История не моя.
"Семь лет назад купил я длинную трехлинейку и отдал мастеру поставить на нее оптику. Мастер все сделал, и я приехал за ней к нему и забрал. Винтовка с прицелом в чехол влезла, но чехол так обтянулся, что слепому было видно, что внутри — винтовка с оптикой. Был я тогда безмашинным и поехал муниципальным транспортом. Иду по улице к метро и думаю, мол, сейчас всех встречных ментов соберу, как пес репьи. Специально разрешение приготовил, иду, в кармане его рукой держу. Подхожу к метро, там наряд около УАЗа стоит, в брониках с автоматами. Ну, думаю, сейчас.
Ан, нет. Смотрят на меня во все глаза, но ни слова, ни движения. Вхожу в метро, там в переходе менты, вылупили на меня зенки все трое, рты открыли, семечки лузгать забыли, однако, опять ни слова не сказали и даже в мою сторону не дернулись. Подхожу к турникету, там сержант стоит толстый, буркалы на меня вылупил, но тоже молчит. Сговорились они, что ли. Захожу в вагон. Народу немного, но сидячих мест свободных нет.
Встал у неоткрывающихся дверей, еду себе, винтовку у ноги поставил. Народ на меня искоса позыркивает, настороженно так, а рядом на сидении парень с девушкой сидят, смотрят на меня, смотрят, а потом парень ей говорит: "Смотри, киллер на работу едет..."
| 15 Jan 2007 |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В автобус зашел паренек, судя по тому, как на него тут же оглянулись почти все женщины — просто красавчик. Высокий, хорошо одетый, гладковыбритый, с немного насмешливыми, карими глазами, и ироничной полуулыбкой. В общем, фиг знает, как в автобус попал, промахнувшись мимо глянцевой обложки.
К нему подходит "кондуктор-контролер" с искусственно
Был сейчас в аптеке. Наблюдал маленькую, но очень характерную сценку.
У окошка разговаривает с продавцом старик-пенсионер, опущенный нашим очаровательным государством просто до потери личности: нищий, рваный, с полубезумным взором, полуоторванным карманом и заплатами. Видно, что не пьющий и когда-то вполне достойный, просто доведённый всем этим [м]лядством до ручки. За ним – отец лет сорока с сыном-младшеклассником, сзади – я.
Старик роняет пятирублёвую монету – и не замечает этого. У пацана загораются глаза, на лице появляется не лукавая даже, а прямо-таки подлая ухмылка. Он заговорщически, с восторгом шепчет отцу: "Пааа-пааа!", косит глаза на монету. Отец нагибается, поднимает монету и и молча подаёт её старику, тот благодарит. А я наблюдаю за лицом мальчика. О, его выражение надо было видеть. С каким же презрением, с брезгливым удивлением смотрел он на отца-"лоха". ..
Скоро они вырастут.
Внесу и свои 5 копеек в серию историй с мигрантами.
Я к ним отношусь не то что с любовью — но и без нелюбви в стиле "аж кушать не могу". То есть не только бить не планирую, но даже на тотальных депортациях не настаиваю.
Потому как главная проблема не в них, а в тех, кто их сюда привозит. И кто получает с них доход, перекладывая все издержки
Когда мы жили в Мурманске, мой отец приволок друзьям-соседям подарок на новый год — с@ку восточно-европейской овчарки, обретавшейся несколько дней в подъезде. Хозяева отпали, но собаку взяли, назвали Альмой. Все было бы ничего, но оказалось, что с@ка на сносях, и через пару недель появились маленькие такие овчарики. Причем, подлая Альма ощенилась прямо перед одежным шкафом.
Тут начался полный абзац. Поскольку хозяйка, Света Гончаренко (как, впрочем, и ее муж, и мой отец, и вся их тогдашняя компания) работала преподом в Мореходке.
То есть, на работу надо ходить, пардон, в форме с погонами, и никак иначе. А к шкафу не подойти, поскольку Альма убеждена, что идут отбирать щенков. Три дня Светке подменяли пары, на четвертый ее сын уволок-таки псину погулять, и одуревшая от предыдущих дней и краткости момента, опрометью бросилась к шкафу, оделась и помчалась на кафедру.
Когда она на кафедре вылезла из пальто, сослуживцы сперва потеряли дар речи, а
потом повалились на пол невнятной хохочущей грудой. Переполоханная Светка,
возрадовавшись возможности одеться, напялила на себя две юбки...
:))