Памяти девяностых. Кто помнит.

Примерно девяносто третий – девяносто пятый год, Питер.

Был у меня такой добрый приятель – Денис Петрович. Несмотря на разницу в возрасте – а он постарше меня лет на десять — мы поддерживали вполне дружеские отношения.

Денис мужик был не простой – заслуженный мастер спорта по автокроссу. Он, когда с женой разводился, квартиру ей оставил, а сам перебрался жить к себе в гараж. Ну как гараж – в Америке это вполне могло бы получить название "таунхауз". Двухэтажное строение, первый этаж- гараж и небольшая мастерская, а второй- жилой блок с санузлом и миникухней. Там таких блоков десятка два в ряд было построено.

Я как-то был у него в гостях – и видел развешенные и расставленные по стене медали и кубки- за участия в соревнованиях. Были там и иностранные- причём в немалом количестве. Впечатляет.

— Ден, говорю, а ты в ралли Париж-Дакар не участвовал?

— По отбору не прошёл. Там строго очень. Мы с напарником тогда подзалетели с пьянкой — нас в комиссии даже не рассматривали. А жаль. Такое раз в жизни бывает.

Я так понимаю, что именно после того случая он ушёл из команды и из клуба – вообще, завязал с большим спортом. Но ухитрился забрать с собой свой персональный, гм, автомобиль.

Внешне это выглядело как Жигули-восьмёрка. Но если присмотреться, колёса большего диаметра и широкопрофильные. Стёкла тонированные, и никому не видно, что машина двухместная, потому, что весь объём за креслами, включая багажник, занимает собственно двигатель. Усиливающая стальная рама внутри, антикрыло на багажной дверце, кресла спортивные – голову не повернёшь, и ремней не один, а четыре – застёгиваются на пузе – как у парашюта. А передний объём, где раньше был движок — там только бак с бензином и утяжелитель, чтоб к асфальту лучше прижимало.

— Это для тренировок тачка, на соревнованиях там другие аппараты — Петрович говорил.

Любил он свою машину, возился с ней постоянно. Сильно не гонял – соблюдал правила.

Я, когда первый раз с ним проехал, не мог понять, зачем у кресел так сделаны — не знаю как назвать – подзатыльники?

Действительно, голову не повернуть. Позже узнал. О чём, собственно, и история.

Получилось так, что мне надо было съездить в Сосновый Бор – это город так называется, где Ленинградская атомная. От Питера километров восемьдесят. Сейчас уже не вспомню, что там было у меня со своей машиной – отдал на техобслуживание. Ну ладно, думаю, доеду на электричке.

Мне ещё с Денисом надо было договориться – дела у нас были, по мелочи. Позвонил ему, пообщались, и в разговоре я упомянул, что надо ехать, а машина на лечении.

— Так тебе в Соснобыль? (Питерский ехидный вариант названия города) Поехали вместе – мне тоже туда надо.

Вот как удачно. Договорились, где встретиться, я добрался на метро, подождал. Во, гляжу, машина его приближается.

— Привет, садись.

Втискиваю задницу в это суперэргономичное кресло.

— Как ты вообще на таком ездишь? [п]опа, как в тисках, голову не повернуть?

— На маршруте, на скорости, башкой вертеть смысла нет — всё равно ничего не разглядишь. А болтает так, что есть шанс этой башкой о раму треснуться – тут сотрясением не отделаешься.

— Весело у вас в большом спорте…

На выезд из Питера двигаем по проспекту Стачек. Ден едет быстро, но вежливо, чисто и грамотно обгоняя нерадивых водителей, предпочитающих дремать за рулём.

— О, погоди, заправиться надо. У меня бензин кончается.

Надобно отметить, что для тренировок использовался не бензин, а жуткая высокооктановая смесь, увеличивавшая и так запредельную мощность двигателя вообще до космических параметров – черт его знает, не помню из чего – мне Денис рассказывал. Но на бензине этот пепелац тоже ездил.

Заезжаем на заправку. Я сижу в кабине, Петрович стоит у колонки. На заправку заваливает классический бандитский автомобиль – тонированная БМВ пятой серии, из машины вылезает стриженый бугай с золотой якорной цепью на бычьей шее, и неспешно направляется к нам.

Я не слышал всего разговора, слышал только окончание. Бандюган кладёт нам на капот банкноту в сотню долларов и веско так заканчивает.

— И вот что, братело, если я тебя сделаю, а я ведь тебя сделаю, ты мне две таких отдашь.

— Договорились — это Ден отвечает.

Садится в машину, скептически смотрит на меня-

— А ну, пристегнись-ка. Давай, давай, ремни затягивай, они регулируются.

Оказалось, он обогнал этого братка, и тот маленько огорчился. Как это, его БМВ какая-то Жигуляка кинула?! Они договорились устроить гонки по трассе: если до Ломоносова БМВ восьмёрку не обгонит, деньги остаются у Дениса. Бандюга думал, что у него позиция беспроигрышная, но он же не знал, с кем имеет дело?

До выезда из города скорость держали около ста. Потом БМВ дал сигнал, и мы стартанули.

Надобно отдать должное бандюку, он был, действительно, неплохим водителем, продержался у нас на хвосте почти полторы минуты. Потом на шоссе стало посвободнее, и Петрович втопил газ на полную.

Вот тогда я понял, что значит "спортивная езда". Ничего общего с обычным лихачеством – но при скорости за двести встречные и обгоняемые автомобили шарахались от нас, как от чумы – моргали фарами, сигналили.

Этот, блин, вдребезги перезаслуженный спортсмен, мать его, шёл на обгоны с математической точностью – не дёргаясь, не делая лишних движений, уверенно и аккуратно. Но швыряло при этом так, что не будь ремней на кресле, я бы точно вылетел из кабины. Понятна стала необходимость дополнительных опор для головы. Просто усидеть на месте, даже будучи пристёгнутым, требовало серьёзных физических усилий.

Я изо всех сил упёрся ногами в пол, ухватился рукой за раму – а Дениска, сволочь такая, только улыбается добродушно:

— Не ссы, — говорит, — это я ещё тихонько веду, водил-соседей жалею, мы ж на шоссе. А на настоящей трассе я бы тебе показал…

В Стрельне и Петродворце притормаживали – всё-таки населённые пункты. Но, в общем, мы пролетели эти двадцать пять километров минут за десять-пятнадцать. Как на ракете прокатиться. БМВ, разумеется, безнадёжно отстала.

Приехали. Ден довольный, отвёл душу, что называется. Я вылезаю весь мокрый, как после хорошей тренировки в спортзале, а он смеётся:

— Ну что, понял, что такое Париж-Дакар? Пошли кофейку выпьем, может, того братка дождёмся? Да потом до Соснобыля ещё ехать…

БМВ мы не дождались, свернул, должно быть. Обиделся, что проиграл. А сто долларов по тем временам были очень большие деньги.

Ностальгия. Сейчас так уже не прокатишься – машин на дорогах в разы больше, порядка тоже, да и видеокамеры везде – и за такое превышение скорости права отберут однозначно.

Денис потом продал свой гараж и уехал — родня у него была где-то за Уралом. С тех пор не виделись. Хороший был мужик, жаль. Сейчас ему уже за семьдесят- время быстро идёт. Ден, если прочтёшь это – привет тебе!

У нас в школе дразнили за всё. Любая мелочь заканчивалась издевательствами и травлей. Я сорвала джекпот — азиатка, коротышка, пухляш, очки, брекеты, акне, картавость, заикание, из бедной семьи... От меня отсаживались, как от прокажённой, выливали помои мне в портфель, тушили окурки, били, унижали, разбили мне очки и обрезали волосы. Была затюканная, забитая,

Работаю в психушке. Навидалась, конечно, много и разного. Но хочу рассказать об одном парне, чья история не оставила равнодушным никого. Привезли нам как-то молодого парня, красивый, глаза добрые, вот только ноги нет, да говорить отказывается, лишь бормочет себе что-то. Стало интересно, начала узнавать – оказывается, что этот самый молодой человек сбил мамочку с ребенком. Ребенок скончался на месте, а мама выжила, но потеряла ногу. Суды, признание вины со стороны парня, но в процесс влез его папа – местный депутат, который и отмазал паренька от тюрьмы. Сын же не смог жить на свободе, съедаемый своей совестью: он просто взял топор и рубил свою ногу до тех пор, пока не потерял сознание. Безумная потеря крови, длительная кома, но парень выжил. Вот только отец от него отказался, проплатил его лечение в психушке и никогда не навещал. С тех пор парниша молчит и только смотрит своими грустными и добрыми глазами.

Случилась эта история в моем детстве. Отдыхал я тогда летом в деревне под Рязанью. Ну и как полагается-лето, солнце, речка, велик. Был у меня друг Рома и вот случилась такая неприятность у этого Ромы-проколол камеру на своем велосипеде около соска. Денег на новую камеру нет, но за то он знал точно, что в месном "сельмаге" продаются эти самые велосипедные соски. Ну вот приходит он значит в магазин подходит Рома (Р) к продавщице (П) и у них состоялся следующий интересный диалог:

Р:-здравтвуйте, у вас соски есть???

Продавщица с большими глазами и явно потерявшись во времени и пространстве заторможенно отвечает:-е-есть

Р: -дайте один

Надо было видеть её очумевшие глаза, по которым пробегала бегущая строка: "до чего докатились наши дети" и она в ступоре просто смотрела на бедного Рому, до которого начало доходить, что подумала тётенька продавщица.

Опомнившись Рома добавил:

— велосипедные

Тогда и она наконец въехала, что от неё требовалось и покрываясь румянцем ответила: "а-а, велосипедных нет"

Это была последняя капля, следующие два дня мы до слез смеялись вспоминая тот диалог, а когда видели её то истерика повторялась...

Я девушка, дружу с коллегой-мужчиной. Мы работаем вместе уже лет 7, он мне нравится как человек. Мы совпадаем по вкусам в музыке, кино, у нас похожее чувство юмора, взгляды. Даже семьи похожи, у обоих младшие братья, разведённые родители и странные отчимы. Помогаем друг другу в работе. В перерывах курим вместе или на кухне чай пьём, ржём. Я много раз была у него в гостях, знаю его жену, нормальная девушка, мы и с ней общаемся. У них хорошая семья, они больше 10 лет вместе, с 1 курса универа ещё.

И за[дол]бали про нас сплетничать на работе. Шушукаются, что у нас роман. Хотя я никаких любовных чувств к коллеге не испытываю, мне другой человек нравится. Но нашу дружбу, теплые отношения и подколы принимают за роман. Многозначительно вздыхают, когда видят нас вместе, хихикают. Я точно знаю, что он очень любит жену. Ни разу ничего у нас не было. Мы и напивались на корпоративах вместе, и бухали вообще в компании, максимум обнимались, когда долго не виделись. Бесят коллеги, которым до всего есть дело.