Когда была маленькая, была у меня кукольная болезнь (родители так говорили), а именно болезнь по барби. С утра и до позднего вечера я могла играть с куклами, хлебом не корми, а дай поиграть. Мне не нужны были друзья, не нужны были разные вкусняхи и даже телевизор. Я была в мире барби. Эта болезнь продолжалась до 8 класса. С возрастом, наверное, сама начала понимать, что пора с этим завязывать. К этому времени у меня было ВСЁ. Многоэтажные дома, машины, животные, кукол не сосчитать, а про одежду я вообще молчу. Родители для этого в моей комнате оставили только кровать, всё остальное пространство занимал мир барби. Сейчас я работаю, есть молодой человек, своя машина и квартира. И вроде, детские увлечения должны были пройти. Но нет. У моей двоюродной сестры подрастает дочка, и моя мама предложила "отдай весь свой хлам ребёнку". НЕТ, НЕТ И ЕЩЁ РАЗ НЕТ. Это моё, это только моё. Я жила этим более 10 лет и не готова отдать тому, кто не будет ценить это сокровище. Лучше пусть лежит у меня, может и у меня родится дочь и мы вместе будет окунаться в мир барби.

Слово офицера.

Окончив в 2000 году военное училище я отправился служить в Республику Таджикистан для "выполнения задач по поддержанию конституционного порядка в условиях чрезвычайного положения" в данной республике. Молодым лейтенантом я был назначен на майорскую должность начальника службы ГСМ артполка, поэтому состоял в управлении полка

Про веселую студенческую жизнь. Давно это было. 1985 год. Институт. Экзамен. Предмет – "Теория передачи сигналов" — или в простонародье – "Теория постоянных сопротивлений". Кто учился и знает – тот эту шутку поймет. Сдают с самого утра аж три группы. Можно себе представить, как устали преподы, тем более что среди них доцент – сам автор одноименного учебника. Получить на этом экзамене у него три балла считалось великим везеньем. В числе последних, ближе к полудню, входит на этот экзамен девушка по имени Наталья. Сказать, что она ничего не знала по предмету – значит ничего не сказать. Но девушка блистала находчивостью и оптимизмом. Взяв билет и посидев немного за партой, она пошла отвечать. С чистым как совесть листом бумаги для ответа. И как раз тому самому автору одноименного учебника. Автор от долгого экзамена и ответов на его вопросы в переводе Гоблина, очень устал, что было видно даже не вооруженным взглядом. Посмотрев на пустой лист, где должен быть хоть как-то написан хоть какой-то ответ на билет, препод посмотрел на Наталью с вопросом во взгляде – "И что?". Наталья предложила что-нибудь нарисовать. Она имела в виду какую-нибудь диаграмму, формулу, график наконец. Препод предложил ей нарисовать бабочку. Наталья не растерялась, и через течение минуты изобразила простой шариковой ручкой довольно таки симпатичного махаона. Препод долго смотрел на такой "ответ". В итоге Наталье он поставил в зачетку "хорошо". Звали препода – Михаил Иванович.

В тихом дворике проходил сейчас мимо лавки со старушками. Выглядят древними, но вострыми, бодрыми, голоса молодые. Успел услышать фразу: "Телевизор невозможно стало смотреть. Как патефон в годы моей юности, когда заедал — одно и тоже, одно и тоже! "Кстати, поразился меткости замечания.

Я вот патефона не успел застать даже у своих бабушек — у них уже были граммофоны. От прадедов остались патефонные пластинки — маленькие, на 49 каж оборотов. И память о них на самом старом нашем граммофоне — переключатель на 49. Фокстроты 50-х на этой скорости звучали смешно, какой-то долбанутый марш сбрендивших бурундучков. В общем, прикинув возраст бабульки, я содрогнулся. А потом понял, что сам древен, как дерьмо мамонта. В моем детстве фронтовики еще были не старыми, мы декламировали стишки типа "сегодня под мостом поймали Гитлера с хвостом! ", а юным студентом в середине 80-х я попал на встречу с ветераном, обронившим: "В бытность мою на тезоименитстве Государя Императора. .. "Желаю всем несокрушимого здоровья и долголетия!