В начале девяностых в разгар безденежья, преступности и беззакония ребята из Академии Наук каким-то чудом умудрились найти средства и устроить конференцию в подмосковном пансионате, на которую съехалась вся бывшая советская научная тусовка по теме моей диссертации. Приняли и мою работу. В день перед началом все уже заселились и старые знакомые, будучи рады встрече, квасили по номерам, а я, тогда еще никого особо не знавший, сидел в холле на этаже и смотрел телевизор (в номерах их не было). Кроме меня в холле сидела только выдающаяся спектроскопистка из питерского института Иоффе, дама очень заслуженная, рафинированная и обладавшая нестандартными суждениями. По телевизору демонстрировали входящего тогда в моду либерал-демократа, на заседании парламента громившего своих политических оппонентов. “Дураки, подонки, мерзавцы! ” — неслось с экрана. Дама подняла голову и вдруг сказала: ”Знаете, раньше, когда они называли друг друга “дорогими товарищами Пельше”, ” — последние слова она произнесла с характерным причмокиванием лидера времен застоя, — “в обращении было, конечно, меньше искренности, но мессидж был позитивней. ”

Прошло уже много лет, но всякий раз, когда в Интернетах я вижу напоминания типа “Пожалуйста, общайтесь цивилизованно, не выплескивайте негатив”, я вспоминаю эту даму.

Они всегда были такими и будут...

Моя жена была на третьем месяце беременности и, как положено, ее поставили на учет и заставляли ежемесячно ходить в женскую консультацию для всяких проверок. Помимо этого нужно было еще посещать там же занятия для беременных, будущих рожениц и мам, для тех, кто будет рожать в первый раз. Кое-что я уже знал, так как к тому времени давно закончил один ВУЗ, в котором обучали оказанию первой доврачебной помощи, в том числе и как принять неожиданные роды. Но кое-чего мог не знать. Поэтому на такие занятия я стал ходить с женой, тем более, что возил ее на машине, и чтобы не тупо спать в ней, ожидая окончания занятия, посещал вместе, да и ей веселее. Занятие проводила опытная медсестра и очень хорошо все рассказывала, было не скучно. На одном из занятий она рассказала, что после принятия родов пуповина отрезается и роженица должна некоторое время еще лежать, чтобы от матки отошел послед вместе с пуповиной. Одна хорошенькая блондинка, похлопав глазками, наивно спросила: "А куда потом девают послед с пуповиной? "Пока медсестра задумалась, я неожиданно ляпнул: "На наш мясокомбинат сдают и фаршем начиняют". "Из пуповины купаты делают, а из последа зельц! "Блондинка завопила: "Я больше никогда не буду есть эту гадость! "

Народ сполз со стульев на пол.

Со мной в школе училась Катюша. На вид — сущий ангел с голубыми глазами и белокурой косой толщиной в руку, внутри — полная оторва.

Незадолго до нашего Последнего звонка в школе разразился скандал: Катюшу с подругой и несколькими мальчиками застали в подсобке за игрой в карты на раздевание. Уважаемые педагоги хватаются за сердце, завуч пьёт корвалол, экстренный педсовет, на который зачем-то созываются весь наш класс...

Наша классная руководитель с пылающими от гнева щеками начинает пафосную речь, что она, дескать, в нашем возрасте вообще не знала, чем мужчины отличаются от женщин, а тут...

Катюша, уже давно знающая это не только в теории, но и на практике, ответила одной фразой:

— Галина Ивановна, это же в учебнике за девятый класс описано, вы что, биологию прогуливали? ..

В общем, педагогический момент был по[хрен]ен.

На полхода вперед.

Жду возле метро человека и наблюдаю жанровую сценку: Слева лоток с овощами, в середине лоток "все по 10" и на правый, пустой лоток продавщица начинает раскладывать газеты и журналы. Две первые торговки:

— Здрасьте, будем знакомы, я Алла, а я Света, а вас как зовут?

"Газетчица" надменно:

— Меня зовут Ольга Федоровна.

— А вы теперь тут с нами будете все время на этой точке?

"Газетчица" пафосно:

— Именно так, если вы не против...

— Мы конечно же не против, наоборот, мы очень рады, вы хоть какую газетку нам дадите почитать, уже не так скучно будет стоять.

— Безусловно дам, если заплатите...

Алла и Света переглянулись:

— Ну конечно же заплатим, а вы нам, Ольга Федоровна, заплатите за охрану ваших журналов, когда пойдете поссать...