В конце XVIII века американец Бенджамин Томпсон, граф Румфорд, был назначен полицейским министром в Баварии.

Британский офицер, разведчик, ученый и изобретатель, он был еще и хорошим управленцем.

1) Он забрал с улиц всех бомжей и создал для них работный дом, нагрузив нужными для государства работами.

2) Экспериментируя, он изобрел самый дешевый и при этом питательный рацион для подопечных бродяг: густой суп из ячменя, гороха, картофеля, уксуса (варьировалось). В последний момент в суп добавлялись кусочки черствого белого хлеба, чтобы поедатели сего чуда усиленно жевали, стимулируя пищеварение.

В будущем рецепт этого супа использовался в голодные годы благотворительностью, а также тюрьмах и в армии как недорогой полезный рацион.

"Наш дорогой учитель" Карл Маркс презрительно нафырчал на суп Румфорда со страниц "Капитала": дескать, шарлатан янки обманывает бедняков всякой пакостью! Важному барину Марксу, которого вкусно кормил не менее важный барин Фридрих Сникер... Энгельс, гораздо приятнее было теоретизировать о проблемах рабочего класса, чем видеть небольшую, но реальную помощь бедолагам.

При этом, однако, великий романтик, поэт Генрих Гейне, будучи гуманистом, а не учОным-теоретиком, сдержанно одобрил суп Румфорда как питание в трудной ситуации)

Однажды, когда я был подростком, мы с отцом стояли в очереди за билетами в цирк. Наконец между нами и окошечком кассы осталась только одна семья. Она произвела на меня большое впечатление. Там было восемь детей не старше 12 лет. Видно было, что семья небогата, но одежда у них была хоть и недорогой, но чистой. Дети вели себя хорошо, стоя парами позади

Итак, представьте, полупустая маршрутка медленно плетётся по улицам города. На остановке заходит довольно симпатичная, на мой взгляд тридцатилетняя женщина. Подробно описывать её не буду, скажу кратко — всё при ней. А следом за ней вскакивает мужчина приблизительно того же возраста с большой и судя по всему тяжелой сумкой. Маршрутка

Угораздило моего мужа в своё время остаться в армии на контракт. Дослужился он до прапорщика. И попал в подчинение к одному майору. Назовём его "К". Тот был человек не великого интеллекта, к тому же алкоголик в завязке, то есть достаточно злобное и местами неадекатное существо. В штабе данной неназванной части все кабинеты входили в один коридор — длинный, окрашенный уставной зелёной краской до половины, белёный в верхней его части. По всей длине коридора проходила труба с холодной водой, проложенная под потолком. Для соблюдения цивильности, военные закрыли енту трубу на протяжении всей её длины фанерным коробом. И в какой-то момент из-под короба потекло. Прямо по белёной стене. Прямо ржавенькими такими потёками. И это накануне окружной проверки! Майор, недолго думая, вызывает моего мужа и говорит: "Прапорщик, разберитесь и устраните! "Прапорщик подставил табуреточку, отогнул краешек фанеры и залез ручкой к вожделенной трубе (визуально подобраться туда было нереально). Там он обнаружил трубу, обмотанную стекловатой, мокрую насквозь от конденсата. То есть потёки ржавчины были вызваны банальным конденсатом, о чём и было доложено вышеозначенному майору "К". Но того не устроило такое объяснение. Он вышел в коридор, подставил табуреточку, и взлез на неё. После того, как он засунул свою ручонку в щель короба, им была произнесена сакраментальная фраза: "П... ец трубе, её трогаешь, она мягкая! "

Студинец седалища, есть такая болезнь, я тоже не знал, пока не посетил терапевта в местном храме здоровья.

Стою в очереди. Разговорился с мужчиной. О чем только не говорили, о медицине, о политике, о машиностроении, о проблемах народа, почти все актуальные темы перебрали. Умный, думаю, мужик, надо телефон у него вызнать и как зовут, обращаюсь:

— Как хоть тебя зовут, милый человек? А то беседуем, беседуем, а не познакомились.

— Владимир Владимирович Путин.

— Тезка, что ль? (наивный)

Собеседник на меня так грозно посмотрел и опять за свое:

— Владимир Владимирович Путин!

Ну, думаю, попал, Путин, блин, что делать теперь? Выручила, как всегда смекалка!

— А я-говорю-Дмитрий Анатольевич! Прошу меня извинить, но у меня сейчас срочные переговоры с Обамой, спешу. Тот башкой замотал, типа, да, да покажи этому Обаме [п]опу. я и показал, быстро спрятавшись в туалете.

Отсидевшись, выхожу, а его уже под руки ведет мед брат. Он меня увидел и кричит:

— Как переговоры прошли!?

— Нормально-говорю-прижали Обаме яйца!

Медбрат на меня так посмотрел, типа, не вернуться ли ему еще, за второй партией сумасшедших, и быстро так пошел. И я пошел к терапевту за интересным диагнозом, как раз очередь подошла.