Профессорствую в одном престижном, но нашем университете. Вчера одна дама, доцент, возмущается: студенты, такие-сякие, понимаешь, сперли у нее тесты.
А я сижу, вспоминаю свои студенческие годы и думаю: сама ты такая-сякая, прятать нужно было лучше, а не ушами хлопать. А студенты обыкновенные. Мы сами такими были.
Сперли мы, однако, на 4-м курсе билеты по научному коммунизму у Бабурина (ау всем, кому что-то говорит эта фамилия). И заготовили "бомбы".
И вот захожу я в аудиторию, громким голосом говорю "Билет номер семнадцать". Подхожу к парте, а там "бомба" с ответом на билет № 17 уже лежит. А диспетчером, раскладывающим "бомбы", был пользующийся непререкаемым авторитетом у лектора, ленинский стипендиат, член КПСС Толик, в дальнейшем Анатолий Батькович, декан и прочее.
И был у нас Валек, парниша ну, очень умный, в последующем тоже аспирант и кандидат наук.
И ему "бомба" не понравилась. Знаток научного коммунизма Валек посчитал, что она плохо написана. И стал переписывать. И поймал его на этом Бабурин. И стал его отчитывать: "Вся группа честно сдает экзамен, лишь вы один, негодяй и разгильдяй, списываете! "
Все, сидящие в аудитории тихо сползали под парты, давясь от смеха.
| 02 Dec 2013 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Κaждый дeнь oнa пpинocилa или пpивoзилa нa caнoчкaх 40 вeдep нeвcкoй вoды для зaпoлнeния бacceйнa бeгeмoтицы, пoилa eё, гpeлa и oбязaтeльнo oбмывaлa тёплoй вoдoй, cмaзывaлa кoжу кaмфopным мacлoм. Βeдь oт пepecыхaния кoжa бeгeмoтa тpecкaeтcя и пoкpывaeтcя "кpoвaвым пóтoм"!
Κpacaвицa пoлучaлa 4–6 килoгpaммoв oвoщнoй и тpaвнoй cмecи и eщe 30 килo pacпapeнных oпилoк для зaпoлнeния жeлудкa в дeнь. А eщe живoтнoe oчeнь бoялacь oбcтpeлoв, и вo вpeмя нaлётoв Εвдoкия Ивaнoвнa oбнимaлa Κpacaвицу, лoжacь вмecтe c нeй нa днo бacceйнa…
Κoгдa Εвдoкия oбeccилeлa, пo лeнингpaдcкoму paдиo кинули клич: пoгибaeт удивитeльнoe и peдкoe живoтнoe! Тoгдa лeнингpaдцы c Πeтpoгpaдcкoй cтopoны дecяткaми cтaли кaждый дeнь пpихoдить и пpинocить для Κpacaвицы вoду. Блaгoдapя пoдвигу Εвдoкии Ивaнoвны и пoмoщи пpocтых людeй Κ pacaвицa дoжилa в зoocaдe дo 1951 гoдa.
Я знаю много красивых людей. И нет, красивыми их делает не аристократичная родинка над губой, или шикарные длинные ресницы. Красивыми их делают их эмоции. Искренняя улыбка счастья, дорожки слез радости, полное внимания задумчивое лицо на уроке. И когда я вижу их, хочется плакать. То ли от того, что я не могу запечатлеть глазами эти моменты, а фотоаппарат не передаст полной картины, то ли от того, что не могу поделиться этой красотой со всем миром, то ли от того, что мне не верят, когда я говорю во всеуслышанье человеку о его красоте, то ли от того, что не вижу в своём отражении этой красоты. Наверное, поэтому я так хочу рисовать. Ведь только в моём мозгу остаётся этот образ, этот момент. И одна надежда — на память и мастерство художника, когда он создаёт прекрасное. Я так хочу рисовать. Хочу делиться той самой красотой.
Когда я служил в армии, тут в Германии, у нас был один забавный случай. В комнатке у нас мы "жили" вчетвером. Две двухярусные, железные, довольно узкие кровати. Одна из них сразу слева от входной двери, где-то в полуметре. На верхнем ярусе всегда спал один парнишка, никогда не выделялся, был спокойный такой. Ну и решил один чувак из роты как-то раз пошутить над ним.
Дело было вечером. Парнишка тот после отбоя завалился к себе на верний ярус и спит спокойно. Далее всё как по нотам, как спланировали.
Раздаётся стук в дверь. Один из нас подходит к двери, открывает, получает удар в ногой в живот и отлетает чуть ли не на два метра назад. Пашнишка на верхнем ярусе открывает глаза и видит, что в дверях стоит чел в русском камуфляже спецназа, с маской на голове, в руках калаш с глушаком. Два сухих щелчка и мы с сослуживцем падаем со стульев. А вот дальше всё пошло не по плану. Вместо того, чтобы сжаться от страха, тот парнишка хватается одной рукой и ногами за раму кровати, а другой резко отталкивается от стены опрокидывая кровать на "спецназовца". Итог — неделя госпиталя и три треснувших ребра. Больше мы над ним не шутили...
Ходили мы с другом когда-то из школы на стадион побегать, на турнике повыделываться. А путь лежал мимо пивнушки. В 80-е цены были доступными и ассортимент по инициативе работников был как в аптеке — на все стадии и последствия болезни: от рассола до водочки. Народ начал прибывать как всегда, но маленький фрагмент нарушил обыденность.
Откуда-то появляется необычная троица, вернее сказать, их было 2.5. Двое несли третьего, у которого ноги подтягивались, но толкать отказывались, голова болталась как у тряпичной куклы.
Притащились, набрали пива, соленых баранок и поллитра. "Уставший" был прислонен к стене и началась процедура исцеления: Сам не мог и друзья вливали пиво в ротовое отверстие, не слишком заботясь о попадании.
От чего клиент храпел, кашлял и фонтанировал попавшей не в то горло жидкостью не хуже кита при выдохе.
Ну мы пошли дальше и, попрыгав, побегав, возвращаемся той же дорогой. Ситуация у павильона кардинально изменилась как под Сталинградом: Наш подопечный стоит бодренький и травит анекдоты еле живому одному своему спасителю, второй сидит на парапете и мычит.
Вот так! А ведь они его реанимировали и теперь он их должен нести.