Давненько живу во Франции. Племянница мужа работает кассиром в супермаркете. Недавно рассказала историю.
Представьте себе: конец рабочего дня, море людей. Дело происходит перед праздниками, народ затаривается по полной. В очереди в кассу стоит пожилой представительный мужчина с тележкой, набитой продуктами. За ним — молодая мамаша лет слегка за 30 с дочкой лет 5-6-ти. Малолеточка от нефиг делать пинает ногой тележку впереди стоящего мужчины. Он, естественно, делает замечание маленькому монстру и перемещает тележку чуть в сторону. Эта гадость, недолго раздумывая, переключается на мужчину. То есть, начинает пинать его ногой где-то в районе ахиллова сухожилия. Мужчина разворачивается к мамаше. Диалог:
— Мадам, будьте любезны, объясните ребенку, что мне неприятно и больно.
— Моей дочери 5 лет, и она делает, что хочет!!!
Мужчина расплачивается в кассе, отходит в сторону и что-то проверяет в своей тележке. В это время мамаша расплачивается, тоже отходит в сторону и проверяет кассовый чек. В мгновение ока мужчина разворачивается и... выливает на голову доченьки банку жидкого (!) меда...
Воплям мамаши позавидовала бы корабельная сирена... Мужчина, обращаясь к ней:
— Мадам, мне 64 года, и я делаю, что хочу!
Очередь не была "пацсталом", не сползла и не сложилась пополам.
Очередь молча зааплодировала.
* * *
Случаи, когда пациент, которого сочли мертвым, приходит в сознание в морге, происходят не часто, и каждое такое происшествие производит яркое впечатление на участников и свидетелей.
Одна моя знакомая в девяностых годах работала медсестрой в Днепропетровске в отделении анестезиологии и хирургической реанимации городской больницы скорой
медицинской помощи. Как она говорит: "Смертность у нас была хорошая… Город — большой, больница – большая, каждую смену отвозили кого-то на каталке в морг и это было для нас делом привычным".
И вот она закатили они с санитаром в лифт каталку с отмучившимся пациентом, спустились вниз, открыли дверь огромным ключом… Она нащупала выключатель, зажгла свет… — на полати перед ней сидит голый старичок с "зафиксированными" бинтом запястьями и щиколотками.
Она сохранила самообладание, но потеряла связность мыслей и речи. Поэтому задала глупый вопрос:
— Ой, диду! А шо вы тут робыте?
Дед резонно отвечает:
— Не знаю, доню! Проснувся, а тут тэмно и зябко…
Она посмотрела у него на запястье бирку – Бычков. 4-я хирургия. Укутали они деда простынями, развязали бинты на руках и ногах, уложили на каталку, повезли на лифте в 4-ю хирургию, которая была на 9-м этаже.
Деда с санитаром оставила в холле, бежит в ординаторскую. Распахивает дверь… А было 1 мая. В ординаторской накрыт стол… Все повернулись к ней:
— О! Ленка, заходи! Давай к столу!
Она зовет старшую медсестру отделения:
— Наташа! Выйди, что скажу…
Та в ответ:
— Да чего там секретного…
— Нет! Выйди.
Вышли в коридор. Эта Лена спрашивает:
— Бычков ваш пациент?
Наташа погрустнела:
— Он твой родственник?
— Знакомый. Недавно познакомились.
— Ой, Ленка. Не хочу тебя расстраивать, но он скончался. Родственникам мы сообщили.
— А давно скончался?
— Часов шесть, как…
— Бери каталку – беги в морг. Он живой там вас дожидается!
Наташа схватилась за сердце, у неё покосились ноги.
— Что, поверила? – улыбнулась Лена, помогая подруге подняться с пола, — Да пошутила я. Он уже не в морге, а в вашем холле на каталке. Не могла же я его там с трупами оставить! С вас причитается!
***
(Фамилия пациента изменена.)
* * *
Поделюсь забавной картинкой:
Первое сентября, тожественный митинг у школы. На широком крыльце перед собравшимися уже произнесла проникновенную речь директор, зачитали стихи ученики, выступила танцевальная группа, спела приглашенная певица, торжественно звенели в колокольчик и еще много чего показали и сказали…
Первоклашки,
этот яркий цветник, с бантами и шарами, выстроенный в каре вокруг крыльца, несмотря на шипение родителей и учителей, начинал потихоньку гудеть.
— А сейчас предоставляем слово нашим почетным гостям! Депутату Петрову, председателю фонда сострадания Сидорову и отцу Иоанну.
Гости, один за одним, начали поздравлять и произносить пожелания.
И тут один первоклашка, испуганным воробышком выскочил из строя и, подбадриваемый кем-то из взрослых в спину, побежал вручать букет отцу
Иоанну. Через секунду другой, с напутствием, бежит с цветами к депутату.
Еще пару девочек побежали к председателю фонда… Снова к отцу Иоанну…
Зашевелились и проснулись вторые и третьи ряды учеников. Дети стали переглядываться, затеребили свои букеты, которые им откровенно надоело держать.
Сначала тонкими ручейками, по двое–трое, а затем неудержимой лавиной понеслись дети на крыльцо, как к подножию мавзолея, с цветами.
Депутат испуганно замолчал, зато заголосили учителя, пытаясь удержать стихийную акцию массового поклонения. Все это потонуло в хохоте родителей и старшеклассников.
Гости после этого как-то скомкано попрощались и ретировались. Толпа еще веселилась и шумела, когда первоклашек и других учеников нестройными рядами стали заводить в школу на первый урок.
* * *
В 1834 году шведский журналист Андерс Линдеберг опубликовал статью, в которой поставил под сомнение эффективность управления страной королем Карлом XIV Юханом (наполеоновским маршалом Бернадотом). Речь в статье шла о невозможности открытия нового театра в столице из-за королевской монополии.
Это было сочтено оскорблением Его Величества,
и по средневековому закону о государственной измене Линдеберг был приговорен к смертной казни через обезглавливание. Король не собирался выглядеть в глазах своих подданных тираном и самодуром и милостиво смягчил приговор до трех лет тюрьмы. Но Линдеберг не согласился на эту "королевскую милость" и отказался от помилования. Он настаивал на исполнении закона и требовал, чтобы ему отрубили голову за его свободомыслие — раз уж в стране действуют средневековые законы, и людей приговаривают к плахе за их точку зрения, то пусть король докажет свою жестокость. Вся страна с любопытством наблюдала за развитием процесса.
Король не хотел действовать по жестокому средневековому праву. Тюремщики начали подталкивать Линдеберга к побегу из тюрьмы — таким образом, проблема решится сама. Линдеберг наотрез отказался бежать и своим последним желанием попросил, чтобы ему отрубили голову в день его рождения. Тюремщики решили запугать упрямца, и в камеру к Линдебергу пришел священник для исповеди и отпускания грехов. Линдеберг не испугался и снова отказался от побега из тюрьмы. Виноват — рубите голову. Тогда из-за упрямства одного человека король объявил всеобщую амнистию по случаю своего 24-летия вхождения на престол. Но журналист наотрез отказался от амнистии и не захотел выходить из тюрьмы.
Проблему надо было как-то решать. Тюремщики вывели Линдеберга из тюрьмы на прогулку, а потом захлопнули за ним дверь и отказались впустить обратно.
Журналист, издатель, писатель и театральный деятель Андерс Линдеберг победил систему и в 1842 году открыл в Стокгольме собственный театр.
* * *
Ударно провел прошедшие выходные 75-летний пенсионер из Самары. В ночь с субботы на воскресенье одинокий пожилой человек пригласил в свою однокомнатную квартиру 9 проституток и заказал несколько ящиков коньяка.
Всю ночь бойкий пенсионер придавался утехам и возлияниям под звуки громкой музыки, чем разозлил едва ли не всех своих соседей. Необычная вечеринка окончилась рано утром, когда одна из проституток обнаружила, что пенсионер перестал двигаться и дышать. Прибывшая на место бригада скорой помощи диагностировала у пожилого человека кратковременную остановку сердца и на месте провела реанимационные мероприятия. Очнувшись, пенсионер, первым делом, поинтересовался у врачей, не ушли ли девушки, после чего отправился на поиски новой бутылки коньяка, попутно отказавшись от госпитализации. Позже выяснилось, что за эту ночь самарский пенсионер растратил все свои наличные сбережения, которые откладывал на похороны, а именно 84 тысячи рублей. "Пусть теперь его проститутки и хоронят", — отреагировал его сын. Коммент: Атос, мушкетеры, браво старику! Ты хотел бы так краcиво на кладбище уйти?
Женские истории ещё..
