звездой — молодым и перспективным актёром.

С первых кадров, когда Элизабет Свонн, Джошами Гиббс и Джеймс Норрингтон находят на обломках корабля молодого Уилла Тёрнера, именно его персонаж должен был стать главным для зрителей.

Только вот зрителям то об этом сказать забыли.... Название опять же "Пираты Карибского моря".

Проходят значится в фильме годы...

И вот Тёрнер, простой, честный, бедный кузнец, который ещё не подозревает о своём пиратском папочке, ведёт благопристойный и законопослушный образ жизни. Абсолютно положительный персонаж.. Тоска унылая...

И тут появляются они -злодеи, проклятые пираты, а по сути "живые мертвецы", и похищают его возлюбленную.

Которую Уилл конечно же сразу бросается спасать. С помощником. Классический сюжет старой сказки. Осточертевший своей банальностью и предсказуемостью.

А сам этот помощник Джек должен был быть всего лишь одним из множества второстепенных персонажей.

Ну подумаешь, грязный пират, со странностями, предавший "своих" же.

Он ни хороший, ни плохой. Никакой. Ну очевидно больной на голову..

Но именно чокнутый на всю голову пират Джек Воробей.... Ах простите, конечно же Капитан Джек Воробей! Именно этот персонаж оказался зрителям гораздо интереснее скучно правильного, однообразного "Главного Героя".

И потому он очень быстро задвинул этого самого героя Орландо Блума сначала на второй план, а потом и вообще куда-то там на задний...

Так фильмы серии "Пираты Карибского моря" из истории об Уилле Тёрнере превратились в сказку о приключениях пирата Капитана Джека Воробья.

А бывший "главный герой" оттуда исчез и если и появлялся, то мельком..

своим домом.

И совсем не обязательно, что это место, где ты родился. Если человек родился в дороге, его родина — вагон, самолёт или полустанок? Не смешно.

У меня есть друзья, которые вообще не привязаны к какому-то одному месту. Они родились где-то, потом подолгу нигде не жили, мотались с родителями по гарнизонам и гастролям, сменили по четыре-пять школ. И совершенно не комплексуют по поводу какого-то "отсутствия Родины". Наоборот — они более коммуникабельны, уживчивы, легко адаптируются и, как следствие, нередко оказываются успешнее. Один из них так и говорит: "Для меня Америка — родина. Я нигде так долго не жил".

У меня самого три Родины: бывшая, настоящая и историческая. И все они мне очень дороги.

В бывшей я прожил до 27 лет. Она находилась в государстве, которого, к счастью, уже нет. А государство, которое сегодня управляет моей бывшей Родиной, скатилось к авторитарной диктатуре и стало токсичным для окружающего мира. Но я верю и делаю всё, что от меня зависит, чтобы это когда-нибудь изменилось. Родина она или нет — для меня это вообще не вопрос.

Вторая — моя настоящая Родина. Америка когда-то приняла меня как политического беженца, и за это я благодарен ей до конца жизни. Молодого специалиста здесь переучили, дали возможность получить новые знания, встать на ноги, обеспечили защитой и дали гораздо больше, чем когда-то дала бывшая страна. Здесь я живу уже 36 лет — практически всю свою взрослую жизнь. Здесь родился мой сын, стопроцентный американец, который сейчас служит в Navy.

И если когда-нибудь понадобится защищать СВОЮ страну, я пойду её защищать. Потому что Америка для меня — не просто место жительства. Это моя настоящая Родина.

И, наконец, историческая Родина. Кто скажет, что её не существует? Родовые, культурные и национальные чувства никто не отменял. Германия для казахстанских немцев, Турция для месхетинских турок, Греция для понтийцев — такие связи вполне реальны и совершенно не зависят от гражданства или места проживания.

Не знаю, какие чувства к Индии испытывают цыгане, но речь сейчас не об этом.

Для меня Израиль — это моя боль и моя гордость. Я слежу за израильскими новостями, участвую в митингах, помогаю деньгами. Это тоже часть моей Родины — исторической.

Надеюсь, теперь я объяснил понятно.

Историческая Родина — это родня, кровь, культура и память. Настоящая — это страна, которую ты сам выбрал и в которой построил свою жизнь. А бывшая — это место, где ты жил и которое навсегда осталось частью твоей биографии.

P. S. Возможно, всё это трудно понять человеку, у которого Родина только одна. Но, как говорится, голодный сытого не поймёт.

как у Венечки Ерофеева Москва — Петушки) пошел я гулять с собакой. Собака была грозной — дама 7+ лет, шпиц померанец Черри, не кусачая, но брехливая, как любая уважающая себя дама — любит по[ман]деть по поводу и без повода.

Гуляли мы в маленькой рощице около дома. Вспоминаем др. классика — Михаил Задорнов.

— Смеркалось. Так мог произнести только он

Так вот смеркалось, идем мы по тропинке и вдруг я вижу большого зеленого ёжика. Кг пять живого веса в нем точно было. Не Белочку — Ёжика. Белочка приходит в других условиях — при резкой завязке. А тут у меня было всё прекрасно — книжку прочитал, настроение на позитиве, верная страшная собака рядом, идем курим бамбук, никого не трогаем.

А глаза у ёжика большие большие, выпученные на пол лица.

— Ты кто? Спросил я ёжика?

— Ино-планетянин. Ответил он заикаясь

— А глаза чего такие большие? Ка-каю

И столько страдания было в его глазах, что я вспомнил народную мудрость: Ёж птица гордая — пока не пнёшь, не полетит.

Ёжик летел красиво: нызенько нызенько, практически параллельно земле. По пологой траектории. Жидко обосрался уже в начале полета. И тут я понял что совершил непоправимую ошибку: инопланетное говно ударило мне прямо в желудок, его запах конечно, не само говно. Глаза заслезились, содержимое книжки запросилось наружу. Но, я мужественно терпел. Трава под ежиком, пока он летел, становилась черной. Зрелище было ужасным. Но, не для суровых челябинских парней. К тому же выращенных в суровых российских деревнях.

Когда сосед Федя выходил посцать под наш забор — вот там было Да! Натуральная химическая атака. Центральная канализация у Феди была, по унитазы быстро лопались под напором его мощной струи.

Так вот: ёжик приземлился мягко. Проверещал что то типа:

— Спасибо человек и убежал в кусты

Рядом тихо завозилась Черри. Я посмотрел на неё: глаза были примерно как у Ёжика.

— Что это было? Спросила она, тихо поскуливая?

— Кажется мы спасли инопланетный разум, ответил я

Черри покрутила лапой у виска и мы пошли гулять дальше.

горникам, что делать?

Менты отреагировали привычно: просто закрыли горы. Всех попавшихся туристов пакуют в бобик, увозят в отдел и мурыжат там до потери пульса. Схема отработана годами: туристы косячат, менты перекрывают въезды, потом пыль утихает, и можно снова аккуратно пробираться на тропы.

Месяц я сидел дома, потом душа не выдержала. Думаю: "Если на главном кордоне завернут, уйду в такие дебри, куда они на своих уазиках в жизни не доедут". Некрасиво там, дров нет... Но, на безгорье и пустыня — Альпы.

В субботу, сияя от предвкушения, влез в автобус. Жара — хоть святых выноси. Еле дотянул до точки, но в горах всё-таки дышится мягче, да и речка под боком плещется. Дело к вечеру. Разложился, лёг, вдохнул ночную прохладу... и началось. Полночи ворочался, с боку на бок переваливаясь и выкармливая собой какую-то аномально мелкую мошкару. Что за на...? Двадцать пять лет хожу по этим маршрутам, ни разу здесь комаров не видел! Утром пошёл на разведку и обомлел: буквально в десяти метрах пересохшая колдобина превратилась в мини-пруд. А где стоячая вода — там и питомник для этих кровопийц. Хороший урок на будущее: смотри, где стелешься.

Утром решил выйти к открытому ущелью, позвонить девчонкам, узнать их маршрут и пересечься. Выхожу на пригорок — а там картина маслом! Навстречу топают Лена, Марина и Ира. Надо же, как быстро Вселенная отрабатывает мои скромные желания.

— Привет, девчонки! А что вы здесь делаете?

— А нас Альфия на машине подбросила!

— Красота! Чем больше компания, тем веселее шаг.

Альфия у нас бизнесвумен, обычно водит группы по эстетичным локациям. Но сегодня решила устроить себе разгрузочный день в компании друзей — Санька, Ирады и Васька. Санёк с Альфией всю дорогу обмениваются колкостями:

— Саня, ты так дышишь, будто не рюкзак несёшь, а исполняешь мой прошлый супружеский долг!

— Альфия, ты так смотришь на этот подъём, будто он должен тебе алименты за пять лет.

— Слушай, ты на подъёме так скрипишь, будто мы не в горы идем, а реставрируем старый диван.

— Саня, держи дистанцию, а то твой азарт меня смущает больше, чем крутизна этого склона.

Градусник тем временем зашкаливал. Альфия едва дошла до середины подъёма и жалобно взмолилась:

— Ой, всё, давайте перерыв, кофе попьём, а?

— Да не вопрос, подруга!

Хлебосольная Альфия тут же достала из закромов невероятные татарские пирожки с курицей, тыквой, луком и ещё бог весть какими секретными ингредиентами. Вкус — пальчики оближешь. Пока переваривали, Санёк решил проявить джентльменство и начал делать уставшей Ираде массаж спины. Та от неожиданного счастья издаёт вполне однозначные звуки:

— А-а-а... о-о-ох...

Я не удержался:

— Ребята, если не видеть, чем вы тут занимаетесь...

Ладно, кофе попили, двинули дальше. В хорошей компании и километры тают незаметно. Дошли до источника — чистая лирика! Вековая роща шумит, как-будто разговаривает, стаи бабочек взмывают из-под ног, птичий перезвон стоит такой, что сердце радуется. Шли бы чуть тише — наверняка застали бы на водопое горных козлов, а то и барса на охоте.

Наша трудолюбивая полухохлушка Лена, даже не присев отдохнуть, с ходу умчалась в кусты собирать дикую ягоду.

Разложились, накрыли шикарную поляну, достали водочку. Впрочем, в горах мы пьём культурно — исключительно для тонуса, иначе есть риск остаться здесь жить. А завтра всем на работу, так что бдим. Ирада достала динамик и над ущельем поплыли правильные строки:

Мой возраст — это просто мой пин-код

К дверям, где жизнь на максимум идёт.

Я не старею, я теперь винтаж,

Я дорожаю, умножая стаж...

Ты смотри, талантами русская земля не оскудеет! Кикабидзе 2.0

— Ну, за знакомство!

Как же здорово сидеть на природе с близкими по духу людьми, общаться, шутить, искупаться в ледяной воде, гулять по живописным окрестностям.

Но время летит беспощадно. Пора собираться обратно, хоть душа и бунтует. Я делаю отчаянную попытку бунта:

— Слушайте, а может, на ночь останемся? Еды валом, ночи тёплые, а начальству скажем, что заблудились, попали в сель, э-э-э...

Никого не уговорил. Кто ж в наш капиталистический век станет рисковать рабочим местом? Только такие горные маньяки, как я. Да и то — я просто слишком незаменим на работе, вот и позволяю себе иногда подобные вольности.

Только упаковали рюкзаки, как Альфия выдаёт финт:

— Слушайте, а куда мы вообще спешим? Времени валом, машина есть. Давайте переждем жару и пойдём на закате?

Все мгновенно поддержали идею, кроме Санька, но и его быстро уболтали. Развели костерок, попили чайку, посидели... И тут эти женщины, которые сами не знают, чего хотят, внезапно передумывают:

— Ой, нет, пойдёмте всё-таки домой!

Делать нечего, топаем обратно. На тропе встречаем двух горников. Ира внимательно всматривается в экипировку одного из них:

— О, Макс вот этот рюкзак мы в прошлый раз видели.

Небольшой камбэк. (Никогда не понимал нашу тягу к иностранным словам. У нас такой красивый, прекрасный, великий, могучий русский язык. Это, наверное, наши многовековые комплексы. Всю историю мы были в изоляции, вот и тянет ко всему забугорному. Я сам топлю за чистоту русского языка, но с волками жить — по волчьи выть).

Лена и ко сходили без меня в горы и наткнулись на засидку. В засидке чьи-то вещи, похожие на мои. Они меня покричали, покричали, не нашли. Написали на земле "Привет" и ушли. Мне потом Ира звонит и говорит:

— А мы твою засидку нашли.

—?

— Ну, вон, там, две недели назад.

— Две недели назад я был дома.

— И вещи твои там были.

—? Что-то я в себе сомневаться начал. Может у меня провалы в памяти? Или раздвоение личности?

Ира смеётся:

— Все может быть.

Горник говорит Ире:

— Так это вы написали. А я думаю, что за привет, кто это?

Ира смеётся:

— Ты смотри, как быстро Вселенная выдаёт ответы на загадки!

Дошли до развилки. Направо пойдёшь — трудную дорогу найдёшь: короткая, но нудная, под самым солнцепёком. Налево пойдёшь — длинная, петляющая, лазить много, зато вся в густой тени.

Женская половина группы единогласно выбирает приключения:

— Пойдём налево! Куда спешить? Зато прохладно! А то, что карабкаться надо — так горники мы или где?

А вот Ирада с Альфией на таком маршруте впервые. Адреналина девушки хапнули по-взрослому: пара мест были действительно стрёмные, где лететь вниз пришлось бы долго и печально. Но выбрались. Интересный получился поход.

Как только спустились к первым признакам цивилизации, нас оглушила новость: пока мы прохлаждались, наступил локальный конец света. Выбило электричество по всей области, и когда починят — неизвестно.

Женщины любят паниковать на пустом месте:

— Ой, как теперь жить без света?! Мамочка родная, роди меня обратно!

И вся песня с припевом. Плач Ярославны.

Я же подошёл к вопросу с привычным скепсисом:

— Ага, срочно закупайте спички, соль и переезжайте в глухую деревню. Хорош паниковать! Ну авария, ну с кем не бывает, починят. Как люди в Средневековье жили без розеток?

Въезжаем в город — и правда, тьма, хоть глаз выколи. Приезжаю к себе — света нет уже больше двух часов. Для нашего района это ЧП вселенского масштаба: совсем рядом живёт одна ну очень высокопоставленная персона, поэтому дольше, чем на пятнадцать минут нас обычно не обесточивают. А тут целых два часа! Соседи во дворе ходят в полной прострации. Эх, думается мне в такие моменты, насколько же мы избалованы цивилизацией, какие нежные и капризные стали. А как наши предки жили сто лет назад? А двести?

Впрочем, драмы не случилось. Ночью аварийка всё наладила, и лампочка Ильича снова засияла. Чьи-то головы, я полагаю, полетели с плеч, но цивилизация вернулась.

Интересный выдался поход. Насыщенный.

Всем добра.

ГОСТ.