На прощании в Доме кино Панкратов-Чёрный сказал о Меньшове:

"Он так любил народ! И страдал за него! Страдал! "И могло показаться – дежурная фраза, пафос по случаю. Но…

Панкратов-Чёрный вспомнил, как однажды Меньшов целый день таскал его по Астрахани, городу своего детства, с гордостью и страстью показывал родные места, рассказывал о кремле, старинных закоулках, в бар зашли, где к пиву особенную рыбку подают. А спустя пару лет (дело было на шукшинском фестивале в Сростках) уже Панкратов-Чёрный предложил показать Меньшову свою малую родину. "Далеко? " "Да нет, не очень, километров 500" "А что, поехали!".

Сели они в машину и рванули в деревню Конёво Алтайского края. Дальше – прямая речь:

"И вот пока мой сводный брат Коля и его супруга Зоя накрывали на стол, я повёл Володю показать родную деревню, а это одна, собственно, улочка домов тридцать-сорок. Крыши, крытые дёрном, земляными пластами, трава на крышах растёт... Идём, значит, я веду экскурсию:

– Вот видишь развалившийся сруб? Это клуб, в нём даже маленькая библиотечка была.

– А чего ж не восстановят?

– Так ведь кино не показывают, да и ходить уже некому, остались одни старики, молодёжь разбежалась, работы нет, жить здесь не на что... А вот видишь яма и несколько брёвен от фундамента? Это моя школа, я тут до пятого класса учился.

– Что-то больно маленькая какая-то…

– Ну, а что, в избе – комната для двух учительниц, комната для первого и второго класса, комната для третьего и четвертого… А здесь был магазин, из райцентра раз в месяц сахар и конфетки привозили… Ну, вот больше показывать нечего, вся моя деревня…

Вернулись к брату в его пятистеночек, стол накрыт – грузди наши алтайские, огурчики, помидорчики, самогонка, хлебный квас – всё домашнее. Брат весёлый, радуется, что меня увидел, да ещё и познакомился с таким великим артистом и режиссёром, Владимиром Меньшовым. Выпиваем, закусываем, хозяева улыбаются…

А Володя такой серьёзный-серьёзный сидит, мрачный, смотрит Коле за спину, а там на стене коврик – олень воду пьёт и лебеди плавают – а к коврику приколоты ордена и медали. Володя спрашивает:

– Отцовские медали, Коля?

– Да нет, почему… Мои. Вот орден за посевную в таком-то году, а это медаль за уборочную в таком-то… Ценили нас, ценили – работали-то мы с утра до ночи…

И вдруг Володя заплакал.

Мы опешили – что такое?

А он плачет и говорит, всхлипывая: "Ордена, медали… и ты так живёшь?.. "

– А что, – Коля засуетился, – Хорошо живу, огород, всё своё, видишь, какой стол… Ну, а денег не платят, так их и тратить не на что…Перебьёмся!

А Володя плакал и плакал, вы не представляете… Как Шукшин в "Калине красной" на холмике – "да ведь это же мать моя"… Вот так и Володя рыдал, рыдал, обнял Кольку по-братски, говорит: "Да как же так! Сволочи! На мерседесах ездят, а всё равно Россией недовольны!.. "

Это было так пронзительно… Мы его еле его успокоили … А потом, когда ехали обратно, он вдруг говорит – строго так, горько: "Сашка! Снимать кино надо – о любви! Потому что русскому народу любовь не-об-хо-ди-ма! Иначе озлобится! "

***

Не идёт у меня из головы эта история о плачущем Меньшове. Плачущем, как Шукшин. Правда, Шукшин плакал в кино, а это в жизни.

Дык вот, проходили в июле в Пятигорске соревнования парапланеристов общероссийского и украинского масштаба. Целый день летаешь, а вечером у костра разговоры такие жизненные идут. И вот тут начинается сама история, которую рассказал один лётчик, по профессии хирург, работает в деревенском амбулаторном пункте. Естественно, основные пациенты — колхозники или трактористы, нажравшиеся до коликов и потом порисовавшие друг друга ножом и тому подобные личности. А один раз приходит к нему мужик, спокойно так приходит, с изрисованным в лохмотья лицом (представлять этого себе не надо), и с... финкой в сердце. 8-0 Причём при полном сознании и разуме. Ессно, после оказания первой помощи хирурга заинтересовало, что же произошло.

Пациент: "пошёл я охотиться на бобров. С самодельной бомбочкой." Но воспользоваться ею не успел, так как рванула она прямо в руках. Лицо в хлам, ессно, всё в крови."Потерял сознание. Потом пришёл в себя и думаю:

"ну, блин, рожа вся в крови. А сейчас на кровь сюда придут волки, они кровь чувствуют. Не, живым не сдамся!!!" Достал финку — и в сердце.8-0 Потерял сознание. Потом пришёл в себя: "блин, живой! И волки чего-то не пришли. .."

Встаёт, отряхивается и идёт к врачу.

Занавес.

— Прикольно, бабушка пришла посидеть с ребенком пока мы тут работаем

— Ой, а давайте, раз уж я тут, сырников вам пожарю?

— Ну... ок.

— Ой, а творог надо достать!

— Ок

— Ой, муки нет, надо сбегать купить!

— Ок

— Ну ладно, буду готовить, вы пока с ребенком посидите...

В давние времена астрономия была как рыбалка — любители рыскали по небу, пытаясь выловить что-то интересное, желательно большое. Одна из самых золотых рыбок была — найти целую галактику. Это ведь миллиарды звёзд в одном флаконе. Потом появились мощные телескопы-роботы, автоматически сканирующие участки неба на фотоплёнку высокого разрешения. Мой знакомый в 70-х посетил такую обсерваторию. Унылые лаборанты, обложенные негативами, открывали галактики одну за другой, тысяча за тысячей. Смотрели они на эти галактики через микроскоп. В наши дни и это не требуется — всю механическую работу делают компы, а счёт описанных галактик давно пошёл на миллиарды.

Но это присказка, чтобы вы оценили ресурс. В прошлом году одному астрономическому сообществу сильно урезали финансирование. Задумались, на какие шиши раздавать призы победителям олимпиады. У организаторов имелся хороший выход на Международный астрономический союз, который даёт названия космическим объектам. "А знаете что? " — сказала одна светлая голова — "Давайте подарим каждому призёру олимпиады по настоящей звезде! "

Кстати, инициативу удалось реализовать...

История из истории

Будучи совсем молодым человеком, Леонид Утесов научился играть на скрипке и стал подрабатывать уличным музыкантом. Довольно давно закончилась русско-японская война, но самым популярным хитом в России оставался вальс "На сопках Маньчжурии". Его-то юноша чаще всего и исполнял.

Однажды мимо него проходил красивый