На днях мы с женой валялись на диване и читали книги. Время было что-то около девяти вечера, и я уже не планировал набивать брюхо перед сном, но тут, как назло, в романе кто-то очень аппетитно уплетал блины.

— Что-то блинчиков так захотелось, — без всякого намека бросил я запрос во Вселенную.

— Сделаешь? — подключилась супруга, не отрываясь от книжки.

— Не-е, я это так, мысли вслух просто, — открестился я от лишних телодвижений.

— У нас всё равно не из чего делать, а в магазин я идти не хочу.

Проходит еще пять минут, и тут жена как бы невзначай вспоминает вслух:

— Там молоко есть скисшее.

— Да я уже не хочу. Читай, не отвлекайся.

Спустя ещё какое-то время она закрывает книгу и сдаётся.

— Ладно, сделаю я тебе блинов.

— Да говорю же, не надо!

— Я рецепт вспомнила хороший, а молока у нас всё равно только штук на пять хватит. Я быстро, — вскакивает она с дивана и уносится на кухню, откуда до меня начинает доноситься звон посуды и жужжание блендера, а позже и шипение масла.

Опомнился я где-то через полчаса, когда заметил антенну кошачьего хвоста: самой кошки видно не было, её скрывал жирный туман, расстилающийся над полом в комнате. Жена до сих пор отсутствовала.

Осторожно зайдя на кухню, я впервые увидел, как женщина превращается в ведьму. Всё как в кино: шкафы нараспашку, повсюду баночки, скляночки, скалочки; под белоснежной мукой скрываются колдовские тайны, половина кухонного гарнитура и холодильник. На чётырех конфорках в чётырех разных сковородах румянятся аппетитные кружочки, сотканные из бог знает каких химических соединений. На большом блюде под сливочным маслом, утопают два десятка готовых блинов; деловито булькает электрический чайник, а жена в полном неадеквате разговаривает с тестом.

— Всё нормально? — спрашиваю я, боясь любого варианта ответа.

— Ма-а-ас-ло, — словно из далекого космоса раздается голос супруги.

— Чего масло?

— Закончилось. Сходи в магазин.

— Так может, и не нужно больше? Мне и пяти штук хватило бы, куда ты столько напекла, а главное, из чего?

— МАСЛО!

Я убежал в магазин, проклиная свой бескостный язык. Ближе к одиннадцати стало понятно, что блинов уже не хочется? хочется спать, но вот вернуть жену так просто вряд ли получится. В глазах её горели первобытные костры — природный инстинкт "накормить ближнего и не дать племени погибнуть голодной смертью" овладел моей супругой.

Когда звон воображаемых старинных часов в моей голове отбил полночь, комната распахнулась.

— Иди есть.

"А может, завтра? " — вертелся вопрос на языке, но так и погиб в глубинах моего страха.

— Вкусно? — смотрит на меня хищным взглядом моя ненаглядная. Мы сидим за столом, передо мной гора блинов, в кружке — чай, в глазах — слёзы.

— Офень фкуфно! А ты чего не ешь? — еле шевеля набитым ртом, спрашиваю у жены.

— Да я пока готовила, так нанюхалась, что как будто наелась.

— Можно я спать пойду?

— А для кого я старалась?

Два дня мы эти проклятые блины уже едим: на завтрак, обед и ужин, заворачиваем в них всё, что заворачивается, а они всё не кончаются.

Короче, больше я на ночь художественную литературу не читаю. Больно уж калорийная она и опасная.

У нас с Димой работают артисты, шестеро постоянно, но бывает и больше. И всем своим артистам мы делаем рабочие визы, контракты, страховки и всякое такое бюрократически бесценное, поэтому я до одури заполняю анкеты и знаю наизусть дни рождения их детей, жен, мужей и родителей. Номера паспортов тоже скоро выучу.

Для подачи в консульство бумажки нужно приносить строго по списку, и одним из пунктов указана "автобиография", в которой в виде таблицы следует сообщить, где же вышеозначенный гражданин служил с- и по-. Автобиография должна стать финальным аккордом, в клочья разметать последние сомнения, случись таковым вдруг забраться в сердце чиновника: Да, товарищ дорогой, да! Перед вами "Артист больших и малых академических театров", а не хрен с горы.

И вот оформляется к нам на работу наш любимый артист Коля, и отправляю я ему целую гору заполненных прошений, и пишу назидательные инструкции, и умоляю срочно прислать мне биографию, чтобы в лучшем виде изобразить ее по-немецки.

"Вас понял, шеф", — говорит мне Коля и тут же перепоручает задачу своей юной жене, которая у нас по профессии театровед.

Вечером получаю результат.

"С самого раннего детства Николай любил Театр. Он рос смышленым и очень творческим мальчиком. На праздниках в детском саду…"

Любовь потому что.

Сейчас на многих новостных сайтах для читателей существует возможность комментировать новости. Недавно на очень популярном в Новосибирске ресурсе вышла статья о молодых учителях — статья, нужно признать, очень любопытная. Но ещё более занимательным оказался такой комментарий:

Когда я пошел в 1982 году в первый раз в первый класс, то и учительница у нас была совсем молодая, наверное после педучилища, или пединститута, даже нам, детям, она казалась совсем молоденькой, но очень умной. Зовут ее Поскребышева (Шутова) Светлана Анатольевна. Если она читает НГС, передаю ей привет. Хотя, не думаю, что она догадается, кто я, и вспомнит меня! Привет всем учителям школы №95!

P. S. Классная руководительница, за то, что я баловался на уроке, пригрозила, что будет мне сниться до конца жизни, и пугать диктантами... 30 лет прошло, я давным-давно исправился, может, хватит, а? Ведь нет-нет, да и приснится....

"В театральный институт меня не приняли: сказали, что у меня широко расставлены зубы. Я узнал, что в Москве проходят гастроли Аркадия Райкина. Он для меня был кем-то заоблачным. Я нашел гостиницу, в которой он жил и стал звонить ему в номер. На седьмой день поймал его на лестнице. Он спросил: "Что вы хотите? ", а я ответил: "К вам в театр". Райкин согласился меня послушать. Я опоздал на час и попал на репетицию. Стал смотреть и подумал: "Как можно так плохо играть? Это же райкиновские!".

Когда я вышел на сцену, попросил закрыть занавес – хотел выходить, как эстрадные артисты. Я читал рассказ Чехова "Оратор". Очень хотел понравиться и поэтому дико наигрывал. Меня попросили подождать. В коридоре ко мне подошел замлит: "Вы знаете, вы понравились Аркадию Исааковичу". Я говорю: "Естественно". В это время подошел какой-то человек и спрашивает меня: "Молодой человек, вы что-нибудь когда-нибудь играли?". "Простите, но я разговариваю с замлитом! " — ответил я и поинтересовался у заместителя литературной части, что это за рабочий. А она мне: "Это Зиновий Ефимович Гердт!".

️Михаил Светин

Одна из историй М. Пароходства: Зима. Большой пароход поднимается вверх по Енисею, взламывая уже крепкий осенний лёд. Плавание спокойное, капитан с лоцманом спустились на обед. На мостике старпом и поднявшийся "посмотреть на северные просторы" помполит.

Вдруг помполит замечает спустившуюся с берега на лёд оленью упряжку. Погонщик, что-то крича, яростно погоняет оленей, явно пытаясь обогнать судно. Помполит снисходительно усмехаясь, подначивает старпома, типа "неужели позволишь прошлому веку обогнать такую мощь? "Старпом чуть добавляет ходу. Погонщик ещё яростнее кричит и во все силы погоняет олешек. Старпом ещё чуть прибавляет и без труда оставляет упряжку позади.

Поднимаются лоцман с капитаном и помполит, ещё возбуждённый "победой" хвастает лоцману, как они со старпомом только что "одной левой сделали" местных наглецов, наивно пытавшихся обогнать их "тысячи лошадей". Лоцман опускает всех в "пассив" объясняя, что здесь местные попадают по льду на другой берег. А поскольку канал за судном встаёт не меньше суток, то погонщику с оленями придётся ночевать сегодня в снегу на том берегу.

Втык старпом получал уже в одиночку. Помполит профессионально ушёл из-под удара "на партсобрание".....