В середине восьмидесятых работал слесарем на Воскресенском химкомбинате.
И, когда в городе заканчивали строительство бассейна "Дельфин", горком партии обратился, видимо, к руководству предприятия, с просьбой выделить рабочих в помощь строителям. Чтобы уложиться в сроки, что ли...
От нашего цеха ЭФК-3 отправили меня — как самого молодого и наименее ценного работника — я туда пришел недавно после армии, и на все такие затыки отправляли меня.
Ну, пришел в 8-00 к бассейну — "прикомандированных" от химкомбината было человек 20 или 30 самых разных возрастов.
Сидим — курим. Никто особо напрягаться не собирается. Мужики травят байки...
Приходит прораб или мастер, спрашивает: "Кто умеет работать отбойным молотком? "
Все молчат, я встаю, говорю: "До армии работал на РМЗ, и пару дней случилось там долбить стены".
Мастер говорит: "Отлично! Пойдем! "
Уже потом, перед обедом, мне эти мужики сказали: "Ты зачем вызвался? Это не твой цех, платят тебе здесь все равно по-среднему — зачем ломаться? День прошел — и ладно... "
Но сиднем сидеть или ходить вразвалочку мне было скучно.
А отбойным молотком нравилось работать — результаты видны, и всё время я кому-то нужен.
Конечно бывало, что сидел, когда работы не было. Но случалось, что мастер скажет что-то продолбить для электриков, допустим, а тут уже прибегают водопроводчики, и сидят ждут, когда закончу, чтобы помочь мне протянуть шланг на их участок, а за ними уже в очереди ещё кто-то... Это мотивировало.
А раз в воскресенье случилась мимолетная любовь, девушка осталась у меня до утра, и вот уже вроде пора на работу, но расставаться не хотелось. Сел на велосипед, смотался на стройку, отдал мастеру донорскую справку на отгул, и вернулся к ней.
Во вторник прихожу в "Дельфин" — там какой-то начальник приехал, и все инженеры-мастера-прорабы ходили по стройке за этим мужиком, показывали где что осталось доделать, и в какие сроки. И в цокольном этаже ему говорят, что вот здесь под потолком надо проложить трубы. Он сердито спрашивает, мол, почему раньше этого не сделали, ведь из-за этого что-то там следующее не делается.
А там были такие свежевыложенные типа фальшколонны толстой кирпичной кладки, в которых для этих труб надо под потолком прорубить ниши.
Ему отвечают, что, мол, не было рабочего на отбойный молоток.
Он, также сердито: "А теперь этот рабочий есть? "
Я выхожу вперед: "Я здесь... "
Он спрашивает: "До вечера сделаешь? "
Говорю: "Леса уже есть, пятнадцать минут на пуск компрессора и протянуть шланги, и полчаса на прорубить — кладка же свежая, чего там... "
Он повернулся и пошел со всеми дальше.
А мне мужики: "Ты чего, как Павка Корчагин на узкоколейке?! Сказал бы — да, к вечеру сделаю... Потом с мастером договорился бы, что как сделаешь — идешь домой... Часов до 12 поковырялся бы не спеша, и устроил бы себе короткий день... "
А мне такое лукавство как-то на ум не пришло.
Ну, а несколько лет назад — 30 лет спустя, получается — уже в качестве журналиста делал репортаж о капремонте бассейна. Спустился в это помещение, посмотрел, — проходят трубы в этих моих нишах...
| 01 May 2022 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Звонок из глубины океана, длиною двое суток и ценою 28 жизней
Это история об очень длинном телефонном звонке. Именно звонке — это когда телефонный аппарат издает звенящий звук "др-р-р-р-р-ринь".
Пожалуй, это был самый длинный телефонный вызов в мире, но, к сожалению, представителей Книги рекордов Гиннесса не было рядом, чтобы зафиксировать
В Тае на островах в экскурсию входил полет над морем на параплане. Таец на катере набирает скорость, ты бежишь по пирсу и потом взлетаешь и наверху там планируешь. Тебя в это время фоткают и распечатывают в рамочке отдают фото.
Перед этим спрашивают, вам с погружением или без. Я подумала, что погружение, это когда полет закончили и ты приземляешься не на пирс, а в воду. Наивная блин. Оказалось, что в полете он снижает скорость и ты просто падаешь с крыльями и тебя волокут по воде, далее опять скорость набирается и ты снова паришь и так три раза. А я еще думаю, почему с погружением никто кроме меня не согласился и тайцы уважительно качают головой и приговаривают "Леди рашен мафия". Понимание пришло, когда после взлета через минуту я плюхнулась в воду и он стал волочить меня так по волнам.
Лифчик сразу же оказался на голове, трусы на пятках. Я не знала ловить трусы, лифчик или затыкать нос. И в этот момент он набирает скорость и мы взмываем без лифчика и трусов в воздух. Я все натягиваю прям в полете, снизу [м]лять фотосессия в рамочку. Это был пи[c]ец.
Рассказ владельца ресторана (далее — от первого лица):
Сидим с приятелями на летней веранде, обедаем, треплемся. Ресторан пустой. Только что закончился дождь – такой настоящий летний ливень. Воздух свежий, тучи уже унесло, солнышко светит. В общем, кайф и расслабуха.
Крыша веранды из мягкого прозрачного пластика прогнулась местами от налившейся дождевой воды. Охранник пытается согнать воду с крыши. Берет швабру и верхним ее концом приподнимает секции пластика и перегоняет воду из одной секции в другую. Не торопится, действует обстоятельно – все равно никого, кроме нас, нет.
И тут к ресторану подъезжает роскошный Мерс, из него выскакивает водитель, распахивает заднюю дверцу. Из машины выходит безупречный джентльмен в льняном светлом костюме. Он делает пару шагов ко входу мимо туй в горшках, расставленных по периметру веранды, и тут… У охранника, засмотревшегося на Мерс, срывается рука, он резко дергает ручку швабры, та весьма неудачно подпихивает пластик вверх – и вся дождевая вода (литров двести) выливается на джентльмена. Картина Репина "Приплыли".
Через секунду джентльмен со сдавленным рыком срывается с места и мчится ко входу. Параллельным курсом по веранде туда же мчится охранник, отбросив швабру. На ступеньках они встречаются … и охранник, вытягивая руку вперед, кричит: "Сюда в таком виде нельзя! У нас — дресс-код! "
Для моего парня любимая часть женского тела — это ножки, и мои он считает шикарными. Для меня любимая часть мужского тела — крепкие подкаченные плечи. Очень заводит их целовать во время ceкса. Но лучше всего у нас получается, когда мои ноги лежат на его плечах. Потому что обоих заводит. Мои ноги и его плечи — идеальное сочетание.