Девок столько, что хоть фейсконтроль на входе ставь. А то приходилось по улицам их искать. Хорошо. Но ведь хочется еще лучше. Поэтому обустройство и стройка не затихала ни на миг. И как люди хозяйственные тащили на площадку, что непопадя, с единственным обоснованием — в хозяйстве пригодится.

Кто притащил два колокола — рупорных громкоговорителей, не суть важно. Но так как с хорошей акустикой были проблемы, решили, что вещь нужная. Прицепили к уселку, опробовали. Немного металлически гавкало, но для Криденса или Битлов, вполне сносно. Повесили на деревья повыше.

В скором времени обнаружили, что на площадке работает вор. Видимо не мы одни хозяйственные. Первым заметил это Серега, любитель метания ножей и наш диск-жокей по совместительству. Украли его ножи. Поначалу он их прятал, а потом стал оставлять прямо в мишени. Ножи, сделанные по спецзаказу местным кузнецом из клапанов и со смещенным центром тяжести, были ему дороги. Разнервничался, все подумали, что появилась "крыса". А он дал зарок, что вора поймает. Стал дежурить, пока на площадке никого не было. Сидел в будочке, которую мы сделали для уселка и магнитофона. Ждал. И дождался.

На площадке появился мужик. Деловито огляделся, поняв, что никого нет, отправился к стопке фальцовки. И начал отбирать приглянувшиеся ему дощечки. Переть на такого в одиночку, Серега, не рискнул. Была огромная разница как в весовых категориях, так и в жизненном опыте. И Серега схватил микрофон, включив уселок.

— Бери-бери больше! Хрен унесешь! — раздался немного шипящий с металлическим оттенком зловещий голос откуда-то сверху. Мужик просто не ожидал и даже пригнулся, задрав голову вверх и озираясь по сторонам. А Серега крутанул ручку уселка на полную.

— Верни ножи падла! — рявкнул, что есть силы. Мужик хоть и был атеистом, но голос с небес, подсказал, что надо рвать когти. Атеист не атеист, а ведь воровать пришел. Поэтому он сначала ломанулся влево, потом вправо и пошел по прямой. Серега поняв, что мужик уходит, а с ним и его ножи, вложил в крик всю свою душу — Верни падлааААА! Верни ножииИИИ! ВЕРНИ НООЖИИ ПААДЛААА! Его крик поднял спящих на ветках стаи ворон, а порыв ветра — природный, заставил зловеще шелестеть листья.

Когда мы собрались на площадке, Серега нам поведал эту грустную историю.

— Ты хоть его запомнил? — поинтересовались мы.

— Да я его с@ку из тысячи узнаю!

— Ну тогда не ссы, найдем!

Но искать не пришлось. Мужик появился сам.

— Пацаны, я тут у вас ножи дернул. Вот принес, хочу хозяину отдать и извиниться.

— С чего это? — не поняли мы.

— Они видимо ему очень дороги, я так с армии не бегал. А он орал так, что я до дома этот крик слышал и до сих пор еще в ушах стоит!

— и народ повалил в лес подновлять лыжню.

За что я люблю сообщество лыжников — все всегда оптимистичны, вежливы, с праздниками друг друга поздравляют, даже если незнакомы: "Здравствуйте! С Новым годом! Счастливого рождества!". Комплиментами друг друга между делом одаряют, шутят, да и в целом получается новогодне-праздничная, теплая атмосфера.

Я стараюсь выходить на лыжню попозже — чтобы меньше сталкиваться с людьми. Общение общением, но при ходьбе на лыжах у всех разный уровень мастерства, можем друг другу помешать... При том, что у меня скорость как раз небольшая, возвращаюсь в город я часто затемно — ориентируясь на зарево городских огней над лесом.

И вот сегодня (воскресенье) плетусь я обратно в город, уже уставшая — и при спуске с горки у меня слетает с крепления лыжа. В общем-то ерундовый вопрос, но тут сразу несколько факторов сплелись: с горки я недоспустилась и упала, лыжа уехала вперед, а далеко впереди показался свет фары. Вот тут меня обуяла паника: если это снегоход, то надо срочно лыжу выуживать... В общем, пока я суетилась, свет приблизился и оказался налобным фонарем мужчины в белом лыжном костюме и балаклаве. Я стою — одна лыжа на мне, вторая в руке, а этот мимохожий герой здоровается, уточняет, какие у меня проблемы (я киваю на слетевшую лыжу и объясняю про старые крепления, которые требуют значительного усилия — и он быстренько мне лыжу прикрепляет, прямо отец родной!), а потом спрашивает, не видела ли я разрытого снега по бокам лыжной трассы. Я немного опешила от вопроса: когда я училась на лыжах ходить, то перепахивала обочины очень основательно при попытке встать. Спрашиваю: "Кабанов ищете?". Нет, мне поясняют, что идет охота на "двуногих кабанов" — на наркоторговцев, которые даже в лесу умудряются закладки оставлять. И моего героя уже премии лишали за то, что на его территории (в лесу!) обнаруживались закладки нариков. Поэтому в пять вечера господин полицейский оделся/обулся, нацепил фонарь и отправился в дальний лыжный поход — до пионерских лагерей, как я поняла. С осмотром мест возможных закладок...

В общем, от предложения проводить меня до города я отказалась: дорога знакомая, а у человека еще много работы. И, пожелав друг другу счастливого пути, мы разошлись...

И вот о чем я подумала: ведь по этой лыжне я хожу уже больше 20 лет, в том числе и по темноте. И как-то ни разу не задумалась, что криминальные элементы, да и просто алкаши вполне могут мне там встретиться. Насколько я понимаю, то, что мне до сих пор по башке не дали — заслуга в том числе и таких вот незаметных работников полиции. Спасибо им за нашу безопасность!

свою скотину, и смотрело на нас своими маленькими поросячьими глазками.

Кабан просил подаяние.

Кабан ел с рук.

Ел сидя.

Его угощали тем, у кого что было. Кто давал ему морковку, кто конфетку, кто кусочек хлеба.

Когда проходил последний пастушок, этот свинтус поднимался с пятой точки и вальяжно уходил спать в свое логово.

Он ни разу никого не обидел. Когда он спал, мы возле его логова собирали луговую клубнику.

Другие кабаны ближе пяти километров к деревне не подходили.

Правда, ковырялся он в огородах, но аккуратно. Выроет 5-6 гнезд картошки у одних хозяев, на следующий день подроет морковку у других. А если в округе была посажена колхозная свекла или другая вкусность, то в частных огородах он и не появлялся, так и жил в колхозных полях. Зимой мы его подкармливали, ставили на окраине корыто, куда вываливали всякие объедки.

На улицах села кабан не появлялся, за исключением одного раза. Как-то ранним утром народ стал выгонять скотину в стадо, и увидел посреди слободы троицу незнакомых женщин, сидящих на травке и воняющих отбросами своей жизнедеятельности, а рядом с ними сидящего Ваську (кабана так звали, у нас все свиньи были Машки, а борова с хряками – Васьки). По признанию незнакомок, эти три мадамы по ночам воровали с огородов лук. Каков же был их ужас, когда ночью, рядом с ними, копающими лук на чужом огороде, возникло это чудовище. Кабан не дал им убежать никуда, перекрывал все пути отхода. Один путь был открыт воровкам – в село. Охранял их Васька, пока не вышли свои(!). И ушел вальяжно.

Когда он умер своей смертью от старости, меня в деревне не было. Закопали Ваську возле его любимого перекрестка. Камень там до сих пор лежит.