Недавно с парнем познакомился, ездили в район тачку убитую оттуда до города тянули. По дороге разговорились и он мне одну историю рассказал. (далее от его лица).

— Поехал я как-то в Якутию за длинным рублем. Платили нам и правда хорошо, но работа, мама не горюй. Шахта золотодобывающая стоит в горах, до базы обеспечения по бездорожью 250 км примерно. Я там водителем трудился. Так вот, мы сутки через трое пахали. Едешь, в кабине Краза 2 печки, стекла двойные, а за бортом минус 65. в кузове на всякий случай поэтому всегда несколько бочек солярки болтается, расход ее немеряный, она там повсюду нужна. Жидкость жизни, мля. Огненная вода там стоит немыслимых денег. Кто умеет, гонит брагу, но один хрен не то это. Ну вот и история. Едем мы с базы груженные по самое не могу. Я такой размечтался что-то и вслух говорю: Эх, счас бы всю зарплату отдал за баньку да водочки бутылку!

Напарник проснулся такой сразу и хитро так на меня зырит: чо правда, вот прямо всю зарплату за бутылку?!

Ну я сразу фары врубил ( может он ее с Большой земли как-то затащил): Чо, грю, и помечтать нельзя? А где она у тебя? (А напарник мой кстати в этой командировке уже не новичок был, третий раз туда приезжал, а мой первый раз был). Про баню то я сразу прикинул, что гон это.

Он грит, пусти меня за руль, щас заедем. Сел за руль, поехал. А мне интересно так стало, я точно знаю, что никаких поселений людских, кроме шахты и базы нашей ближайшие 800 км вокруг нету. А напарник знай рулит да ухмыляется. Километров 100 мы от базы отьехали, и он с колеи наезженной направо свернул. А ночь на дворе, Бескрайний Север, -65 за бортом. Я уж начал вспоминать, не насадил ли я напарнику криво, что он меня убивать в тундре будет. Вроде ровно все было. Однако километров через 15 я увидел приближающийся огонек.

Приехали. Мужик в тулупе выбежал, ворота открыл, заехали. Выбежали из машины и в дом. Зашли я оху.. удивился. Сильно. В принципе обычный домик с евроремонтом. Только география б%я, необычная нихрена. Компьютер, плазменный телик, все дела. Холодильник 3-хкамерный. Там дары крайнего севера и консервы буржуазные. Короче, отдохнули мы у него, 2 бочки соляры за 5 литров самогона отдали, попарились славно. Уезжали утром. При утреннем свете я у него в утепленном гараже ( мы туда ему бочки помогали закатывать) увидел 100-й лендкрузер, снегоход и катер с двумя двигателями. Он короче оказывается, дары природы заготавливает, пока короткое северное лето идет, пушнины добывает. Рыба редкая. Монополия у него. А все это ему с рук сходит потому что начальство не из последних любит к нему отдыхать прилетать на голубом вертолете. А во-вторых, он чукча. Реально чукча. Малая народность, им все можно. Только жена у него с двумя высшими ему помогает, да дочка в Хабаровске в каком-то вузе престижном на экономиста учится. Я его спросил, а вы в город не хотите перебраться, денег у вас много же. Он на меня так удивленно посмотрел и спросил: А нахрена?

Я окинул взглядом его хозяйство и понял кто из нас реально чукча...

1942 год, Сталинград. Немцы готовят танковый удар, стремясь отрезать обороняющихся от Волги. Единственный шанс остановить их – разбомбить склады с танковым горючим, найденные разведкой. Следует приказ незамедлительно их уничтожить.

Полковник, командир полка Пе-2, прекрасно понимает, почему этот приказ отдан ему. Он единственный

Если вы ненавидите свою работу...

1. По дороге домой остановитесь рядом с аптекой и зайдите в отдел, где торгуют термометрами;

2. Купите ректальный (aн@льный) термометр "Джонсон и Джонсон". Только не ошибитесь, Вам нужен термометр именно этой марки;

3. Когда приедете домой, заприте двери, задвиньте шторы и отключите телефон, чтобы ничто не потревожило Вас во время сеанса терапии;

4. Оденьте самую удобную одежду, например спортивный костюм, и ложитесь на кровать;

5. Откройте упаковку и достаньте термометр. Аккуратно положите его на прикроватную тумбочку так, чтобы он не разбился;

6. Достаньте инструкцию, которая прилагается к термометру, и прочтите ее. Обратите внимание на предложение, напечатанное мелким шрифтом:

"Каждый ректальный (aн@льный) термометр, изготовленный Джонсон и

Джонсон, проверен индивидуально"

7. Теперь закройте глаза и тихо повторите пятьдесят раз: "Я так рад, что не работаю в отделе контроля качества компании Джонсон и Джонсон"!"

В начале девяностых в разгар безденежья, преступности и беззакония ребята из Академии Наук каким-то чудом умудрились найти средства и устроить конференцию в подмосковном пансионате, на которую съехалась вся бывшая советская научная тусовка по теме моей диссертации. Приняли и мою работу. В день перед началом все уже заселились и старые знакомые, будучи рады встрече, квасили по номерам, а я, тогда еще никого особо не знавший, сидел в холле на этаже и смотрел телевизор (в номерах их не было). Кроме меня в холле сидела только выдающаяся спектроскопистка из питерского института Иоффе, дама очень заслуженная, рафинированная и обладавшая нестандартными суждениями. По телевизору демонстрировали входящего тогда в моду либерал-демократа, на заседании парламента громившего своих политических оппонентов. “Дураки, подонки, мерзавцы! ” — неслось с экрана. Дама подняла голову и вдруг сказала: ”Знаете, раньше, когда они называли друг друга “дорогими товарищами Пельше”, ” — последние слова она произнесла с характерным причмокиванием лидера времен застоя, — “в обращении было, конечно, меньше искренности, но мессидж был позитивней. ”

Прошло уже много лет, но всякий раз, когда в Интернетах я вижу напоминания типа “Пожалуйста, общайтесь цивилизованно, не выплескивайте негатив”, я вспоминаю эту даму.

Проезжая 13 марта вдоль длинного каскада прудов, заметил я, что лёд на них изрядно потончал, стал темен, но по-прежнему покрывает воду сплошной коркой. Меж тем, уже неделю стоит теплая погода, днем до +12, вокруг давно снег растаял.

Более смекалистый человек на моем месте тут же бы сообразил, что рыба в прудах очнулась от зимней спячки,