Самый счастливый день моей жизни случился год назад, в начале марта 2020. С утра ничего не предвещало. Я выбирал туристические маршруты, куда мы поедем на майские праздники, и это была Италия. Но чертова интуиция — я вдруг понял, что мне это ненужно. Почему не нужно? Я что, болен? До мая не доживу? Внимательно глянул на себя в зеркало. Эвона! Врожденная киста, ранее умещавшаяся в крошечном уголке правого глаза, выросла не на шутку. Того и гляди зрачок закроет. Записался в клинику Гельмгольца на платный прием, она ближайшая к моей работе, приехал и пару часов там слонялся между врачами и анализами. Меня после первого осмотра направили в онкологическое отделение, далее моими путями по больнице ведало оно. Да, установлена опухоль, остается вопрос — злокачественная она или доброкачественная?

В очередях принялся листать новости и все узнал про короновирус. Понял, что накроется скорее всего конференция, которую я готовил на конец марта, и что это полная фигня по сравнению с тем, что вообще ожидает человечество — стало ясно, что переболеют все, а смертность на тот момент составляла примерно треть от поступивших в больницы.

Примерно через час после вступления в клинику Гельмгольца я отчетливо понимал — хрен с ней с этой Италией. Выжили бы мои родные и близкие. Относительно себя сразу поставил крест, не пережить мне 2020:

1. Онкология эта

2. Курящий и за пятьдесят, даже если избавлюсь от опухоли, добьет корона

3. Если выживу, у меня своеобразная манера скоростной езды на электровелике, а реакция неизбежно теряется с возрастом.

В общем, мир, в котором мне грядет скорый пи[c]ец, заиграл для меня новыми красками. Я обзвонил несколько бывших и искренне извинился перед ними. Позвонил родителям, им ничего не сказал. Развлек многим прочитанным в этих очередях.

Заключительный прием в онкологии. Опухоль оказалась доброкачественная. Записали на операцию.

Из Гельмгольца вырвалось сверхсущество. Был прекрасный весенний день, я втопил на электровелике 70. Это всё, что я смог из него выжать. Радостно хохотал. Девушки отвечали улыбками. Добравшись до дома, понял почему — я забыл снять бахилы. Чувак явно сбежал из дурдома.

А знаете, что подняло мне сегодня настроение? Тот безумно милый момент, когда маленькая девочка так тихо-тихо прошептала: "Маамм, от тебя так вкусно шоколадкой пахнет". А потом ещё долго сидела, уткнувшись маме в шею и, улыбаясь так, как будто ей досталась самая большая и вкусная шоколадка на свете.

Зоомагазин. Продавщица:

— Что вы хотите?

Покупательница:

— Консервы для кошки.

— Какие вы хотите? У нас есть рыбные, куриные, мясные. И разных фирм.

— Ну, на ваш вкус подберите, пожалуйста!

Мой муж ненавидит шум, звереет просто. Так не просто шум от дрели — нет. По дому я хожу на носочках, чтобы не топать. Пью я маленькими глотками, потому что его раздражает громкие глотки. Кушаю я медленно, и обязательно снимая еду с вилки губами. Если случайно стукну вилкой или ложкой по зубам, то замираю, перестаю дышать и смотрю на его реакцию. Нельзя сюркать, нельзя хлюпать, бахать, греметь. Готовлю тихо. Его бесит, когда кошка гребет в лотке. Плачь ребенка выводит до ужаса. А когда я занимаюсь активной деятельностью и потом сразу ложусь в постель, то я вдыхаю по чуть-чуть, чтобы не было громко, или встаю с кровати, ухожу в другую комнату, привожу дыхание в порядок, а потом иду спать. В нашем доме всегда тишина, но самое ужасное, что я становлюсь такой же. Я такая раздражительная. Я готова убить тех, кто чавкает или сюркает. Я схожу с ума.

Это неловкий момент, когда у парня, с которым ты уже 5 лет, находишь список планов на будущее, в котором тебя вообще нет...