История про голодных немцев на болоте и русскую смекалку напомнила.

Рассказал один фронтовик. К сожалению, уже покойный. Для удобства буду рассказывать за него от первого лица.

Что лучше, профессинальная армия или по призыву? В войну я насмотрелся, как молодые необстрелянные мальчишки гибли в первом же бою. Ходило даже такое поверье, что если после первого боя уцелел, - то дальше уже долго воевать будешь.

Я войну начинал в составе сибирских дивизий. До того, как в конце осени 1941 года нас перебросили под Москву, мы четыре года на советско-китайской границе стояли. Практически ни одна ночь без стрельбы не обходилась. Японская разведка постоянно пакостила: то сено для лошадей подожгут, то часового обстреляют. Так что, за четыре года мы были уже все с боевым опытом. Некоторые ребята даже на звук или вспышку выстрела без промаха стреляли.

Запомнилась первая атака. Подтянулись мы на передовую. Короткий диалог наших командиров с местными обитателями окопов: "Ну, что держим оборону?". "Держим".

— Ну, а сейчас мы пойдем прогуляемся.

Далее команда по цепи: "Штыки примкнуть! " и неуставное "Пошли, ребята!"

Местные командиры за головы схватились: "Куда на пулеметы?!", "Без артподготовки!", "Да вас же всех положат!"

И только несколько минут спустя всем стало ясно. Мороз под пятьдесят градусов. Оружейные затворы не работают — смазку прихватило. Мы в полушубках, свеженькие, с трехлинейками, и злые, как черти. А немец мороженый, измотанный боями, и винтовка не у каждого. А с нестреляющими хоть с "машиненпистоле", хоть с пулеметом бросаться на штыки трехлинеек как-то не особенно сподручно.

Атака быстро переросла в побоище. Прав был Суворов: штык — молодец!

Соседи потом удивлялись: "Откуда этих собак привезли? У них даже потерь-то нет!"

Но потери, конечно, были.

Запомнился еще один бой. Участок фронта около километра. Нас сотни две стрелков с трехлинейками и несколько пулеметов. Все.

Что держаться до последнего — это понятно. Но как нам объяснили, погибнуть смертью храбрых права у нас тоже нет. Потому, что позади нас нет никого.

Почесал репу. В первую очередь выбивают пулеметчиков. Опытные солдаты даже старались подальше от них окапываться.

Пулемет "Максим" хоть и был сравнительно неплохим оружием — бил до двух километров, но для той войны уже устарел. Основными его недостатками были высокий профиль и малая подвижность на поле боя. Пришлось "усовершенствовать": убрал щиток, снял со станка.

Дальше вся технология выглядела так. Несешься с пулеметом по ходу сообщения, выбираешь место, бросаешь его на бруствер, даешь оередь в два десятка патронов, опять пулемет в охапку — и бегом вправо или влево по ходу сообщения. За тобой — второй номер с патронами, скачками. А на то место где ты только что был, уже мина идет. Стреляли немцы довольно точно: метр вправо — метр влево. В начале боя у нас еще и третий номер был, за водяное охлаждение отвечал. Но слегка замешкался парень.

"Максим" — вещь довольно тяжелая. Но в бою не чувствуешь. Не до этого.

Стрелять без станка тоже не просто. Но в умелых руках и бычий хвост — веревка. Да и не на два километра дистанция.

Вот так в русскую рулетку с немцами и играли целый день. Но рубеж все-таки удержали.

Как поступают дворяне, а не дворня — речь Бенкендорфа на следствии по делу декабристов.

Просто совершенно новый угол зрения на эту историческую личность.

На следствии по делу "декабристов" — Александр Христофорович Бенкендорф на первый допрос собрал всех обвиняемых и сказал им следующее:

"Вы утверждаете, что поднялись за свободу

В начале 2020 года переболела ковидом и потеряла обоняние. Раньше оно было острым: я различала ноты ароматов, обожала вдыхать ароматы леса, понимать по запаху, какая будет погода. Болезнь отняла эту часть жизни. От былого осталось процентов 10. Слабо можно было уловить хоть что-то, только поднеся прямо к носу источник запаха при условии, что он сильный. Но вот в марте 23 года начался насморк, не проходивший больше двух месяцев. А когда я все-таки вылечилась, запахи стали возвращаться. Да, это не так, как раньше. Они могут быть не такими, как я привыкла. Вернулось чуть больше половины от прошлого обоняния, но вернулось!

И вот иду я сегодня в осенний солнечный день, а ветер доносит знакомый запах осени: опавшие прелые листья, нагретые еще теплым солнцем. В этот миг я почувствовала счастье. Правду говорят, что оно в мелочах…

Подруга перевелась в новое учебное заведение. Жалуется мне:

— Нас разбили на две группы, одну — немецкий язык, вторую — английский.

Я в немецкий попала! Я же до этого английский учила!

— Просила перевести? — спрашиваю.

— Да, я у куратора просила. И не я одна, многие девочки жаловались.

Обещаю навестить директора учебного заведения, договориться.

Вечером вслух учит немецкий язык. Я на автомате перевожу словосочетания, потом спохватываюсь:

— Ты что сейчас учишь?

— Немецкий.

— Это же английский! Кто тебе сказал, что это немецкий?

— Учитель...

Вот так ненавязчиво преподаватель проверил знание английского у целой группы студентов, которые "до этого изучали английский язык".

Мой одноклассник Сережа всегда был "примерным пионером". Ещё в школе выступал на всяких политинформациях, КВНах и прочем. Все думали, что при такой экстравертальной активности он пойдет в актеры, но нет — подался в 90х в бизнесмены, потом когда бизнес рухнул, пошел в чиновники, и до сих пор мечется где-то между гордым званием чинушки