Мои родители жили в небольшом посёлке, держали коров. Как-то пришёл к папе бывший коллега купить корову или нетель большую. Пошли смотреть. Папа показал ему нетель, она стельная, как отелится мы её раздоим и возьмешь. Ну он посмотрел и говорит, что я не против и постарше корову взять, и показывает на одну из них, к слову сказать кличка Вета у неё была. Папа говорит, что мол подумаем, я с супругой посоветуюсь, потом сообщим решение. Во время разговора Вета внимательно слушала, а когда про неё заговорили, папа говорит, что она так на него зло взглянула, думал просто показалось. С мамой поговорили и решили продать. Вечером пришли кормить, а Вета к пойлу даже голову не повернула, обычно как приносишь пойло так они крутятся, ждут. Ну убрал ведро, подоили и еще раз предложил и так же.
Ночью маме снится Вета и говорит: "Зачем вы меня собираетесь продавать, я ведь к вам сама пришла?". Утром мама папе сон пересказала и он говорит, что все не будем продавать. Пришли в стайку управляться, пойло Вете подают, вчерашняя картина, не пьет и даже не нюхает. Он погладил её и говорит: "Да не буду, не буду я тебя продавать! "Всё, вы не поверите, сразу же пойло было выпито и ведро вылизано.
Вот и как это понимать.
| 1 Aug 2025 |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Эту историю рассказал мне пластический хирург. Произошла она примерно год назад в одной замечательной клинике, расположенной – скажем осторожно – довольно глубоко в пределах МКАД. Клиника занимает второй этаж недавно отреставрированного особняка, а на первом этаже в этом же здании находится фитнес-клуб.
Как-то днём на первичный
Работа в полиции всегда отличается отсутствием серых будней, и порой происходят яркие события в самых, казалось бы, безобидных и примитивных ситуациях. Довелось мне работать участковым инспектором в г. Алматы, Казахстан. Выселение — достаточно неприятная процедура, которая входит в обязанности участкового.
Пересматривала старые семейные фотографии, где мне всего два-три годика, грустила немного и тут в зал входит папа в том же свитере, который на нем на фотографии. Критически посмотрела на родителей и поняла, что отец покупает себе кроссовки раз в пять-семь лет, его свитеры мои ровесники, у очков сломана одна дужка, которую он самостоятельно починил, как мог, мама уже который год ходит по дому в застиранном халатике и старых тапочках, помады вымазывает ватной палочкой до самого конца. Стало так стыдно, что ни говоря никому не слова, сняла со счета деньги, которые коплю на летний отпуск где-нибудь в Азии, пошла и накупила каждому по несколько свитеров, по паре джинсов, маме платье, ботинки и новую косметику, папе утепленные кроссовки и стильные очки. Теперь мои хорошие такими красивыми стали, хотя сперва даже пытались заставить меня сдать эти вещи обратно, но я, хитрая [п]опа, спрятала все чеки, так как предвидела нечто подобное. Смотрю, как они радуются обновкам и ни капли не жалею, а в отпуск вместе поедем, теперь мой черед за ними ухаживать))
Сяу, Мао Цзэдун не владел нормативным путунхуа (современным стандартным китайским языком) и до конца жизни говорил на родном диалекте Сян (а именно на его консервативной разновидности — шаошаньском говоре провинции Хунань).
Лингвистически диалект Сян настолько отличается от путунхуа, что они взаимоневерифицируемы — то есть житель Пекина воспринимал речь Мао как совершенно чужой язык.
Когда 1 октября 1949 года Мао Цзэдун провозгласил создание КНР на площади Тяньаньмэнь, большинство собравшихся и радиослушателей просто не поняли его слов без письменного текста.
Пытаясь говорить на официальном "мандарине", Мао сохранял хунаньскую фонетику. Из-за этого его личные секретари выполняли роль своеобразных переводчиков, адаптируя устные распоряжения председателя для партийных чиновников.
Примечательно, что именно при Мао Цзэдуне в 1950-х годах в КНР началась масштабная реформа по популяризации и внедрению путунхуа как единого обязательного языка для всей нации. Сам лидер государства этой норме соответствовать так и не смог.