как один МАШИНАЛЬНО начали протирать салфетками лежащие на столе блестящие столовые приборы.

Через считанные секунды примчался испуганный официант, в мгновение ока собрал со стола все приборы и через минуту принес и разложил новые. То ли с устатку после перелета, то ли будучи сильно увлеченными беседой они не придали значения этому инциденту, и, через некоторое время, ничтоже сумняшеся, стали протирать салфетками и эти НОВЫЕ приборы. Что тут сделалось! К их столику прибежала уже целая делегация официантов во главе с каким-то менеджером и, что-то лихорадочно бормоча по-бусурмански с извинительными интонациями, снова СОБРАЛИ СО СТОЛА ВСЕ ПРЕДМЕТЫ и разложили на нем какие-то уже вообще ослепительно сверкающие, не то платиновые, не то золотые...

Тут до компании уже наконец дошло, что происходит — что их приняли за каких-то суперпривередливых клиентов или типа того.

На этот раз протирать приборы салфетками они не стали, но обслужили их просто молниеносно, с заискивающими улыбками, качество блюд просто потрясало, а сумма счета, по приблизительным подсчетам, была чуть ли не меньше суммы заказанного ))

Её практически выгрузили из такси и внесли под белы рученьки пред светлы очи девушки на рецепшн.

Собственно сама история. Признаки бурного веселья в соседнем номере проявились к 12 ночи на следующие сутки. Бодрящие веселые голоса и заливистый жизнерадостный хохот под звон стекла продолжался часа полтора, пока супруг не познакомился с соседями через балкон и на хорошем английском поведал им о том, что в соседних номерах тоже отдыхают люди, которые хотят спать. Каково же было его удивление, когда в веселящейся компании из тех, кому за 75 он узнал вчерашнюю английскую пару, разбавленную обществом более молодой дамы лет 65. На столе присутствовала пустая бутылка виски и початая новая …. Румяная преобразившаяся старушка бодро пожелала нам спокойной ночи. Веселье было в разгаре…

Следующей ночью в половине третьего мы проснулись от жуткого хохота и пьяных криков, раздававшихся под окнами. Та же компания, дополненная пятью англичанами, судя по всему, той же возрастной категории прыгала в подсвеченный бассейн в одежде, плескалась, радостно шаля. Рядом застыли сбежавшиеся на шум сотрудники охраны, которые ночью дежурили на рецепшн.

У них тоже не было слов…

в нашем же училище, а потом закончил пединститут и его назначили начальником кафедры. Никаких иллюзий по поводу нашего страстного желания изучать его предмет он не питал, зная нас, как облупленных, поэтому за шпаргалками смотрел в оба и карал нещадно. А получив двойку, по любому предмету, можно было сразу прощаться с увольнением в выходные дни.

Написание контрольных и самостоятельных работ у Аркадия Александровича проходило по одному и тому же сценарию. Раздав задания, он садился за свой стол и делал вид, что происходящее в классе его нисколько не волнует. Уткнувшись в классный журнал или в конспект он спокойно делал какие-то записи. Через какое-то время в классе начиналось легкое оживление, шорохи и шелест страниц. Народ начинал потихоньку вытаскивать учебники, конспекты, шпаргалки. А. А. , не поднимая головы, продолжал писать и старательно изображал слепоглухонемого. Потом, как всегда неожиданно, следовал резкий возглас "Але!!!" с одновременным пристальным взглядом из-под бровей. Слабонервным достаточно было лишь слегка дрогнуть мускулом, как у них тут же отбиралась шпаргалка или учебник и "пара" сразу же проставлялвсь в журнал. Сколько раз использовался этот трюк, столько раз очередная жертва попадала его в сети. Не буду утомлять подробностями, но получилось так, что он меня три раза подряд отловил со шпорами, в том числе два раза при переписывании годовой итоговой контрольной. Вопрос стоял остро — могли на фиг отчислить по неуспеваемости!

А. А. решил дать мне последний шанс. Я должен был один, в облегченном варианте, т. е. с пустыми карманами, без тетради и ручки, придти к нему на кафедру. Надо сказать, что он не поленился меня тщательно обыскать — даже ботинки и носки заставил снять. Только что в трусы не заглядывал. Успокоившись, он выдал мне листок бумаги и свою ручку, усадил в пустом классе за стол и закрыл дверь снаружи на ключ, пообещав прибыть ровно через 45 мин. К его приходу у меня уже все было написано, все задачи решены и я, с чувством выполненного долга, протянул ему свою работу. А. А. тщательно прочитал мою писанину, сверил ответы задач и внимательно посмотрел на меня. "Признайся как списал, я тебе все равно хорошую оценку поставлю!"

— Да что вы, А. А.!!! Вы же меня всего обыскивали! Дверь на ключ закрыли! у меня же ничего с собой не было — все из головы написал.

Зная мои успехи в изучении физики и мою репутацию, он чувствовал подвох, но не мог понять, как мне это удалось. Но работа была написана, деваться было некуда, оценку надо было ставить. До самого выпуска, при каждой нашей встрече он просил меня раскрыть мой способ списывания для предотвращения использования будущими поколениями "питонов", но я был тверд. В день выпуска, я все-таки рассказал ему, как это было.

Да, действительно, у меня с собой ничего не было и дверь он запер, но не учел, что класс соседствовал с кабинетом начальника кафедры, т. е. его, а в этом кабинете был внутренний телефон. Далее все было делом техники: набрать номер дневального своей роты не представляло труда. Мне быстро продиктовали все прямо с учебника, а лучшие физические умы нашего класса мгновенно решили все задачи!

Главное — не сдаваться и всегда верить в свои силы!