здания с помощью барометра?".

Прибор для измерения атмосферного давления дает разные показания на крыше здания и внизу, за счет чего и считается высота.

Но ответ студента был таким: "Нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр вниз на длинной верёвке, а затем втянуть его обратно и измерить длину верёвки, которая и покажет точную высоту здания".

Случай был и впрямь сложный, так как ответ был абсолютно полным и верным!

С другой стороны, это был экзамен был по физике, а решение имело мало общего с применением знаний в этой области.

Резерфорд предложил студенту попытаться ответить ещё раз.

Дав ему шесть минут на подготовку, он предупредил его, что ответ должен демонстрировать знание физических законов.

По истечении пяти минут студент так и не написал ничего в экзаменационном листе.

Резерфорд спросил его, сдаётся ли он, но тот заявил, что у него есть несколько решений проблемы, и он просто выбирает лучшее

Заинтересовавшись, Резерфорд попросил молодого человека поскорее приступить к ответу.

Новое решение звучало так: "Поднимитесь с барометром на крышу и бросьте его вниз, замеряя время падения.

Затем, используя формулу, вычислите высоту здания".

Тут Резерфорд спросил своего коллегу преподавателя, доволен ли он этим ответом.

Тот, наконец, сдался, признав ответ удовлетворительным. Однако студент упоминал, что знает еще несколько нетривиальных решений, и его попросили рассказать их.

— Есть несколько способов измерить высоту здания с помощью барометра, — начал студент.

— Например, можно выйти на улицу в солнечный день и измерить высоту барометра и его тени, а также измерить длину тени здания.

Затем, решив несложную пропорцию, определить высоту самого здания.

— Неплохо, — сказал Резерфорд.

— Есть и другие способы?

— Да. Есть очень простой способ, который, уверен, вам понравится.

Вы берёте барометр в руки и поднимаетесь по лестнице, прикладывая барометр к стене и делая отметки.

Сосчитав количество этих отметок и умножив его на размер барометра, вы получите высоту здания. Вполне очевидный метод.

— Если вы хотите более сложный способ, — продолжал он, — то привяжите к барометру шнурок и, раскачивая его, как маятник, определите величину гравитации у основания здания и на его крыше.

Из разницы между этими величинами, в принципе, можно вычислить высоту здания.

В этом же случае, привязав к барометру шнурок, вы можете подняться с вашим маятником на крышу и, раскачивая его, вычислить высоту здания по периоду прецессии.

— Наконец, — заключил он, — среди множества прочих решений данной проблемы лучшим, пожалуй, является такой: возьмите барометр с собой, найдите управляющего и скажите ему: "Господин управляющий, у меня есть замечательный барометр. Он ваш, если вы скажете мне высоту этого здания".

Тут Резерфорд спросил студента, неужели он действительно не знал общепринятого решения этой задачи.

Он признался, что знал, но сказал при этом, что сыт по горло школой и колледжем, где учителя навязывают ученикам свой способ мышления, который не всегда приемлет не стандартных решений.

А студент этот был Нильс Бор (1885–1962), датский физик, будущий лауреат Нобелевской премии...

было предложено войти в бюро райкома ВЛКСМ, на это предложение сотрудник райкома мною был предельно вежливо послан подальше – в колхозе работы полно, да и дома скотины полно, огород 40 соток – некогда на заседаниях языком молоть.

Райкомовские на меня затаили злобу.

Субботний вечер мая. Мы всей родней сидим в саду под цветущими яблонями за богато по-деревенски накрытыми столами. Отмечаем рождение моей племянницы. Водки за столом нет, в водочных бутылка налита самогонка. Гнали мы ее из сахара – Товарковский сахарный завод в пяти километрах.

Смеркалось прямо, как по Задорнову. Мы уже в подпитии, песни под гармошку поем, а они идут мимо забора. Участковый, еще один мент, председатель сельсовета, и по представителю от двух райкомов – партии и комсомола. Пьянство по деревне искореняют. А у нас разгар веселья, да с самогоночкой.

— Как так – посевная, а они вино пьянствуют? И не волнует, что у людей праздник. Комсомолец, как самый молодой (другие постарше, поумней) был послан к нам за забор с целью прекратить нарушения безобразий, но был с позором выставлен за пределы территории (пинком).

Это был тот же самый комсомолец, и он меня запомнил.

Получил я строгий выговор с занесением в личное дело за "пьянку в разгар посевной". Получил заочно, на собрание меня не вызвали.

Ладно.

В те времена райкомовские комсомольцы бухали больше и чаще всех. А хрен им делать – рабочий орган у них один, и то язык. Причем они не просто пьянствовали, а устраивали оргии – Тополь в своей книге "Россия в постели" сотую долю процента описал. Но на территории района комсомольские вожаки не светились, а всем райкомом уезжали бухать в соседние районы, где их якобы никто не знает…

В этой команде у меня был осведомитель. Работала там машинисткой жена моего друга, которая в пьянках временно не принимала участие по причине седьмого-восьмого месяца беременности. Чем ее обидели в райкоме, не знаю, но она меня информировала конкретно – где будет райкомовская пьянка, с кем, сколько будет выпивки и какой.

Первая моя засада прошла вообще отлично. У меня было фоторужье "Фотоснайпер ФС-3", оно и сейчас в целости. Снимал метров с двухсот. Ночью приехал в райцентр. Фотки комсомольской пьянки-гулянки приклеил клеем БФ на стенд "Они позорят наш город".

Реакция райкома КПСС, обкома ВЛКСМ была соответствующая. Посыпались выговоры на комсомольские головы. Фотографа не вычислили.

Через три недели утихло, и райком ВЛКСМ, решает выехать на оргию вообще за 100 км – на Велегож. Заложила мне их машинисточка.

Оп-па.

Участковым там мой одноклассник.

Договорились с ним, он ещё тройку ментов привлек.

Приехали в разгар комсомольской оргии на двух уазиках с решетками, все как положено: опись, прОтокол, сдал-принял, отпечатки пальцев, вытрезвитель, аморалка. Да еще рецидив. Жалко, сфотографировать ночью не получилось.

Через день машинистка печатала приказы о приеме на работу новых комсомольских вожаков. Всех убрали, кроме нее.

А вы не пейте.