1942 год, Сталинград. Немцы готовят танковый удар, стремясь отрезать обороняющихся от Волги. Единственный шанс остановить их – разбомбить склады с танковым горючим, найденные разведкой. Следует приказ незамедлительно их уничтожить.

Полковник, командир полка Пе-2, прекрасно понимает, почему этот приказ отдан ему. Он единственный у кого с утра в строю было еще 3 пикировщика.

Но Пешки не вернулись с задания. А приказ нужно выполнять.

Из способных летать аппаратов имелся только связной По-2 – этажерка обтянутая перкалью, грузоподъемностью килограммов в двести. Но чтобы пробить серьезно укрепленную крышу склада, нужна более солидная бомба.

— Вешайте пятисотку, — командует Полковник, — на замки для топливного бака.

— Не взлетит.. Замки не удержат.. — слышатся голоса.

— Это приказ, — жестко обрывает Полковник.

— А кто полетит, — угрюмо интересуется начальник штаба, понимая, что этот летчик уже навряд ли вернется.

— Шлемофон мне и парашют, — обращаясь к адъютанту, говорит Полковник.

— Вам же нельзя, — пытается остановить его адъютант.

— Нет, на х[рен] парашют – лишний вес, тащи 200 грамм водки.

Самолет, тарахтя из последних сил движком, каким-то чудом взлетает и, даже не пытаясь набрать высоту, берет курс на южную часть Сталинграда.

По-2 из-за перегруза и изменившейся развесовки почти неуправляем, его мотает по тангажу и крену, а из-за нехватки скорости постоянно тянет свалиться в штопор. Но Полковник настоящий асс, и ему удается удерживать машину.

Минут через сорок, он почти у цели, дважды в пути попадались Мессеры, но они были выше и не заметили его, или приняли за телегу, ползущую по земле. Двигатель, работая на пределе, начинает дымить, самолет начинает болтать еще сильнее. Внизу зенитчики, они стоят у орудий, но почему-то не стреляют, правда Полковнику не до них, вот овраг, а вот склады, еще немного, он дергает ручку сброса, самолет подкидывает вверх, бомба ушла.

Пошка сразу стала набирать скорость, болтанка исчезла, зенитчики открывают огонь, но поздно. Склады горят.

Начальник штаба Паулюса лично приезжал разбираться, почему зенитчики не открыли огонь вовремя. Но со всех батарей доложили одно и тоже: "Мы думали он уже сбитый, он дымил и буквально кувыркался в воздухе, решили, что он падает... самолеты так не летают".

А наш полковник, вернувшись, получил выговор, потому что был строгий приказ Ставки, запрещающий командирам полков участвовать в боевых вылетах.

Выговор, перед всем строем, Полковнику делал сам командующий

Сталинградским фронтом Маршал Тимошенко. Крепко пожав руку, обняв и трижды по-мужски поцеловав.

Еду в маршрутке. Все так тихо, мирно, спокойно.

Вдруг какой-то мужик очнулся и спрашивает:

— А мы одиннадцатую станцию еще не проехали?

— Только что, — невозмутимо отвечает водитель.

— Блин, козел безмозглый! Я же человеческим языком просил тебя высадить на одиннадцатой!

Матерясь и чертыхаясь мужик вылез из микроавтобуса.

Не прошло и трех минут, как возле водителя опять возник скандал.

Истошный женский голос причитал:

— Куда ты меня везешь?! Где твои уши?! Я тебя четвертый раз прошу, останови на Лесной! Ты уже два квартала проехал!

Обозвав водителя глухой тетерей, женщина вышла из маршрутки.

В наступившей мертвой тишине раздался тихий тревожный голос. Блондинка, из тех, что фигурируют во всех анекдотах, обращалась к своему спутнику:

— Миша, предупреди водителя, что нам — на конечной.

Находился я в 2000 году в служебной командировке в солнечной республике Дагестан, жили мы в гостинице аэропорта Махачкала, ну и заодно эту гостиницу и охраняли. И вот заезжают к нам армейские попы, один комлекцией с 2-х метровый шкаф, бывший капитан спецназа, остальные чуть меньше. Выпало мне охранять этаж где они проживали. Примерно часов в 12 ночи, открывается дверь в коридор, некоторое время ничего не происходит, потом из дверного проема выпадает тело большого попа и падает на стоящую у противоположной стены тумбочку. Тумбочка разлетается вдребезги, поп лежит не шевелясь, затем его за ноги которые остались в комнате затаскивают внутрь. Я немного расслабляюсь. Из комнаты появляется поп поменьше, передвигаясь по стеночке подходит ко мне и, протягивая томик Ветхого завета изрекает: "НЕ ВЕРЬ ГЛАЗАМ СВОИМ!"

Женщины

У меня есть кот. Старый, мудрый котяра, ходит сызмальства на улицу, дома вежлив, интеллигентен.

Жена совсем недавно взяла котенка-кошечку. Уморная симпатяга, глаза голубые, скромняга, взгляд наивный, как и у любой красивой бабы, если она не ваша жена.

Сидим, смотрим телевизор.

Кот у меня на коленях, но телевизор смотрит, как это с некоторыми, особо продвинутыми котами бывает. Жена в соседнем кресле курит. Кошечка, сидя у неё на коленях, ловит лапкой колечки дыма.

Жена курить заканчивает.

Кошечка вопросительно на неё смотрит — мол, что за фигня, я только разыгралась! Но колечек больше нет.

Подождав с минуту, кошечка ничтоже сумняшеся ловит лапкой с когтями жену за нос!

Жена шипит, мы с котом одновременно поворачиваемся на шум.

Кошечка воспринимает шипение жёны вполне адекватно с кошачьей точки зрения — выгибается волосатым знаком вопроса и шипит в ответ.

Жена своим нехилым маникюром, со словами: "а если я тебя? ", шкрябает кошечку по морде.

Кошечка пускает в ход обе лапы.

Визг, шипение, возня.

Кот поднимает голову и смотрит на меня.

Я пожимаю плечами.

Мы с котом одновременно отворачиваемся и спокойно продолжаем смотреть телевизор.

Всех с днём защиты детей! Которые, увы, растут так быстро.)

Когда соседскую Настю впервые оставили у нас, я ещё не знал, что её воспитывает бабушка. С виду она выглядела совсем как обычная девочка.

Оба её родителя были художниками и с единственным чадом особо не заморачивались, дружно подкинув его бабуле. Квартиру свою они сдавали, а