не ударить в грязь лицом и подготовился основательно: выкрутил все лампочки в подъезде. Закупил в магазине приколов череп с красноватой подсветкой и упаковку резиновых кишок.

Выставил покупки на тумбочке у входа. А сам нацепил на голову капроновый чулок и пристроил в него на место глаз два апельсина, предварительно выкрасив их фосфорисцирующей краской. Когда раздался звонок, подкрался к двери, поправил экипировку. Приоткрыл.

— Позволь представить тебе... — услышал Мишкин голос и проговорил заученно-замогильным басом:

— Вход в преисподнюю открыт. Ваша очередь...

Следующим в мизансцене был легкий всхлип и звук, как будто на лестнице случайно уронили мешок с картошкой.

Из-за апельсинов не видно было не хрена. Я завозился, стягивая с головы свою амуницию. А когда у меня это получилось, увидел Мишку, сосредоточенно приводящим в чувство хорошенькую девочку в светлом пальто.

— Хотел познакомить новую пассию с ученым другом, — произнес тот, закончив пыхтеть и материться.

— Произвести впечатление.

— Что ж, — отметил я, помогая заволочь тело внутрь квартиры.

— По-моему удалось. Как считаешь?

Весь последующий вечер дева пролежала на тахте с компрессом на голове, грустно вздыхая и думая о том, что умных мужиков не бывает в принципе, а ей и вовсе попадаются стопроцентные идиоты.

Ну и вот, сама собственно, история...

Квартира в центре. Договора аренды не было. Соответственно, вышло, что арендатор-то и не есть арендатор, а суть — незаконно занимающий квартиру. Надо отметить, что хозяин квартиры неоднократно слышал "все, завтра съезжаю" в течение 4-х месяцев (!!!).

"Арендатор" — эдакая стервозная тетка, а хозяин — с ангельским терпением, но которое, как известно, порождает в организме кучу отрицательных эмоций, и вот они копились-копились, да вылились на голову "стервозной тетке" в виде самого хозяина, вооруженного фомкой, двух его сыновей, вооруженных кулаками и кедами, а также участкового инспектора, вооруженного строжайшим указанием начальства "принять меры". Надо заметить, что компания эта взломщиками оказалась никудышными, провозились целый час...

В это время "стервозная тетка", оценив ситуацию, смекнула, что "02" набирать смысла нет напрочь, а вот хорошему любовнику (тому, который покрупнее) — звякнуть самое время. Однако, позвонив возлюбленному, тетка, скажем так, не совсем правдиво описала суть происходящего. И поэтому, когда участкового взлом задолбал и пошел он курить на улицу, к подъезду подкатил мерседес воздыхателя "тетки", откуда тот с трудом вылез, в связи с наличием груды мышц и огромного букета цветов. И, на крыльях любви, в ожидании этой самой любви, понесся вверх по лестнице, где возле дверей любимой обнаружил трех подозрительных типов с фомкой, взламывающих дверь пассии с целью (ну, явно же!) совершения над ней акта ceксуального насилия. О, боже! Сердце донжуана не выдержало! Услыхав истошный вопль услады глаз его, обладатель цветов принял решительные меры по обороне жилища и половой неприкосновенности своей дамочки, незаконно занявшей квартиру.

Соседи, естественно, предупреждены, что все ОК, без паники, щас будут дверь ломать, вон и участковый тут. Поэтому телефон "02" дремлет, никто туда не звонит. В подъезде же — массовые беспорядки с применением насилия, опасного для жизни и не менее опасной самообороны.

Как известно, сил у влюбленного мужчины — как у Геракла в небезызвестных конюшнях, поэтому из подъезда, по очереди, вылетели, сбив с ног участкового, все трое нахалов, посмевших посягнуть на святое. Победитель же немедленно был впущен в дом с целью награждения хорошей порцией любовных утех. Участковый же, будучи человеком опытным и виды видавшим, шустро смекнул что дело пахнет керосинчиком, и вызвал патрульный экипаж. Но "тетка" уже успела сообщить партнеру по кровати, что, мол, "приходил тут, в форму еще переоделся, бандит какой-то!", чем полностью отшибла любимому доверие к погонам. Это было злой шуткой, потому что, когда патрульные в сопровождении шерифа проследовали к злополучной двери, им громким басом было велено отправляться в пеший поход с ceксуальным уклоном, во избежание расправы на лестничной площадке.

Подвергаться насилию у патрульных желания не было, стрелять - тоже. Консилиум властей и пострадавших привел всех мысли о хитрости. А именно – стали попинывать Мерс донжуана, с целью выманивания его на улицу и дальнейшего задержания всеми имеющимися средствами. Что им удалось. Однако, силы мужчины, машину которого нагло пинают, НАМНОГО выше сил даже влюбленного мужчины, что немедленно привело к очередному и неожиданному повороту в сценарии: Донжуан с легкостью расправился как с патрульным экипажем, так и с остатками сил семейства.

Дальше было не смешно. Дальше было грустно. Один из отпрысков хозяина квартиры умудрился-таки подбежать к защитнику сзади и шарахнуть пустой бутылкой по черепу. Куча крови, все дела. Для жителей дома — боевик на халяву. Вызов "скорой" и т. д. Тем временем, разъяренные хозяева квартиры таки смогли вскрыть свою железную дверь, устроив самосуд над незаконной поселенкой, которая, кстати, отделалась легкими телесными повреждениями и вышвырнутыми из окна вещами.

Все, выселение прошло успешно. Все свободны, спасибо.

к маме меня кышнули, негоже детям среди взрослых шарахаться.

Но детское любопытсво меня сподвигнуло подслушать эту историю, которую рассказывали молодой снохе.

Итак послевоенная Винница, в городе грабеж и убийсва почти норма. Но город возвращается к мирной жизни. Фабрики начинают работать в три смены. Правда возят людей до центра на трофейном, часто ломающемся автобусе. И вот суббота, тетка работает в ночную смену. Порядок при сталинизме железный, но ЗАВТРА ПАСХА, А ЭТА НОЧЬ ВСЕНОЩНАЯ, В ЦЕРКВИ КУЛИЧИ СВЯТЯТ. А главное — закончился материал, т. е. нет работы. Тетка, молодая, а отсюда бесшабашная дивчина, подходит к мастеру и просится уйти домой. Тот отмахивается от нее, кто ее повезет в 2 часа ночи, а пешком до трамвая нужно идти пустырем, да еще дома, стоящие в руинах. Но тетка пообещав ему крашенных и освященных яиц, ушла в ночь, пообещав ему красться как мышка.

Обещание сдержала, как тень, чуть не ползком, дошла до конечной трамвая, где начиналась центральная улица, как вдруг перед ней выскочил парень, сзади тоже раздался голос бандита:

— РАЗДЕВАЙСЯ!

Она попыталась просится, но финка в руках бандитов и их приказ молча все делать парализовал ее. Про себя она только молила одно слово:

— ГОСПОДИ!!! ГОСПОДИ!!!

Ее раздели догола, заставили разуться. А нужно отметить, что была одета очень бедно, в резиновых парусиновых тапочках. Потом вышел бандит и бросил к ее ногам ворох вещей. Ее заставили примерить и одеть красивое крепдешиновое платье, туфли на высоком каблуке, на руку — женские часы с браслетом, повесили бархатную театральную сумочку. В общем под дружное ржание и лапание при подборе вещей, она уже прощалась с жизнью и конечно со своей девичьей честью.

И тут раздалась фраза:

— ДО ДВЕНАДЦАТИ РАЗДЕВАЕМ, ПОСЛЕ ДВЕНАДЦАТИ ОДЕВАЕМ! С ПАСХОЙ БУДЬ ЗДОРОВА!

Она пошла еле живая, впервые на высоких каблуках, ожидая бросок ножа в спину. Но когда они залюлюкали ей вслед, она бежала со всех ног по пустынной улице.

Послышался звук мотора, ее догнала машина, оттуда вышел молодой ст. лейтенант, спросив что она с ума сошла, одна в такое смутное время.

Тетка дала вволю слезам, рассказав, что ее ограбили. Вернее даже не ограбили, а одели в ограбленное. Тот отвез ее к дому, где она снимала квартиру, попросил ее подождать его до утра, он сменется и отвезет ее в деревню к матери на Пасху. Слово сдержал, вместе поехали к родителям, а вечером уже возвращались просватанными. Военных тогда расписывали быстро и через пару дней тетка стала воендамой.

До сих пор дядьке укоряет, что если бы она была в своем ситцевом платице, то он бы на нее внимания на танцах не обратил. А ТАК, СПАСИБО ВИННИЦКИМ БАНДИТАМ, ЧТО УСТРОИЛИ ЛИЧНОЕ СЧАСТЬЕ НА ПОСЛЕВОЕННОМ БЕЗМУЖИЧЬЕ!

он. А поскольку все это время он орал, что жить без нее не будет, убьется - то его ремешками к кровати и прикрутили. Поскольку с пареньком все в порядке, то надо его из реанимации перевозить, что мне и поручили. Везу я его с капельницей, а он никак не успокаивается, орет. Мне это маленько надоело, и решил я приколоться.

– Ах так, — говорю, — Жить не хочешь? Ну и не надо, будешь донором органов, — и отсоединяю у него капельницу. Действие безвредное, однако эффект производит тот еще. И везу его дальше. Он притих. Подхожу к лифту. А надо сказать, что везти его можно было двумя путями: поверху и через подвал, где морг. Так вот, захожу в лифт, меня спрашивают куда: наверх или в морг? Я говорю:

– В морг.

Паренек белеет и начинает что-то бормотать о врачах-убийцах. Когда добрались до низа, он начал орать уже во весь голос: "Спасите, помогите, убивают!". А все видят, что человек явно не в себе, ремнями к кровати прикован, и внимания на это никакого не обращают, кто-то успокаивает:

– Это не больно, потерпи. Раз — и готово, — и т. д…. Паренек понимает, что это явно вселенский заговор, вспоминает все фильмы, где у людей вырезают органы, и впадает в полную прострацию…. Когда добрались до палаты, на него смотреть стало страшно: лежит весь белый, покорный судьбе. Больше он покончить с собой не пытался, шоковая терапия, блин!