Произошла эта история давненько... Еще при социализме. Возвращались мы с другом поздним вечером домой с дружеской вечеринки. Дело было как раз в самый разгар борьбы с алкоголизмом. Идем мы значит, веселимся, дурачимся. Эх, молодо зелено. Ну и здесь мусора, как водится, нас под белы рученьки, хвать! А не желаете, молодые люди, немного отдохнуть в вытрезвителе. Мы, конечно, не желали, но кто нас спрашивал? Оформили, суки, на раз-два. Ну делать нечего, прилег я на кроватку и закемарил. Тут кореш мой трясет меня за плечо, мол, хочешь вмазать? Я ему: че, с дуба рухнул, мы же в ВЫТРЕЗВИТЕЛЕ! В трусах! Он мне: не ссы, давай, просись в туалет, там в сливном бачке стоит черпак водки. Половину мне оставишь. Ну, так и сделали. Сперва я сходил, потом он, через некоторое время. Ну а на старые дрожжи, как говорится, бутылка эта ох как подействовала. И давай мы песняка драть во все горло. Оказалось, пока меня оформляли, друган попросился в туалет и спрятал там бутылку, которую нам в дорогу дали друзья. Все равно, говорит, менты бы при обыске отобрали. Сказать, что менты охренели, когда увидели нас в камере в четыре часа утра пьяными, хоть выжми — ничего не сказать. Они просто опе[тух]ели. И потом, когда пришла пора нас выпускать, сам начальник трезвяка долго нас уговаривал рассказать, как можно в этом учреждении нажраться в четыре утра? Обещал даже извещение на работу не высылать. Но мы ему не сказали ничего... А вдруг еще как нибудь придется?
* * *
Обычное утро. Собираю детей в школу. Младший четырехлетний, натягивая свитер Барберри:
— Это мой новый свитер? Редкостное дерьмо! Я в нем в сад не пойду.
Из кухни орет старший, которому тринадцать:
— Я что тебя просил купить? Не эту фигню для блинов! А сироп из агавы для панкейков!
Понимаю, что мои
руки сжимаются в кулаки.
Вспоминаю себя в четыре, в Москве 1979. Пол седьмого утра. Вокруг густая чернильная темнота, которую можно потрогать рукой. Но я не могу, потому что на улице -20 по Цельсию, и на мне неподъёмная каракулевая шуба, которую перешила бабушка для мамы, а когда мама ее протерла окончательно, из нее получилась мини-шуба для меня. Мама везет меня на работу на железных санках. Полозья скрежещут по асфальту. Сжжжжищьььь. Моя голова со стуком ударяется об железную спинку санок, и я, наверное, думаю: [дол]баная жизнь!
На мне хлопковые съехавшие колготы и шерстяные рейтузы, которые колют коленки и письку. Ухо мерзнет, вылезло из-под платка и серой пуховой шапки с помпонами. Я хотела белую, как у соседки Маши, но в Детском мире оставались только серые. На мне валенки и галоши, красные внутри, от этого я не могу шевелить пальцами на ногах. Я думаю, что Машину шапку сделали из красивой белой кошки, которая жила в нашем подвале, а на мою шапку общипали дохлую мышь.
— Мам, а можно так, чтобы все время лето?
— Нельзя!
Вжииищщщщ, опять скрежещут санки и съезжают с бордюра. Я выворачиваю голову и прижимаюсь губами к железной спинке санок. Кожа примерзает, лопается, и во рту остается соленая кровь…
— Мама, ты мне достала с чердака перчатки? – орет старший, — А как я пойду в колледж, если у меня руки мерзнут!?
Градусник в патио показывает +8. "Как, бл[ин], пойдешь? Ногами! Как все" — в бешенстве думаю я, и представляю, как через десять лет, задолбавшийся от своих жизненных фрустраций, он будет рассказывать своему психоаналитику, как мать — садистка покупала ему на завтрак всякое говно, и выгоняла голым на морозы.
Даже думать не хочу, что бы моя бабушка рассказала своему психоаналитику…
А как вы помните детство?
* * *
В 1929 году в США, в результате Великой Депрессии, сотни тысяч людей были уволены с работы и нуждались в помощи. Как грибы после дождя, возникали различные добровольческие организации.
Среди таких организаций была и "Организация помощи нуждающимся" в штате Атланта.
На годовом собрании за 1929 год был утвержден отчет о деятельности организации. Направили письмо губернатору с просьбой о финансировании на будущий год. Получили.
Комитет проделывал огромную работу. Члены комитета организовывали благотворительные концерты, ходили по квартирам, собирали пожертвования на улицах, писали письма богатым людям, выступали по радио, публиковали объявления.
Годовой финансовый отчет организации был составлен идеально. В нем было учтено все – аренда помещений, транспорт, связь, командировки, реклама, зарплаты, премии. Без с@чка и задоринки оформлялись собранные пожертвования.
Только в минфине заметили забавную деталь — графы „расходы на помощь нуждающимся” в отчете не было... Ее как-то пропустили невзначай.
Бухгалтерский баланс организации сходился до цента.
Марьян Беленький
* * *
сидим в сауне с американцеми разговариваем, один спросил про название какого-то магазина, я сказал, он попросил по буквам, я начал спелировать морским телеграфным жаргогом, — альфа, браво, ромео, хоутел... (я на радио перехвате служил и прослушивал сеть НАТО, нас тренировали английский понимать). другой американец, сразу, — дак ты на флоте служил, расскажи что-нибудь смешное. я говорю, — вот в северной атлантике получили задание войти в зону учения НАТО, чтоб пара новых шпионов из Москвы с новой аппаратурой прослушали разговоры на борту их эсминца. натовцы нам сигналят "покиньте район военно-морских учений", а мы под дураков косим, ответили "у нас на борту доктор". они давай давить, самолеты с авианосца заходят и ревом проносятся над мачтами. тут боцман говорит, — ответная атака, называется мунинг. на полубаке строимся и по команде летчику жопы показываем, ты Подосян не участвуешь, у тебя [п]опа волосатая, подумают трусы не снял. тот обиделся, — слюшай, што каваришь, я как все. — ладно, хрен с тобой, оставайся. построились, летчик пошел на нас с носа, боцман скомандывал, мы штаны вниз и жопы выставили, самолет закачался и крылом антену зацепил, верхушка слетела. мы в Москву, те куда то сообщили, самолеты перестали над нами летать. поворачиваюсь к соседу в сауне, — ну теперь ты. он, — а я тот самый летчик, что антену зацепил.
Andrew Polar
* * *
Как-то pебята из одной фирмы застеклили балкон не то что бы новой pyсской, но женщине, сyдя по всемy, не бедной, имеющей 8-и комнатнyю кваpтиpy с соответствyющим интеpьеpом. Hy, там, обстановочка, кpyтой паpкет, железная двеpь, шабла антиквара и аппаратуры, картины и т. д. Чеpез несколько дней после балконных pабот Великовозpастный Сынок (ВС)
вышеyказанной особы появляется в фиpме и, бyквально со слезами на глазах, пpосит помощи. То-ли по пьяни, то-ли еще как, но в отсyтствие мамы несколько стекол во вновь застекленном балконе оказалось pазбито. Стекла навоpоченные, тониpованные или многослойные — не помню. (Сyть в том, что самомy такие не поставить.) Hy как не помочь человекy, да тем более не безвоздмездно. Бpигада (8 человек) выезжает на место и чеpез некотоpое вpемя балкон как новый. Солнце клонится к западy, pабочий день к завеpшению, хозяин доволен и жаждет отблагодаpить спасителей. Работает он в pестоpане и метнyвшись кабанчиком тyда и обpатно выставляет довольным pаботникам ящик *Привета* и 50-литpовый бочонок пива. Посколькy такие бочки не пpедназначены для домашнего ипользования возникает пpоблема откyпоpивания. Пpисyтствyющий тyт же дpyг ВС, довольно известный (и надо сказать yже изpядно закосевший) стилист, осеняется *замечательной* идеей и с кpиком *ЩА ВСЕ БУДЕТ* хватает электродpель и пpонзает бочкy с пивом сей дpелью аки штыком, совеpшенно не pассчитав вытекающих (в бyквальном смысле слова) отсюда последствий.
Последствия хлещyт из бочонка стpyей и загаживают навоpоченый паpкет из дyба XVII века. Паpкет мнгновенно коpобится и вздyвается. ВС меняется в лице и впадает в кататонию. Hастает очеpедь Дpyга ВС со слезами на глазах пpостиь помощи. Бpигада чешет в затылках и сообpажает что здесь можно сделать. (Вpемя — около полyночи.) Отpяжается человек за машиной для циклевки и компpессоpом. Пока человек мотается за агpегатами остальной наpод начинает пеpестилать паpкет. Паpкет постелен, агpегат пpивезен. До бpигады доходит, что даже если начать заниматься с этим тpи часа назад — лак высохнyть не yспеет. К аппаpатам добавляется паяльная лампа. (!) Технологический пpоцесс таков: пеpвый человек циклюет свежепостеленный паpкет, тyт же паpкет покpывается лаком втоpым человеком и тpетим все это дело опеpативно сyшися посpедством паяльной лампы, после чего обмывается. Для тех кто не знает как pаботает компpессоp, скажy что звyк весьма напоминает пyлеметнyю очеpедь. Коpоче говоpя, соседи непpавильно идентифициpовали звyки, pаздавшиеся над их головами в два часа ночи. Можно пpедставить yдивление бpигады, когда они yвидели металлическyю двеpь ВС, влетающyю в коpидоp вместе с четыpьмя кpепкими паpнями в фоpме ОМОHа. (Звyков звонка и стyка в онyю двеpь pебята, сами понимаете yслышать не могли.) Можно пpедставить и состояние ОМОHовцев пpед взоpом котоpых пpедстала пpоцессия с циклевкой, компpессоpом и паяльной лампой. Hемая сцена. ВС, начавший было пpиходить в себя пpактически валится без чyств и начинает беззвyчно pыдать. Чтобы как-то отвлечь ментов им пpедлагается сполоснyть это дело. Менты, находясь в состоянии легкого офигения (*нy вы блин даете*), особо не отпиpаются. Опять же отpяжается человек на поиски тепеpь yже железного yголка (в ЧЕТЫРЕ ночи!!!). А дальше все как по маслy. Добивается паpкет, двеpь ставится на место, пpиезжает еще один наpяд ментов (звyки-то пpодолжаются), тоже остается бyхать. В общем в 11 часов следyющего дня мама таки возвpащается домой и видит пьяных и кpепко спящих: сына, дpyга сына, 8 человек pаботников и 8 человек ментов. Hо зато стекла и двеpь на месте и паpкет блестит пpосто охpенительно!
Пьяные истории ещё..
