когда прилетал навестить родителей. Почему я не проверил, существует ли это кафе, почему не спросил друзей? Не знаю. Но в результате я стоял на улице и смотрел через стекло витрины на пустое и тёмное помещение, а Ленка непонимающе смотрела на меня. Я пытался судорожно найти выход из создавшейся ситуации, а холодный питерский дождь барабанил по зонту.

— Странно, что они вот так вдруг куда-то слиняли, — не найдя ничего лучше, сказал я. И добавил:

— Пошли к машине. Я знаю, недалеко есть хорошее место.

Это была не совсем правда. По дороге я действительно видел несколько ресторанов, но у меня понятия не было, как там внутри и какое у них меню.

Всю дорогу я, ссылаясь на дождь, ехал очень медленно, стараясь найти подходящее для первого свидания место. А в голове не давала покоя мысль, что это первое свидание станет и последним...

Наконец я нашел место и припарковался.

Выйдя из машины, я открыл зонт и помог Ленке выйти из машины.

Зонт был мужской, черный, большой, с деревянной ручкой, и кажется, еще советский. Под ним свободно, не теснясь размещались два взрослых. Когда Ленка шагнула под зонт, я почувствовал, что произошло чудо.

Выбранный наугад ресторан оказался довольно уютным, с хорошей кухней. Мы хорошо посидели и поговорили, лучше узнали друг друга. Потом было еще одно свидание. А потом — еще и еще, пока я не вернулся назад в Нью Йорк. В дождливые питерские дни зонт неизменно сопровождал нас. Первый поцелуй тоже был под зонтом.

Когда у нас родилась дочь, отец, приехав навестить нас, привез этот зонт с собой, почему-то решив, что в Штатах — проблемы с зонтами. Возвращаясь в Питер, он по какой-то причине оставил его у нас. Так зонт получил американское гражданство.

С тех пор прошло 17 лет. К сожалению, уже десять лет Лены нет с нами... А зонт пережил четыре переезда и занял место с другими зонтами в корзине в прихожей. У меня было много разных зонтов, но все они служили недолго. Даже Smith&sons и Windproof не выдерживали больше одного-двух сезонов. А этот зонт до сих пор в рабочем состоянии.

А вчера дочь взяла этот зонт на свое первое свидание. И у меня такое чувство, что у нее все будет хорошо.

центра. Обидно, [м]ля. Ведь все на взводе и на эмоциях и азарте. После полосы препятствий следующим этапом была борьба с пламенем. Устроители налили каждой команде в тазики какую-то горючую смесь которая чадила и полыхала. По пути нужно было схватить огнетушитель и никакой-то там автомобильный типа на поллитра, а тот ОП-10 который в те времена был распространен. Я его схватил. Стараясь сократить разрыв с соперниками я так припустил с ним по своей дорожке, что практически проскочил свой горящий тазик. И только чей-то душераздирающий крик — огонь туши! Остановил мой поистине полет. Я взрыл ногами землю и тормознул. Соперники были сзади прицеливаясь огнетушителями по своим тазикам. Прицелился и я вывернув ручку и перевернув как положено по инструкции. Я сделал это на доли секунд быстрей оппонентов и главное выбрал правильный ракурс удержания огнетушителя. Угол струи которая била метра на четыре был настолько оптимален что не затушил смесь в тазике, а практически вымел пламя из емкости. Но вы же помните где были мои соперники? Правильно. Лицом к лицу со мною. Под натиском пенной струи и остатков пламени в них летевших их ряды дрогнули. Настолько дрогнули, что мы побежали в разных направлениях. Я к финишу, а они к старту. Брошенный мной на землю использованный огнетушитель по словам очевидцев еще несколько секунд плевался им в спины, а потом испустил дух. Победа была за нами!

Устроители долго спорили присуждать ли нам победу. Типа, стоял не там и прочее. Но мне было уже абсолютно по[хрен]у, ведь я потушил огонь и пришел на финиш первым. Помогло ли мне в дальнейшем знания, что при пожаре главное скорость и действие? Наверное да.

Помню арендовал домишко в одной деревушке чтобы прикинуть подойдет ли место для раковой фермы. Деревенька старая, почти заброшенная, в основном дачники летом. В одну ночь проснулся от какого-то шума и увидел в окне несвойственное зарево. Выскочил из дому, по улице полыхало уже несколько домов. Одна холупка была еще не тронутой, но уже начинала дымиться от нагрева. Там рядом и стоял народ. Первое, что спросил подскочив к ним есть ли в домике кто нибудь. Кто-то крикнул, что он закрытый. Но закрыт он был изнутри. Одного удара ногой хватило чтобы вынести хлипкую дверь. По дому металась какая-то бабка — божий одуванчик. Я не стал расспрашивать, что и как. Просто сгреб ее в охапку и рванул на улицу. Вовремя. Дом вспыхнул как очередная спичка.

Спросить бабку помогла ли мне та учеба было некогда. Нужно было бежать к следующему дому. Он был немного на отшибе и там у него была колонка хоть и советская, но рабочая. Поэтому у дома был шанс.