На тему отзывчивости наших авиапассажиров.
Вез я как то, лет 12 назад, из Москвы в Дублин виолончель, самолетом. Кто в теме, это огромный футляр, высотой почти с человека. Не сказать, что инструмент тяжелый, но в ограниченных пространствах с ним очень неудобно. Были мысли: "Куда меня с ним отправят? Не заставят же хрупкую вещь в багаж сдавать? "
На регистрации (тогда еще электронной регистрации не было) молодая сотрудница авиакомпании вначале пыталась было меня заставить, видимо, даже сама не понимала за что, то ли за дополнительное место, то ли за негабаритный багаж — доплатить. Но тут подошла женщина постарше, цыкнула на нее, сказав, что мест свободных на рейсе очень много, дала мне место там, где мне уж точно будет свободно, у аварийного выхода, там где просторно и удобно. Никаких доплат, разумеется.
Далее, при посадке в автобус, меня девушка с рацией позвала вперед, а пассажиры сами расступились, создали вокруг меня пустое пространство, чтоб никто меня не задел, не толкнул, никак не повредил инструмент.
В самолете я сидел как король, один на всем ряду, там 2 места вместо трех и много пустого пространства, , причем, мне дали какой то ремень, не знаю, то ли учебный, то ли детский, чтоб к креслу футляр удобно прикрепить, а не придерживать рукой весь рейс.
Ну и по прилету, та же картина, меня пропустили вперед, и на выходе из самолета, и на паспортный контроль позвали пройти сами пассажиры, прошел первым.
Очень порадовала отзывчивость пассажиров и стюардесс с того дублинского рейса. До сих пор вспоминаю с теплым чувством этих людей.
| 20 Apr 2018 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
сегодня будет про будни в роддоме. Вот такой неожиданный кульбит.
В 1995 году я рожала в московском роддоме нумер N. Рожала сама. Про боли рассказывать не буду, да и что тут расскажешь? Такой ахтунг межгалактического масштаба обычными словами не передать, а необычными я не умею.
В общем, рожала-рожала, рожала-рожала и нарожала мальчика.
Купидон может выглядеть неожиданно
Ахмед Ибрагим родился в Египте, в 1980 году переехал в Нью-Йорк и начал работать таксистом. Шесть дней в неделю по 12 часов. Однажды к нему в машину села заплаканная девушка, которая только что рассталась со своим парнем. Чтобы утешить ее, таксист пообещал, что найдет для нее мужчину получше и взял
В 1979 году в СТАНКИНе немецкий язык нам преподавала настоящая немка. Знала, наверное, все диалекты. В подгруппе нас было 5 человек, все "по нулям" с её слов. Когда она поняла, что по учебнику нас учить бесполезно, немка стала нас учить разговаривать. Занималась с нами увлечённо, сверхурочно, терзала неимоверно. Мы со временем втянулись в обучение и на занятия ходили с удовольствием. Через год все свободно общались с настоящими немцами на "ихней мове", смотрели немецкие фильмы, понимая всё.
Так получилось, что продолжать учиться мне пришлось в другом городе. На первом же занятии по немецкому языку преподавательница вызывает меня к доске (я первый по алфавиту) и предлагает разобрать (что-то по грамматике) фразу из учебника.
Смотрю в учебник – знакомая ситуация по СТАНКИНу. Говорю по-немецки:
— Немцы так не говорят.
В ступоре уже учительница. Вышла из ступора и мне по- русски (!) ехидно:
— А как, по вашему, говорят немцы?
И я ей выдаю эту фразу из учебника по-берлински, по-баварски и по-швабски. До конца пары она меня не замечала.
На следующем занятии она попросила у меня зачётку, поставила "отлично" за экзамен (на 2-м курсе вместо четвёртого).
— Иди, не порть мне студентов.
Когда после тридцатилетней разлуки я наконец встретился с младшим братом, годом младше меня, то по внешнему виду пришел к некоторым вопросам. Что его любимая рыбалка, ради которой он до сих пор никуда не переехал и мое таскание по женщинам со своей любимой [дол]балкой повлекшее исколесить пол-страны, во внешнем виде не принесли существенных