Сегодня воскресенье, 21 июня, день медицинского работника.

(Медик — это, по Ожегову и Далю, — человек, обучающийся медицине, то есть студент, у них праздник 25 января; а врачи, медсестры и санитарки — это мы, медицинские работники)).

Мои родители — педиатры, папе сейчас 90 лет, вкусно поесть и слегка выпить он очень даже уважает; а маме — 91, связать крючком скатерть, сходить в магазин за капустой и испечь пирожки, строго повоспитывать детей (меня с сестрой...) и радостно позволить внукам-правнукам вить из неё веревки — любимые занятия.

Три короткие истории в знак благодарности и признательности родителям-врачам от сына-педиатра.

Историю про маму рассказала мне, тогда школьнику, ее сослуживица.

Переводят резко отяжелевшую трехлетнюю девочку из "обычного отделения" к маме в инфекционную больницу. Мамочка девочки в истерике — "не пойду ни за что в инфекционку, там дочь ещё чем-нибудь заразят и она тогда точно умрет".

Еле-еле ее убедили перевести ребёнка. Ключевой стала фраза кого-то из мамочек других больных детей — "как приедешь в инфекционку, требуй, чтобы тебя положили к Вере Сергеевне, у неё дети не умирают".

Перевели ее поздно вечером, и она за ночь свела с ума весь дежурный персонал, каждые полчаса требуя "Веру Сергеевну".

С утра маму дежурный врач ещё до оперативки попросил срочно посмотреть еще более отяжелевшую за ночь девочку. Мамочка ребёнка снова взвилась в истерике — врача, срочно, ребёнку совсем плохо, обещали саму Веру Сергеевну, не хотела ведь ехать...

"Ну, я Вера Сергеевна. Сейчас посмотрим и все будет хорошо".

На этом мамочка сломалась и... уснула. Проспала без перерыва несколько часов.

Мама почти не выходила из палаты трое суток.

Я дома перед школой разогревал себе вчерашний (а потом и позавчерашний) борщ или щи, не помню уже, какой-то суп...

Девочку спасли, выжила.

История для папы — да, сегодня же ещё и День Отца!

Как-то раз ещё интерном дежурю я в инфекционной больнице. По Скорой привозят девочку лет 12, "сыпь на лице; диагноз — корь под вопросом". Выхожу в приемный покой. У девчонки — аккуратно очерченный круг мелкой сыпи вокруг рта...

А отец лет пятнадцать назад, придя с работы, рассказывал, что привезли сегодня к нему на консультацию в диагностическое отделение мальчишку. Сыпь непонятной этиологии вокруг рта. С ребёнком мама, врач Скорой, пришёл зав инфекционным отделением, ещё кто-то — консилиум по непонятному диагнозу идёт.

Версии разные, мнения тоже. Время от времени и врачи и мать спрашивают мальчишку, после чего или из-за чего началась сыпь - тот испуганно таращит глаза и мотает головой, мол, не знаю, я тут ни при чем.

Отец не выдержал и говорит ему: "Ты стакан или чашку сосал? " — "Неаааа... маленькуууууююююю баночкууууу.... "

(Всунул губы в банку и стал всасывать воздух в себя. Банка под давлением ко рту присосалась, элегантно так болтается, поверхностные сосуды полопались — вот и "круг сыпи вокруг рта").

(Так я познакомился на практике с "методом конкретных вопросов", была тут у меня история на эту тему).

К сожалению, большого консилиума, то есть зрителей моих ахренительных как-бы-ясновидящих-способностей)) собрать было невозможно и я просто, помянув добрым словом своего папу и его медицинские рассказы, объяснил мамочке, что это за сыпь и отправил ее с дочкой, радостных и счастливых, домой, витаминки есть для крепости сосудов.

Третья, моя, история для моих любимых родителей.

Кандидатскую я защищал очень поздно, с "седыми висками и голубыми глазами" — очередной контракт позволил иметь немного свободного времени и я просто почувствовал, что "если не сейчас - то уже никак").

Диссертация основывалась на моей клинической работе и монографии, написаной лет двадцать пять назад и переизданной пять раз. Плюс восемь патентов и научное открытие.

На защиту я надел самый скромный, почти чистый, галстук... самый потертый пиджак... благоухающие дореволюционным гуталином туфли, вместо лоферов...

Не помогло...

Академики и профессора из диссертационного совета кровожадно оглядывали меня перед вопросами, как каннибалы Джеймса Кука из песни Владимира Высоцкого...

Первый же вопрос председателя диссовета: "Уважаемый, вот тут написано, что Вы ещё и лекции успеваете в университете читать... а скажите, на сколько повысится Ваша зарплата, если Вы, ВСЕ-ТАКИ, сумеете защититься? "

Я откуда-то помнил цифру... ответил.

Председатель плотоядно хмыкнул и, брезгливо прочитав из анкеты моё тогдашнее место работы, таким добрым-добрым, просто задушевным тоном, спросил: "Г. В. , а скажите нам, только честно, глядя в глаза, мы же всё понимаем — а диссертация-то Вам зачем? "

(Знаете, бывают ситуации, когда ты вдруг сначала как бы со стороны слышишь свой собственный голос, и только после этого со страхом осознаешь, что это именно ты сейчас несёшь эту хрень...)

Так и я, вдруг как бы со стороны, слышу свой собственный, пятидесятичетырехлетний, голос: "Я маме с папой обещал... "

Безжалостно и профессионально драли меня академики и член-корры вместо обычных 50-55 минут — два с половиной часа... вместо стандартных 8-10 вопросов — 27...

Ни одного чёрного шара.

И очередную рюмку за всех коллег-врачей, за папу с мамой, я сейчас, в День Медицинского Работника, а не медика, вкусно выпью!

Муж уходит раньше меня и чтобы я не просыпала работу, он заводит мне специальный будильник…Когда наступает время вставать, на колонках включается легкая музыка, а на ее фоне начинает играть запись, на которой муж громко и ужасно поет песни Михаила Круга. Хочешь – не хочешь, а встать придется, чтобы выключить этот кошмар.

В день моего рождения моему деду его жена, моя бабушка, ультимативно сказала — "чтобы больше ни одной капли! во имя детства твоего внука!!!".

Дед на удивление легко согласился, выдул оставшиеся полбутылки беленькой, а затем унес из дома и заначил напоследок некую бутылку, чтобы выпить на моё же восемнадцатилетие, когда "детство закончится".

Моё восемнадцатилетие мы встречали уже без деда — не дожил, хотя позже как-то раз бабушка вспомнила, что какая-то ритуальная заначка имела место, только где и что — не знала.

И вот мне уже под полтинник, на днях я нашёл эту бутылку, с "тем самым" коньяком, разбирая хлам в сарае на даче. Печатными буквами трогательно выведено по этикетке "С 48 днем рождения, внучек!". Совсем немного ошибся дед, одной черточкой, но как чудесно подгадал — через неделю "тот самый" день рождения!

Работаю в компании, которая работает поставщиком "всего чего попросят" на ряд крупных заводов. Один из них отжег. Из формата "У вас должно быть высшее образование".

Значит привезли мы им тележки для размотки ленты ПВХ. Это та, которой скрепляют продукцию типа плитки и т. п.

Неделю мне ноют что тележка, на которой стоит бобина, очень тяжело крутится и работать за ней невозможно. Я уже думал на брак и отправлять обратно, но меня остановила стоимость перевозки.

Суть такова. Три инженера билось над решением проблемы. И меняли силу зажима подшипников и угол нахождения катушки, но все впустую. Все равно не разматывается.

Спустя неделю оказалось, что на тележке есть система торможения для того, чтобы катушка по инерции не скручивалась сверх необходимого. Эти три дебила не додумались до того, что они надели катушку не той стороной. Проблема была обнаружена простым грузчиком.

Блин, три инженера с высшим инженерным образованием.

МВД России подвело итоги конкурса названий для милицейских спецопераций, пишет 27 июня "Московский комсомолец". Среди победивших вариантов — "Богомол" (внедрение сотрудника в бандгруппировку), "Калита" (борьба с мошенниками) и "Дантес" (устранение бандитского главаря с помощью снайпера).

По информации "МК", конкурс был объявлен МВД в интернете 17 июня.

Участникам соответствующей группы в одной из социальных сетей предложили прислать свои варианты названий, с условием, что они будут "обоснованными" и не длинными — не более двух слов.

Всего в конкурсе приняли участие более 600 человек, которые прислали 761 название. На смену "Вихрю" и "Перехвату" предложили, в частности, такие варианты:

Операция "Улыбка" — день вежливости по отношению к населению;

Операция "Смешарики" — захват наркопритона;

Операция "Шпроты" — рейды по притонам нелегальных иммигрантов;

Операция "Уйди, противный! " — разгон гей-парада.