Несколько лет я проработал судебным переводчиком (русский? иврит).

Утро. Обычный зал суда в небольшом израильском городе. Девушка слегка за 30 подаёт иск на клинику пластической хирургии.

Судья (мужик лет 50+, видавший виды):

— Чем вы недовольны?

Девушка, не говоря ни слова, встаёт, стягивает майку через голову и демонстрирует всей судебной аудитории свою новую, но явно недовольную грудь.

В зале повисла звенящая тишина. Судья смотрел так сосредоточенно, будто от этого зависела его пенсия. Если бы не мантия и не присяга, он бы уже записывал ей номер телефона.

— Госпожа… оденьтесь, пожалуйста, — выдавил он наконец.

Девушка не спеша натянула майку обратно. Судья поворачивается к представителю клиники:

— Почему вы не сделали ей пятый размер, как она просила?

В этот момент девушка снова встаёт и снова снимает майку, теперь уже повернувшись лицом к представителю клиники. Полный повтор стриптиза.

Судья (уже почти умоляюще):

— Госпожа, ещё одно движение — и я вас выгоню из зала!

Она садится. Судья пытается продолжить, но как только представитель клиники открывает рот, рука девушки снова тянется к майке.

Судья орёт:

— Нет! Господин переводчик, я понимаю, что это не входит в ваши обязанности, но придержите её руками следующие пять минут!

Представитель клиники мямлил что-то про "неправильное понимание". Адвокат клиники молчал.

В итоге судья вынес решение в пользу девушки. Видимо, чтобы больше не рисковать.

Недавно повстречал старого знакомого, которого знал еще по его работе в советской газете.

Заметил, что матерый журналюга, как и раньше, пользуется блокнотом с пружинкой.

– Понимаю, что ты так и не смирился с компьютером, но откуда эта любовь именно к таким книжицам?

Он ухмыльнулся:

– Это у безопасно: написал что-нибудь про власть, передумал, оторвал быстро листочек, скомкал и... проглотил. Все, никаких следов! Тогда это было актуально.

Потом он добавил:

– Да и сегодня тоже.