Купили 3 лицензионных продукта от одного очень крупного регионально дилера 1С, ну не хотят они вместе работать, все ручные способы перепробовали, и решили обратиться к чудо поддержке пользователй:

Звоним нашим продовцам:

10.02 9:20 очень сильно задумались, мол Вы все сделали правильно, обещали разобраться и презвонить.

Одно время я работал в районной поликлинике и там подружился с невропатологом. Как-то зашел к нему в кабине во время приёма и стал свидетелем такой сцены.

Сидит пациентка, сильно в годах – лет 70-ти – с жалобами на боли неясного генеза. Врач проводит анамнез (опрос пациента, включающий автобиографические детали). Выясняется, что у пациентки 11 детей и она пять раз была замужем. Доктор любопытствует:

— Что так часто меняли мужей, не сходились характерами?

Бабуля:

— Да не в характерах дело, мужики попадались слабоватые — сами сбегали.

— Да, видать, любили вы это дело, мать?

Бабушка непонимающе смотрит на доктора, потом кладет свою ладонь со скрюченными от подагры пальцами на его руку и, заглядывая в глаза, воркует:

— А я и сейчас люблю, сынок.

Весна. В смысле, снег уже сутки с неба дует. Из окна красиво, на наших стройплощадках опять снегоборьба, за шиворотом -снегозадержание, а на дорогах -не пойми, что, вообще.

И глядя на такое дело...

Лет почти тридцать назад тоже была весна, тоже снег, на дорогах -вообще не пойми, как, и мы на Волге ГАЗ-2410, по научно-внедренческому делу из одного конца области в другой. Едем.

Спереди — я с водителем, а сзади -пожилой профессор, разработавший технологию. Едем, обсуждаем конструкцию, результаты наладки и прочее. На очередном повороте машину заносит, крутит раз семь, проносит между двух встречных большегрузов, и аккуратно опускает в кювет. Передом, как будто сами съехали.

Посмотрел на водителя, вроде цел, только бледный, молчаливый, от баранки никак отцепиться не может, хотя по нему изо всех сил видно, что в туалет хочет страшно. Мне и самому не помешало бы. Оглядываюсь назад. А там вместо седовласой головы — ноги. Носки на ногах, главное, синие, а ботинки — коричневые.

— Семеныч, — ору, тут не до политеса, — ты там живой?! — а сам пытаюсь из машины выйти, чтоб помочь. В голове уже Скорая, шины, гипс, зеленка с йодом.

— Знаете, дорогой мой, вы были правы, коллоидную мельницу можно из процесса исключить, — откуда-то из-под сидений.

И левая нога почесала правую.

Было мне тогда лет 12. Был я не самым сильным и здоровым ребенком, да и сейчас, впрочем, не Шварценеггер. Рядом с домом, где я жил с матерью, вовсю велось строительство. Дом новый строили. И вот мать как-то просит меня сходить на стройку и наколупать там немного цемента — щель какую-то в стене заделать надо было.

Я взял ведро. Здоровое, 12-ти — литровое. Нужна была всего горсть цемента, но я взял ведро зачем-то.

В общем, прихожу на стройку средь бела дня, стою, смотрю по сторонам, раздумывая где цемент-то взять. Вдруг подходит ко мне дядька — строитель. Че, мол, стоишь тут, с ведром?

Ну я, кротко так, да вот мама попросила немного цемента набрать. Сам думаю — обматерит и прогонит. А он берет у меня ведро, и повел к здоровенному баку.

Открывает затвор внизу бака и оттуда насыпает полное ведро цемента, с горкой. Потом смотрит на меня, на ведро и так озабоченно спрашивает: "Допрёшь?".

Потом растекается в улыбке, хлопает меня по плечу и, уже уверенно: "Допрёшь. с[тыр]ил — значит допрёшь".

Допёр!!!