реформировать право — он вежливо отказался, сославшись на климат. Императрица, впрочем, использовала его идеи в своем "Наказе".
Джефферсон и Франклин цитировали Беккариа, создавая основу американской правовой системы.
— Даже Наполеон, сторонник жёстких мер, включил некоторые принципы Беккариа в свой Уголовный кодекс.
Почему Беккариа актуален сегодня?
Потому что его вопросы остаются нашими вопросами.
Где грань между справедливостью и жестокостью?
Может ли страх остановить преступление лучше, чем разум?
И главное: способен ли закон исправить человека, или он лишь метит его клеймом? Беккариа не дал ответов на всё.
Но он научил нас сомневаться, даже в законах, которые кажутся незыблемыми.
Семейные истории ещё..