Прививка от жадности.

Ох и давно это было. Хотя, тут публика постарше, так что "вас еще на свете не было" не скажешь, но лет сорок прошло.

Мы часто летали на лето в Украину к бабушке. Это еще недавно лететь туда можно было без проблем: открываешь сайт авиакомпании, выбираешь дату, билет до Днепропетровска, платишь картой и — все, можно собирать чемодан.

Но это сейчас, а в те времена добраться из Лиепаи до Днепропетровска – было той еще логистической задачей.

Был такой фильм Американский, где мужик на Рождество домой добирался — "Поездом, самолетом, автомобилем" назывался. Вот, оно самое. Только с детьми и в жару. Такие поездки учат думать на ходу, бегать шустро, держаться вместе и еще они учат терпению. Очень большому терпению. Ждать поезд, ждать самолет, ждать таксиста овердохера часов – часть поездки.

На обратном пути, в Днепропетровском аэропорту мы с отцом залипли очень плотно.

Рейс вроде как будет и даже куплены билеты, но он задерживается. Жарко, середина лета, пустой аэропорт, заняться решительно нечем.

Шестилетнему мне и уже школьнице — сестре была выдана пара монет по 15 копеек и настойчивое предложение перестать зудеть под ухом и сходить купить себе в буфете что-нибудь.

Рядом с буфетом стояло нечто ранее невиданное — игровые автоматы типа "однорукий бандит". Вокруг терлись какие-то дядьки, бросали монеты и дергали за ручку. Отбившись от вечно скучной и сильно умной сестры, я подошел к освободившемуся автомату и под хохотки: "о, малой тоже сыграть хочет" опустил первую монету, дернул ручку.

Автомат покрутил барабан и сказал: "Хрен тебе".

Движ мне понравился и я кинул последнюю.

Автомат что-то покрутил, брякнул и выдал мне десяток монет.

А вот это уже интересно! Хороший возврат инвестиций! – подумал я и начал пихать в автомат по одной монете.

Автомат крутил-вертел-моргал, но монетами делиться не желал. Мне стало скучно и я уже было собрался уходить со своими двумя, решив забросить напоследок.

Вместо ожидаемого облома, автомат внезапно зазвенел и загрохотал!

Я от страху чуть там-же на месте в шорты не напрудил! Хрена-ли – сломал автомат! Сейчас милиция прибежит и будет беда!

Мужики подскочили и начали через одного поздравлять, приговаривая: "Вот мелкому повезло! " и восторженно говорить, что я что-то там сорвал какому-то Джеку. Было стремно, радостно и взросло одновременно.

Убедившись, что ничего плохого не произошло и милиции не будет, я собрал все монеты по карманам и принялся со взрослым видом "играть".

Подошел отец, оттер обступивших меня мужиков, поздравил с выигрышем и спросил: "ну, сынок, что будешь делать? "

— Буду дальше играть!

— Ты уверен?

— Да!

— Может оставишь, пока в плюсе?

— Буду дальше играть!

Он не стал спорить и уговаривать, а просто встал сзади и стал за мной наблюдать.

Он не вмешивался, когда я с азартом спустил в автомат половину выигрыша. Не вмешивался он и когда у меня остались только две монеты, а я все не мог остановиться.

И только когда автомат отмигал мне свой прощальный привет, он взял меня за руку и сказал: "в азартных играх деньги не зарабатывают, а теряют. Поехали домой, наш рейс объявили. "

Уже много позже, подростком, я закидывал пару раз в автоматы монеты по мелочи и результат был всегда одним и тем-же: автомат радостно благодарил меня за отданные деньги, а я его за повторную прививку от жадности.

Александр Ширвинд вспоминал:

"Мы снимались под палящим солнцем где-то в горах, в старинном замке с 6 утра 18 часов подряд, и около 12 ночи нас привозили обратно, в гостиницу "Ереван", самую лучшую тогда. Рестораны в те времена работали максимум до 11 часов вечера. Однажды, по приезде со съемок, голодный, я усталой ручонкой поскребся в дверь ресторана, чтобы меня кто-нибудь из убирающих официанток увидел.

Вышла милая армянка, видимо, самая главная там, узнала меня, впустила и сказала: "Я посмотрю, если что осталось". Принесла мне какую-то незамысловатую холодную закуску. Я расслабился, спросил, как ее зовут, и обнаглел до того, что поинтересовался, нет ли чего выпить. Она говорит: "Буфет закрыт". "Ну, может, где-то осталось? "Она ушла.

Через некоторое время возвращается: "Там есть только сливовая". Я говорю: "Дорогая, я ее обожаю". Она на меня с удивлением посмотрела, ушла еще раз и приносит мне графинчик. Я выпиваю. "Это не "Сливовая"", — говорю. Она уверяет: "Сливовая". И тут я догадался, что сливовая это не из сливы, а слитая из недопитых рюмок. С тех пор я не пью сливовицу".

Расскажу эту историю в память о моём недавно ушедшем папе. Он был очень скромным человеком, и при этом большим профессионалом своего дела. В советские времена он занимался разработкой систем водоснабжения волжских городов. Саратов, Куйбышев (Самара), Горький (Нижний Новгород).

В детстве я особенно переживал, когда он уезжал в Горький. "Мам,

Рассказала мне сестренка, которая работает в одной из иркутских больниц анестезиологом.

В палате реанимации лежала женщина, подключенная к аппарату искусственного дыхания. Время приходит его отключать, врач интересуется у больной самочувствием, если, дескать, все хорошо, то руку пожмите. Та пожимает, трубку из трохеи вынимают. Через какое-то время медсестра заходит к женщине и видит, что та уже синеть начала: В палату несется реанимационная бригада, врач хватает первую попавшуюся тряпку, кладет тетке на лицо, начинает делать искусственное дыхание рот в рот.

Оговорюсь: женщину откачали, но изюминка была в другом. Той тряпкой, через которую дохтор делал искусственное дыхание, оказались: хм: трусы этой самой дамы. Через несколько минут можно было наблюдать следующую картину маслом: врач яростно намыливал лицо и при этом умудрялся выговаривать медсестрам, мол, ваша работа, специально мне их подсунули.

Ответная реакция медсестричек: "Доктор, вы, наверное, через самое интересное место дышали!" Занавес.

В военкомате было тесно и шумно. Я сидел в очереди на осмотр у психиатра. Мой предшественник вышел из кабинета смеясь. Давясь от хохота, он назвал мою фамилию. Я поежился и зашел.

У психиатра было прохладно и тихо. За столом сидел пожилой лысый мужчина с усталым и печальным лицом.

— Здравствуйте. – поздоровался я.

— Здравствуйте,