Обычное утро. Собираю детей в школу. Младший четырехлетний, натягивая свитер Барберри:

— Это мой новый свитер? Редкостное дерьмо! Я в нем в сад не пойду.

Из кухни орет старший, которому тринадцать:

— Я что тебя просил купить? Не эту фигню для блинов! А сироп из агавы для панкейков!

Понимаю, что мои руки сжимаются в кулаки.

Вспоминаю себя в четыре, в Москве 1979. Пол седьмого утра. Вокруг густая чернильная темнота, которую можно потрогать рукой. Но я не могу, потому что на улице -20 по Цельсию, и на мне неподъёмная каракулевая шуба, которую перешила бабушка для мамы, а когда мама ее протерла окончательно, из нее получилась мини-шуба для меня. Мама везет меня на работу на железных санках. Полозья скрежещут по асфальту. Сжжжжищьььь. Моя голова со стуком ударяется об железную спинку санок, и я, наверное, думаю: [дол]баная жизнь!

На мне хлопковые съехавшие колготы и шерстяные рейтузы, которые колют коленки и письку. Ухо мерзнет, вылезло из-под платка и серой пуховой шапки с помпонами. Я хотела белую, как у соседки Маши, но в Детском мире оставались только серые. На мне валенки и галоши, красные внутри, от этого я не могу шевелить пальцами на ногах. Я думаю, что Машину шапку сделали из красивой белой кошки, которая жила в нашем подвале, а на мою шапку общипали дохлую мышь.

— Мам, а можно так, чтобы все время лето?

— Нельзя!

Вжииищщщщ, опять скрежещут санки и съезжают с бордюра. Я выворачиваю голову и прижимаюсь губами к железной спинке санок. Кожа примерзает, лопается, и во рту остается соленая кровь…

— Мама, ты мне достала с чердака перчатки? – орет старший, — А как я пойду в колледж, если у меня руки мерзнут!?

Градусник в патио показывает +8. "Как, бл[ин], пойдешь? Ногами! Как все" — в бешенстве думаю я, и представляю, как через десять лет, задолбавшийся от своих жизненных фрустраций, он будет рассказывать своему психоаналитику, как мать — садистка покупала ему на завтрак всякое говно, и выгоняла голым на морозы.

Даже думать не хочу, что бы моя бабушка рассказала своему психоаналитику…

А как вы помните детство?

Я руковожу небольшой аудиторской фирмой на юге России.

Сами понимаете специфика деятельности такова, что смешного встречается много, поэтому народ уже привыкший к приколам клиентов и всегда рад сам пошутить.

Например такая история:

Оставляю сотрудников задержаться после рабочего дня закончить срочный заказ по проверке документов. Сотрудников 2 — юноша и девушка. В качестве компенсации непредвиденных напрягов оставляю им деньги на такси до дома, так как задержутся возможно допоздна. На что девушка совершенно серьезно мне говорит: "Ты бы лучше оставил денег на девочек". Я в небольшом недоумении спрашиваю "Каких девочек?".

На что получаю совершенно уникальный ответ: "Обычных — по вызову, Сереге (это юноша) для обычного использования, а я своих посажу набирать на компе, чтобы быстрее работа шла".

Фирма начала работать только через полчаса.

Занавес.

Только что. Началась история вполне банально, и никто и предположить не мог, что станет она ИСТОРИЕЙ: принесли сдавать на склад оборудование без сопроводительных документов. Я не принял. Втянутыми в историю оказались: я, секретарша, которая принимала пакет у экспресс-почты, инженер, которому секретарша принесла пакет, и технический директор

История такая. Нравится один [ч]удак. Эгоист и по[фиг]иcт, не звонит, не пишет постоянно с какими-то бабами шляется, но мне как-то пофиг, мне лишь бы его трахнуть. Так вот, он мне не дает, я поверить в это не могу! И чем больше отмораживает меня, тем больше я схожу с ума, теку и дико возбуждаюсь от одной мысли о нем. Член его не вытаскивала бы изо рта, разве что затем, чтобы насаживаться на него. А он каждый раз находит тупые отмазки, которые никакой критики не выдерживают, чтоб не встречаться. Вот как так? Первый раз с таким сталкиваюсь. Я баба красивая и темпераментная, ко мне подкатывает огромное количество мужиков. Так бы подумала, может, не нравлюсь ему, но он сам подкатил и ceкс с ним улетный, он говорит, что с ума его свожу. Встреч не ищет и особо не хочет. Как-то все не сходится...

Решите математическую задачу? Вам даны n окружностей маленьких радиусов r_1,... , r_n. Каков наименьший радиус большой окружности в которые можно их все вписать?

Пока вы думаете, я вам расскажу, откуда эта задача. Один мой коллега, профессор, преподавал оптимизацию. 40 лет назад для математиков была материально очень выгодная