Олег Басилашвили вспоминал:

"Как-то в 1951 году шли мы с другом поздно вечером от своих подруг-девчонок, с которыми вместе занимались в самодеятельности. Жили они в Арбатских переулках, и нам нужно было в метро, на станцию "Дворец Советов", ныне — "Кропоткинская". Поздний вечер, в вестибюле пусто, тогда в метро вообще мало народу ездило.

Из воспоминаний Джо Питка о съемках клипа Майкла Джексона "The way you make me feel".

В видео снимались ребята из настоящих уличных банд. Тут у нас была банда "V13", противостояла ей банда "Crips". Некоторые ребята курили. Майкл подошел ко мне и, немного смущаясь, сказал:

— Джо, тут некоторые ребята курят, не мог бы ты вежливо попросить их не делать этого?

— Без проблем, — ответил я и, повернувшись к этим ребятам, сказал:

— Так, сукины дети, а ну-ка бросайте свои сраные папиросы.

Ребята немедленно прекратили курить.

Вы наверняка помните, что февраль 1917 года выдался жарким. В результате революции Николай Второй отрекся от престола, а страну возглавило Временное правительство.

И вот представьте, что в 1960-е советский журналист Генрих Боровик находит в Америке ещё живого, хоть и очень пожилого Керенского, и берет у него интервью.

После интервью журналист сказал Керенскому:

— Знаете, Александр Фёдорович, в Москве есть такой театр на Таганке.

— Слышал...

— И вот в нём недавно поставили спектакль по Джону Риду "Десять дней, которые потрясли мир".

— Так-так?

— Так вот, в нём есть ваш персонаж.

Александр Фёдорович заинтересовался:

— А кто же играет... меня?

— Вас играет молодой артист Владимир Высоцкий.

Керенский, с радостным удивлением:

— Ну надо же! Меня играет сам Высоцкий!

А Генрих Боровик, бравший то интервью, до сих пор жив. Фантастика.

Поначалу в Петербурге было лето круглый год. Всегда тепло, солнечно, никому было не душно и не дуло. Но потом на город обрушилась большая литература.

Достоевский придумал дождь, Гоголь — зиму, Бродский — слякоть и желание покурить. Блок решил, что половину времени будет ночь, Андрей Белый сторговался, что из неё часть будет белой.

Пушкин везде расставил чугунные памятники и мосты, а Грин сделал так, что мосты понадобилось разводить. Когда мосты сводились, по ним то и дело скакал Хармс верхом на жирафе.

Понаехавший из Москвы через Оренбург Крылов завез обжорство, снобизм и привычку иносказательно обзывать всех обезьянами.

Ахматова начиталась Достоевского и придумала простуду. Зощенко пришлось придумать Сестрорецк, чтобы было где прятаться от Достоевского, Гоголя и Ахматовой.

Чуковский придумал детей, Гумилёв — семейные обязательства, а Виктор Цой — поребрики и шляться.

И только Стругацкие придумали космос, чтобы у жителей Петербурга была хоть какая-то альтернатива.