|
Будущая императрица Японии три года прожила на Кутузовском и ходила в обычный советский детский сад
Мало кто знает, но часть детства Масако Овада, нынешней императрицы Японии, прошла в Москве. В 1965 году её отца назначили первым секретарём посольства Японии в СССР, и семья переехала в дом на Кутузовском проспекте.
Масако тогда не было и двух лет. В Москве она ходила в детский сад № 1127, играла с местными детьми, каталась на коньках и впервые встала на лыжи.
Поначалу девочке было непросто из-за незнакомого языка и строгих порядков, но вскоре она освоилась, нашла друзей и начала свободно говорить по-русски. По некоторым данным, в садике её даже называли Машей.
При этом дома семья продолжала разговаривать исключительно на японском — так будущая императрица ещё в раннем детстве стала билингвом.
Москва заняла всего несколько лет в биографии Масако, но семья впоследствии вспоминала этот период с особой теплотой.
|
* * *
НАДО БЫ ЧЕГО-НИБУДЬ ПОПРОЩЕ...
Когда Эльдар Рязанов пригласил Микаэла Таривердиева писать музыку к "Иронии судьбы", он поставил задачу: нужно шесть-семь песен, которые все сразу запомнят. Таривердиев сел за рояль и за короткое время принёс целых двенадцать.
Рязанов отобрал из них восемь.
Но когда чиновники Гостелерадио услышали, что в новогодней комедии будут звучать романсы на стихи Цветаевой, Ахмадулиной, Пастернака и Евтушенко, они возмутились:
— Да вы что, развели тут консерваторию!
Им хотелось чего-то простого, "для застолья". Но Рязанов стоял насмерть:
— Мне нужна не просто комедия, а лирическая история.
В итоге, песни оставили, и они стали культовыми. А фразу "развели тут консерваторию" в киношных кругах до сих пор вспоминают, когда кто-то делает слишком "сложно" для массового зрителя.
* * *
Есть ли у вас план, мистер Холл?
Теодор Альвин Холл родился в 1925 году в Нью-Йорке. Он был вундеркинд — в шестнадцать лет поступил в Гарвард, В восемнадцать лет его уже привлекли к Манхэттенскому проекту и направили в Лос-Аламос. Там он работал над имплозионной конструкцией плутониевой бомбы.
Кроме теоретической физики у Холла была еще
одна страсть – коммунизм. Оказавшись внутри американского атомного проекта, он решил, что для Америки слишком жирно только ей одной иметь атомную монополию и начал передавать секреты СССР. Теперь получалось, что США проектируют бомбу не только для себя, но и для Москвы также.
В 1942 году в СССР произошёл глобальный системный сбой в криптографической службе. Из-за огромного роста объёма радиограмм и военных трудностей изготовили примерно 35 000 дублированных страниц одноразовых ключей. То есть разные корреспонденты могли получить одинаковые страницы ключа, хотя, по правилам, каждая страница должна была использоваться только один раз.
В 1943 году это обнаружил американский криптоаналитик Ричард Хэллок. В 1946 году в США научились читать советские разведсообщения. К 1951 году ФБР, на основании этих дешифровок и последующих расследований, идентифицировало 108 человек, связанных со шпионажем в пользу СССР.
Через пять лет в расширенном "шпионском списке" фигурировало уже 206 лиц и список постоянно расширялся, но Теодора Альвина Холла в нем не было, хотя ФБР начало подозревать его еще в 1950 году. В 1951 году его допросили. Он всё отрицал. Следствие не смогло собрать достаточных доказательств его вины и Теодор Холл продолжил свою научную деятельность.
В 1962 году он переехал из США в Великобританию в город Кембридж. Стал подданным британской короны и знаменитым ученым с мировым именем. Газета "The Guardian" назвала его "великой исторической фигурой биологического микроанализа".
В 1997 году, за два года до смерти, Теодор Альвин Холл публично признался в шпионаже в пользу СССР заявив, что предотвращение американской ядерной монополии было правильным.
Действительно, у мистера Холла был гениальный план по сохранению мирового баланса сил и, что особенно огорчает американскую контрразведку, этот план сработал безупречно.
* * *
22 августа 1920 года в американском городе Уокиган в семье шведских иммигрантов родился сын — будущий знаменитый писатель-фантаст Рэй Бредбери.
Всемирную славу ему принесли сборник рассказов "Марсианские хроники" и роман "451 градусов по Фаренгейту", проданные по всему миру в количестве десятков миллионов экземпляров: долгое время Брэдбери считался самым продаваемым писателем-фантастом. Список его наград не поддается перечислению. Среди них Национальная медаль искусств, премия Мирового общества фантастов и звезда на голливудской Аллее Славы.
"Верн был моим отцом. Герберт Уэллс — мудрым дядюшкой. Эдгар По — приходился мне двоюродным братом, он как летучая мышь — вечно обитал у нас на тёмном чердаке. Ещё добавлю, что моей матерью, по всей вероятности, была Мэри Шелли, создательница "Франкенштейна". Ну кем я ещё мог стать, как не писателем-фантастом при такой семейке", — заявлял Брэдбери. Цитата из книги Бредрери:
"…когда они спросят нас, что мы делаем, мы ответим: мы вспоминаем. Да, мы память человечества, и поэтому мы в конце концов непременно победим".
* * *
В 1991 году Кевин Костнер был не только звездой фильма *Телохранитель*, но и его продюсером. Он был убежден, что роль Рэйчел Маррон должна достаться Уитни Хьюстон, хотя у той никогда не было актерского опыта. Warner Bros. хотела опытных актрис вроде Джулии Робертс или Мадонны, но Костнер отказался и отложил съемки на целый год, чтобы дождаться, пока Уитни
завершит свое музыкальное турне. Уитни была в ужасе от мысли перейти в кино. Почуяв ее неуверенность, Костнер дал ей личное обещание: он будет ее направлять, заботиться о ней и позаботится, чтобы она не опозорилась. Взамен он попросил ее не брать уроки актерского мастерства и просто быть собой. Он так хорошо сдержал слово, что даже лично монтировал фильм, чтобы лучшие кадры подчеркивали красоту и талант Уитни. Одним из величайших вкладов Костнера в поп-культуру была его собственная идея: он настоял, чтобы песня начиналась а капелла, без музыки. Музыкальный продюсер Клайв Дэвис и лейбл были категорически против, считая, что радиостанции никогда не проиграют трек, который начинается таким образом. Костнер стоял на своем, потому что знал: неприкрашенный голос Уитни разобьет сердца зрителей. И он оказался прав. Хотя их экранная химия была неоспорима, в реальной жизни они никогда не были парой. Однако они развили защитную связь, которая длилась годами. После успеха фильма их жизни разошлись по разным путям, но они поддерживали контакт. Спустя годы Костнер признался, что часто писал Уитни личные письма, чтобы напоминать ей о ее ценности и пытаться поддержать в самые темные моменты и борьбу с зависимостью, хотя он никогда не знал наверняка, читала ли она их. После трагической смерти певицы в 2012 году семья Уитни — в частности, ее кузина Дайонн Уорвик — попросила Костнера выступить на похоронах. Сначала он сопротивлялся, чувствуя себя недостойным, но в итоге согласился. Он произнес историческую речь почти на 20 минут, в которой обрисовал легенду как человека, открыв миру глубокие неуверенности Уитни, и произнес фразу, которая вошла в историю:
"Ты была так хороша, как только могла. Ты была не просто достаточно хороша; ты была уникальной".
Спустя десятилетия Костнер все еще вспоминает Уитни с огромной преданностью. В недавних интервью актер с ностальгией оглянулся назад, признав, что то, что он чувствовал к ней, было формой чистой, настоящей любви: "Она была моей великой любовью на мгновение", — признался он, закрепив одну из самых искренних и уважительных связей в истории Голливуда.
Из жизни знаменитостей VIP ещё..
