Иван Андреевич Крылов об одном из приёмов у Его Величества Александра I:

"Что царские повара! С обедов этих никогда сытым не возвращался. А я прежде так думал — закормят во дворце... Убранство, сервировка одна красота. Сели — суп подают: на донышке зелень какая-то, морковки фестонами вырезаны, да все так на мели и стоит, потому что супу-то самого только лужица. Ей богу, пять ложек всего набралось. А пирожки? — не больше грецкого ореха. Рыба хорошая — форели ведь гатчинские, свои, а такую мелюзгу подают...

За рыбою пошли французские финтифлюшки. Как бы горшочек опрокинутый, студнем облицованный, а внутри и зелень, и дичи кусочки, и трюфелей обрезочки — всякие остаточки. На вкус недурно. Хочу второй горшочек взять, а блюдо-то уже далеко (...)

А сладкое! Стыдно сказать... Пол- апельсина! Нутро природное вынуто, а взамен желе с вареньем набито. Со злости с кожей я его и съел. Плохо царей наших кормят надувательство кругом. .. Вернулся я домой голодный-преголодный"

Мой прадедушка был очень молод, когда началась война. Его направили служить на море, морской флот в Севастополе. В основном, почти всегда, задача была одна: разминировать мины.

Справлялись удачно, подрывных кораблей не было. Часто останавливались в портах. Во время одной из таких остановок мой прадед встретил свою будущую жену. За каких-то несколько дней влюбились, обменялись адресами и пытались доставить друг другу письма. Тяжело было, но после войны мой прадед ее все-таки нашел.

В одном из плаваний им сообщили, что по пути должен проходить пассажирский корабль с продовольствием для близлежащих городов.

Мин в море было так много, что моряки опасались, что не успеют и корабль подорвется, чего допустить никак было нельзя. Когда всех моряков собрали и среди них выбирали двоих на лодку, чтобы проверить воду, вызвали моего прадеда. Не успел он выйти, как в рядах нашелся доброволец, который сказал ему тогда, что его дома не ждет никто, и терять ему нечего. Лодка подорвалась. Корабль прошел целым и невредимым, а те моряки навсегда сгинули в море.

У прадеда каждый раз были слезы в глазах, когда он вспоминал того парня, что вызвался за него.

23 крутые загадки с неожиданными поворотами, которые вас...

Я впервые летела куда-то самолетом, когда мне было 14 лет. Была с папой. Как только борт поднялся в воздух, стюардессы начали раздавать детям наборы с карандашами, раскрасками и наклейками. Я тоже хотела такой набор, но поняла, что их раздают только маленьким деткам — лет

Кованыч — человек с каменной мордой. Иного ему сан не позволяет — бессменный начальник службы охраны одного знакового поца. Которого однажды праздновали юбилей. Большой зал, по которому точечно и ненавязчиво разбросаны лица с твердыми ушами и топырящимися пиджаками. Вплывают аки лебеди вносимые блюда. Одно из блюд запомнилось навсегда. На серебряном блюде сочный жареный поросенок, обложенный зеленью. В зубах он, как полагается, с бесовской удалью сжимает алую редиску. Плывет блюдо напрямую к юбиляру, который давно уже кренится от выпитого, но бодро целится ножом и вилкой на аппетитного поросенка под очередное хеппи бёзди ту ю. И тут вскакивает Кованыч. "Не нравится мне что-то этот поросенок! " — тревожно сообщает он. В зале воцаряется молчание. Кто-то роняет вилки и шарахается в стороны. Кованыч сухо щелкает пальцами под ухом у поросенка. Тот вскакивает, выплевывает редиску, сигает на стол, перепрыгивает шефа и начинает носиться по банкетному залу с отчаянным визгом. А Кованыч поднимает бокал и произносит тост: "Друзья! Жизнь полна сюрпризов. Так выпьем же за то, чтобы все они были приятными и хорошо подготовленными! "

Как потом выяснилось, он целую неделю лично дрессировал этого поросенка и подбирал ему жареный грим: )