23-летняя американская актриса Уэнди Доркас выскочила замуж за кинорежиссера-миллионера Роджера Доркаса. Он был старше Уэнди почти в три раза, и актриса рассчитывала, что со временем миллионы муженька перекочуют на ее счет. Через год семейной жизни Роджер скоропостижно скончался. Но когда адвокаты огласили его завещание, Уэнди не пришла в ярость: ей достался в наследство… 1 цент. Все остальное (а это 64 миллиона долларов) режиссер завещал… своему псу Максимилиану.

Суд принял сторону собаки, но актриса нашла способ оставить миллионы себе – она… вышла замуж за Максимилиана. Оказалось, что когда Доркас открывал счет на собаку, ему пришлось оформить кобеля как гражданина США, чтобы выплатить необходимые налоги. Брак актрисы с собакой даже зарегистрировали – бумаги-то у пса были в порядке. И когда Максимилиан околел, "вдова" унаследовала все его богатства.

Накануне премьеры спектакля "Собор Парижской Богоматери", роль горбуна

Квазимодо досталась актеру Степану Петровичу.

Спектакль начинался с того, что Квазимодо, в полумраке должен был под звук колоколов пролететь, держась за канат через всю сцену.

Перед премьерой Степан Петрович пришел на спектакль вусмерть пьяным.

Шатаясь из стороны в сторону, он добрел до гримерки, нацепил горб и лохмотья Квазимодо. До начала спектакля остались считанные минуты.

Степан Петрович направился к сцене.

На сцене полумрак, зазвонили колокола, вдруг, через всю сцену, слева направо пролетел Квазимодо, затем справа налево пролетел Квазимодо, затем еще раз и еще раз... Раз эдак на шестой, Квазимодо остановился посреди сцены и повернувшись к переполненному залу спиной, держа канат в руке и смотря на кулисы, в полной тишине произнес:

— Итить твою бога мать! Я тут как последняя с@ка карячусь, а эти козлы еще занавес не подняли!

Я из династии врачей. Начиная от прадедушки и прабабушки, все родственники связаны с медициной. Я рос и хотел заниматься совсем другим, но все начали хвататься за сердце, шантажировать здоровьем. В итоге я сдался и тоже стал врачом. Работу не люблю, но она приносит деньги, поэтому привык.

Потом я женился, родилась дочь, пошла в школу и проявила способности к математике, программированию. Когда настало время готовиться к университету, она выбрала техническую специальность. Вся родня снова схватилась за сердце, мол, как же можно прерывать династию, давай хотя бы на химфак! Звонили, сокрушались, грозили умереть от инфаркта. На все это моя жена сказала: "Хотите умирать — умирайте, дочь пойдёт туда, куда хочет".

Потом как-то всё затихло, дочь поступила, закончила, работает и обожает свою работу. И никто не умер, не отрёкся, все отношения в семье хорошие. Походу, я один здесь болван бесхребетный, не отстоял свою мечту.

Дело было в начале 90-х, когда китайские аспиранты в наших научных учреждениях уже появились, а лазерных проекторов ещё не было. У моего знакомого учёного (У) был, как раз, китайский аспирант (КА). А ещё у него был день рождения. И, чтобы мало не показалось, на следующий день он должен был делать ответственный доклад на какой-то сверхважной конференции у них в институте. К докладу необходимо было срочно сделать соответствующие плакаты с рисунками.

И вот, в соседней комнате давно уже накрыты столы, народ хором пускает слюни и вот-вот примется за дело, не дожидаясь виновника торжества.

Осталось сделать 2 плаката с графиками. Собственно, рисунки простые, более того, они уже есть, но сделаны они на миллиметровке, а по тогдашним понятиям необходимо было показывать ватман. Ну, и У попросил КА: "я пойду к гостям, а ты быстренько перерисуй графики на ватман и присоединяйся к нам".

Где-то через час или полтора У обратил внимание, что КА всё не идёт и пошёл посмотреть. КА он нашёл чуть-ли не в слезах, среди кучи листов испорченного ватмана. "Один плакат сделал, а второй ну никак не получается! "

Вы угадали правильно. КА тщательно переносил с миллиметровки на ватман рисунок вместе с миллиметровой сеткой.