Классификация научных и околонаучных трудов
(практическое руководство для авторов)
Итак, вы написали трактат и хотите опубликовать его. Вопрос: куда отправить? Ответ зависит от того, насколько вы сами понимаете собственный труд и можете ли его обосновать. Предлагаем простую, проверенную временем схему.
Если вы понимаете, что написали, и можете это доказать — ваша работа имеет строгую логику, чёткие выводы и воспроизводимые результаты. Это идеальный материал для математического журнала. Здесь ценят ясность, доказательства и железную аргументацию. Вы — в своей тарелке.
Если вы понимаете, что написали, но не можете это доказать — ваши идеи гениальны, но экспериментальная база хромает, или вы не можете воспроизвести результаты опытов. Не отчаивайтесь! Это классическая ситуация для журнала по физике. Теоретическая красота и смелые гипотезы здесь ценятся не меньше, чем лабораторные подтверждения. Особенно если речь идёт о квантовой механике или космологии.
Если вы не понимаете, что написали, но можете это доказать — ваша работа содержит массу данных, таблиц и цифр, но вы сами не до конца осознаёте их смысл. Добро пожаловать в экономический журнал. Здесь главное — статистическая значимость и правильно построенные модели. Смысл может прийти позже, а может и не прийти — это никого не смущает.
Если вы ничего не понимаете в том, что написали, и не можете это доказать — перед вами классический случай философского трактата. Смело отправляйте его в журнал по философии. Здесь ценятся глубина, многозначность и способность вызывать дискуссии. Доказательства не требуются, понимание приходит к читателю в процессе медитации над текстом. Вы — в лучшей компании.
?
Дополнительные разделы для современных гуманитарных наук
Если вы не понимаете, что написали, но уверены, что это правда, и готовы выкрикивать это в эфире — ваше призвание — журналистика. Здесь важнее не содержание, а подача. Яркий заголовок, сенсационная формулировка, эмоциональный накал и минимальная проверка фактов. Если вы не уверены в цифрах, просто добавьте "по данным экспертов" — и все поверят.
Если вы понимаете, что написали, но не хотите, чтобы это поняли другие, и при этом настаиваете на своей исключительной правоте — перед нами типичный образец политологического трактата. Смело отправляйте его в профильный журнал. Здесь ценятся сложные конструкции, расплывчатые обещания и способность говорить о конкретных вещах так, что никто не догадается, о чём именно идёт речь. Чем меньше смысла — тем больше доверия.
Если вы не понимаете, что написали, но при этом уверены, что это объясняет всё, включая ваши детские травмы — добро пожаловать в психологию. Здесь приветствуются глубокие инсайты, нестандартные интерпретации и смелые обобщения. Доказательства факультативны, главное — чтобы текст звучал терапевтично и вдохновлял читателя на саморефлексию. Чем больше терминов и отсылок к Фрейду, Юнгу, Бёрну или Литваку — тем серьёзнее вас воспримут.
Если вы написали работу, в которой абсолютно всё можно истолковать как угодно, и при этом вы не уверены, существует ли ваш объект исследования вообще — отличный выбор — культурология. Здесь ценятся смысловая многослойность, способность видеть глубокие метафоры в повседневности и неожиданные пересечения. Если ваш текст можно прочитать как трактат о кризисе идентичности, как манифест и как сборник анекдотов одновременно — вы попали в точку. Бонусные баллы за использование слов "текст", "контекст" и "дискурс" через каждые два предложения.
Если вы знаете, что написали ерунду, но готовы продать её как революционную концепцию, которая изменит рынок — ваш путь — маркетинг. Здесь важна не научность, а способность убедить. Главное — мощный заголовок, обещание "прорыва" и несколько модных терминов. Если вы сможете назвать банальную мысль "уникальной клиентоориентированной стратегией" — вас заметят. Особенно если приложить правильно оформленную презентацию и яркие графики без цифр.
Если вы уверены, что знаете, что произошло на самом деле, даже если у вас нет ни одного документа, а все свидетели противоречат друг другу — добро пожаловать в историю. Здесь ценятся смелые интерпретации, умение выстраивать стройные концепции на трёх источниках и бесстрашие перед фактами, которые не вписываются в теорию. Если вас не смущают нестыковки и вы готовы их либо игнорировать, либо объявить "фальсификацией" — вы на верном пути. Особенно если ваша версия объясняет всё лучше, чем та, по которой учили ваших родителей.
Если вы написали работу, в которой каждое слово можно понять по-разному, и вы сами не уверены, что имели в виду — ваш жанр — лингвистика. Здесь ценятся тонкие наблюдения над языком, неожиданные этимологии и смелые сопоставления. Особенно если вы можете доказать, что древние славяне говорили на языке, родственном санскриту, или что все современные языки произошли от одного праязыка, название которого вы придумали сами. Доказательства не обязательны, главное — чтобы ваша теория объясняла всё, включая происхождение мата и диалектов вашей деревни.
?
Впрочем, каждый из этих шагов может стать началом великой карьеры. Главное — знать, куда идти, и не перепутать журналы. Потому что если вы отправите политологический опус в математический журнал, вам его вернут с пометкой "нематематично". А если отправите маркетинговый текст в культурологический — его прочитают как концептуальный арт, и все будут делать вид, что поняли.
?
Примечание: сюжет позаимствован у Димы из Алматы, 2000 год. Текст существенно расширен и дополнен новыми уровнями классификации: добавлены разделы по журналистике, политологии, психологии, культурологии, маркетингу, истории и лингвистике.
| Новые истории от читателей |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
На днях чистокровный немец по имени Абдул совершил теракт в Берлине — на микроавтобусе разогнался и врезался в толпу людей, принимавших участие в гей-параде (*судя по всему — запрещено в РФ).
Оказалось, что Абдул — не какой-то там нелегальный мигрант, а вполне себе гражданин, да еще и рожденный в Германии, правда от натурализованной
Среди множества отклонений фильма "Титаник" от подлинной истории — одно особенно важно.
В кино, когда корабль тонет, пассажиры первого класса пытаются забраться в спасательные шлюпки, число которых ограничено. Только решительность закаленных моряков, которые с оружием в руках отгоняют плутократов, цепляющихся за борта лодок,
Жил-был на свете израильтянский историк Шломо Санд или, даже точнее, Занд, а потом, бац — и написал книжку "Кто и как изобрёл еврейский народ", в которой утверждал, будто бы сионизм, являясь светским движением, бессовестно присвоил древние религиозные тексты и историю, чтобы слепить из этого нацию и обосновать свои претензии на Палестину.
Нет, говорит Шломо, никакой генетической связи между современными евреями и древними жителями Иудеи. Потому что после разрушения Второго Храма большинство еврейского населения не изгнали — они остались жить на своей земле и постепенно перешли в христианство или ислам. А современные еврейские общины в диаспоре возникли не из-за изгнания, а, главным образом, благодаря обращению в иудаизм по месту жительства. И сама идея еврейского народа, как нации, появилась под влиянием европейских националистических движений 19 века. Сионистские историки, по мнению Шломо, потом подклеили это современное понятие к древности — создали ретроспективный нарратив, чтобы оправдать создание государства Израиль.
Честно говоря, за такое непотребство сейчас, в некоторых, странах как бы статью не схлопотать, но сам-то Шломо "в домике", ему можно
Пока моя мама была жива, я периодически возил ее гулять на озеро. Вопрос “на какое? ” в Чикаго не стоит. У нас тут одно Озеро, the Lake, настолько базовая точка отсчета, что даже в полицейских протоколах вместо “труп лежал головой на восток” пишут: “... головой в направлении озера”.
В том месте, куда ведёт кратчайший перпендикуляр от маминого