Расскажу эту историю в память о моём недавно ушедшем папе. Он был очень скромным человеком, и при этом большим профессионалом своего дела. В советские времена он занимался разработкой систем водоснабжения волжских городов. Саратов, Куйбышев (Самара), Горький (Нижний Новгород).

В детстве я особенно переживал, когда он уезжал в Горький. "Мам, а почему папа уехал в горький город? Может он хоть раз съездить в сладкий? " – бывало, спрашивал я.

Однажды он проектировал одну из важных систем водоснабжения. Не то водозабор, не то очистительную станцию в каком-то из этих городов. Врать не буду, за давностью лет не знаю, что именно. И вот, вызывает его начальство. И прямым текстом объявляет, что проект нужно кровь из носу удешевить. Но папа категорически отказался вносить какие-либо изменения в проект, сказав, что всё сделано по нормам и правилам и принципиальные изменения невозможны. Начальство ожидаемо устроило тарарам. Закончилось выяснение отношений на повышенных тонах бессмертной фразой в стиле – "не будете вы, будут другие", столь любимой разного рода руководителями и в наше время. Папа пришёл домой в расстроенных чувствах и сказал, что порвёт все чертежи к чертям собачьим. Но мама отговорила его.

В конечном итоге объект построили по изменённому другими проектировщиками проекту, а папины чертежи мирно пылились дома на антресолях лет пятнадцать. Вдруг его вызывает тот же самый начальник и вкрадчиво спрашивает, не осталось ли у папы его варианта чертежей. Оказалось, что Волга в тот год особенно сильно разлилась и объект в прямом смысле этого слова "поплыл". У папы же этот вариант был предусмотрен в отличие от "удешевлённого" проекта. И вот, в авральном порядке объект стали перестраивать уже по папиному проекту. Потом ему выписали аж тройную премию, что зная прижимистость его начальника можно признать весьма неординарным событием.

Позже, уже в век интернета и спутниковых снимков папа иногда просил меня показать, как выглядят его сооружения со спутника. Которые, надеюсь, и спустя многие годы будут нормально работать для людей.

Отдыхал я тут как-то в Турции в пятизвездочном отеле. Все было хорошо. Время я проводил в основном в бассейне с бокалом пива в руках. Привлекла мое внимание одна компания, любившая покататься с водяных горок. В начале они катались по одному, потом вдвоем, потом втроем, потом задом наперед вчетвером. Потом, посовещавшись, решили купить водяной матрас, чтоб еще веселее кататься было.

На следующий день, они торжественно принесли матрац, надули его и стали осторожненько на нем плавать. Постепенно, набирая градус, они стали кататься на нем с горок по одному, потом вдвоем, потом втроем, и, наконец, задом наперед вчетвером. К вечеру, матрац не выдержал этих издевательств и лопнул. Мужики почесали репы, расстроились, но в отеле еще было. Основательно подкрепившись, с суровым видом они взяли остатки матраса и куда-то ушли.

На следующее утро, они снова катались на новом матрасе. Так как заинтересованно-наблюдающих за ними было много, они всем радостно рассказывали, что вчера поехали к этому.... ну турку и поменяли, его... ный матрас, который не может даже выдержать четверых русских мужиков. К вечеру и этот матрас сдох. Больше они не катались с горок.

Уже в автобусе один из них мне сказал, что многократно пытались сдать матрас обратно, но лавка все время была закрыта.

P. S. Бедный турок!!!

Было это в 2003 году и скоро станет понятно, почему вспомнить год было несложно. Работал я тогда в одном из московских системных интеграторов. В мои задачи входило по тех. заданию подбирать комплектующие для всевозможного железа под тендеры, тестировать образцы и отправлять смету руководителю проектов. Потом, если тендер выигрывали, смета шла в закупки, и

Суд вернул грабителю украденные деньги

Венский суд вернул мужчине, ограбившему банк, в котором он когда-то работал, украденные им деньги. Об этом сообщает DiePresse. com. Соответствующее решение было принято в четверг, 25 октября. Разбирательство о том, что делать с деньгами, проходило с марта по октябрь 2012 года.

В деле

История не особо смешная, но интересная.

Был в нашей эскадрилье борттехник, ну Нестерова с Казаковым он наверное уже не застал, но вот Чкалова с Байдуковым наверняка помнит. Возраст давал своё знать и у него было повышенное давление. Кто летал, тот знает, если человек здоров или диагнозов не много, у того медицинская справка о прохождении ВЛК (врачебно-лётной комиссии) величиной чуть с ладонь взрослого мужчины. Так вот у него справка была на листе А4. Но это присказка.

Заночевал экипаж на одном из южных наших аэродромов. Утром пришли в санчасть, проходить медконтроль перед вылетом. Все прошли нормально, а у борттехника давление как в трансформаторе 380 на 220. Врач естественно экипаж не допускает.

А работал в этой санчасти один старый, опытный врач, прошедший в своё время всю Великую Отечественную. Перед уходом на пенсию он в этой самой санчасти начмедом был, а потом гражданским специалистом остался.

Попросили помощи у него. Он выслушал проблему, спросил у кого давление, а когда узнал, что не у пилота или штурмана, достал из своего сейфа бутылочку коньяка, налил в стакан и со словами: "под мою ответственность", дал стакан борттехнику. Давление очень быстро нормализовалось. Экипаж улетел домой.

Я и до этого очень уважал врачей-фронтовиков, а после этого эпизода их авторитет для меня поднялся просто до заоблачных высот.