Во время оно, где-то в середине 90-х, на пространстве бывшего СССР довелось мне довольно-таки плотно снестись с американцами из Корпуса мира. Должен заметить, что ярых империалистов, прекрасно понимающих, кто они такие, для чего предназначены и что им надлежит делать по большому счету, были среди них единицы, но – решающие, на руководящих постах. Небольшое, но заметное меньшинство составляли честные идеалисты, искренне убежденные в правоте своего дела; некоторые из них (но немногие) выдвигались на низшие командные должности. А большинство составляли в общем-то нормальные мужики и бабы, просто возжелавшие за казенный счет повидать свет, иных (не американских) людей, а заодно подзаработать деньжат и, может быть, встряхнуться после каких-то личных неурядиц там, дома.
Так вот, среди таких невинных душою искателей приключений был и здоровенный техасец по имени Тим (изменено мною). Хороший, правильный мужик, из тех, с которыми, по-армейски говоря, и в разведку не страшно. Мне сразу понравилось, что по-английски (который у меня классический литературный британский Средней Англии) он разговаривает со мною без тени подобострастия или менторства, не ахая и не удивляясь, как это – русский говорит на Queen’s English.
Наша с Тимом взаимная симпатия тем более усилилась, когда мы узнали, что оба отбубнили свое по призыву на срочной службе в армии, и оба – сержанты запаса. Только Тим – отставной морпех, а я связист. К слову, об американской воинской дисциплине (по крайней мере, тех времен): Тим после этого, обращаясь ко мне, без каких-либо признаков угодничества и с полным соблюдением собственного достоинства, но придерживался элементарных правил субординации. Потому, что он – просто сержант, а я – старший сержант.
Но это все присказка, а сказка вот в чем: в разговорах о военной службе мы оба выяснили, что советском и американском военном сленге есть (было в тогдашнем?) два совершенно одинаковых по произношению слова. Причем Тим был просто поражен, когда узнал, что слова эти русские, а я поражен не меньше, узнав, что у них там эти слова употребляются точно в том же значении.
Слова эти – "салага" и "чмо". Впрочем, ничего загадочного: Корея, Вьетнам, не считая эпизодов помельче.
Мораль: культура сильнее военщины. Поскольку даже контактный бой и, возможно, пленение не исключают культурного обмена, хотя бы непроизвольного неформального.
| Новые истории от читателей |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Пока моя мама была жива, я периодически возил ее гулять на озеро. Вопрос “на какое? ” в Чикаго не стоит. У нас тут одно Озеро, the Lake, настолько базовая точка отсчета, что даже в полицейских протоколах вместо “труп лежал головой на восток” пишут: “... головой в направлении озера”.
В том месте, куда ведёт кратчайший перпендикуляр от маминого
Классификация научных и околонаучных трудов
(практическое руководство для авторов)
Итак, вы написали трактат и хотите опубликовать его. Вопрос: куда отправить? Ответ зависит от того, насколько вы сами понимаете собственный труд и можете ли его обосновать. Предлагаем простую, проверенную временем схему.
Если
Много лет назад рассказали мне как-то случай, как в небольшой провинциальный город N приехал с визитом большой московский партийный начальник. Зачем приехал, непонятно. Кажется, он родом был из тех мест и решил навестить родной город через много лет, иногда такое случалось с большими московскими партийными начальниками.
Место действия —
Что лучше переставлять стулья на "Титанике" или кровати в борделе?
Отношения Гитлера с генеральским корпусом были пронизаны недоверием и нетерпимостью к любым проявлениям самостоятельного мышления. Он воспринимал многих военачальников как излишне осторожных и принадлежащих к старой аристократической элите, которой не верил до конца. Это предопределило частые кадровые перестановки в верховном командовании, особенно после того, как военная удача отвернулась от Германии.
В 1944–1945 годах смена командующих приобрела лавинообразный характер. Например, только на Западном фронте должность главнокомандующего (OB West) переходила из рук в руки несколько раз за считаные месяцы: июнь 1944 — командующим был Герд фон Рундштедт; июль 1944 — его сместили и назначили Гюнтера фон Клюге; август 1944 — фон Клюге, в свою очередь, уступил место Вальтеру Моделю; сентябрь 1944 — Моделя сменил вновь призванный на службу Герд фон Рундштедт; март 1945 — Рундштедт был окончательно отстранён (его место занял Альберт Кессельринг).
Та же картина наблюдалась на всех остальных фронтах: Гитлер продолжал увольнять и назначать генералов и адмиралов вплоть до самых последних дней войны, но эти перестановки уже не могли изменить обречённого положения Третьего рейха.
Такой вот исторический анекдот, а современная история, тем временем, пишет новый, но, как это часто бывает, по старой схеме