С самого детства углубленно учила английский. Училась в лингвистическом лицее, ездила в международные лагеря, читала классическую литературу в оригинале, из которой ещё заучивала слова и фразы. В результате чего я достигла уровня С1. Так вот, встретив на Филиппинах своего будущего мужа, англичанина, я узнала, что разговариваю как его прабабушка! И вообще разговариваю слишком "формально". А мой "британский" акцент вообще у него смех вызывает. А фраза: "what a pity" вообще устаревшая... как жить теперь.

Когда я родилась, буквально через день, папа нашёл щенка в коробке, ему была неделя. Забрал. Так и росли мы с Сэмом вместе, он стал красивым золотистым ретривером. Мы были бандой! Порой, я бросала ради него все, а он в ответ встречал со школы и провожал в неё, рычал на родителей, если они начинали ругать. Мне уже 19, Сэм болел сильно, и однажды он принёс щенка, непонятно откуда! Оказался копией моего. Сэм научил малыша всему, что знал, и умер. Он оставил мне часть себя. А я пытаюсь жить дальше...

История показывает, что интерес к театру в обществе развивается волнообразно. То народ валом валит, очереди за билетами и запись по ночам, а то вдруг месяцами никого. А жить-то надо каждый день, и театральное руководство пускалось во все тяжкие, лишь бы заманить людей в театр.

Так рассказывают, что во времена советской власти директор одного городского театра в Грузии организовал в фойе хинкальную. Приходя в театр, зрители делали заказ, а уж потом, во время спектакля, хинкальщик в белом колпаке заходил в зал и, приглушив голос, сообщал:

— Щистой-сэдмой ряд — хынкали готов!

Недавно покрасилась в бирюзовый. Услышала много неоднозначных мнений, но мне нравилось. Неожиданно в гости приезжает папа (живу с молодым человеком) и говорит: "Боже, моя дочь нечисть", – и шлёпнулся в обморок.